Мисс Мортон и убийство на званом вечере - Кэтрин Ллойд

доктором Макгрегором, я и оказался здесь. А также получил шанс встретиться с прошлым лицом к лицу и справиться со своими воспоминаниями. – Он открыто встретил ее взгляд. – Я полагал, что если сумею успешно лечить людей, которых презираю, то добьюсь успеха где угодно.

– Прекрасно могу это понять, – кивнула Кэролайн. – Я вернулась в этот дом по схожим причинам.

– Вы презираете собственную семью? – поднял брови он.

– Не совсем. Моя тетя всегда была очень добра, но ее доброта подразумевала под собой чувство ответной признательности – и я, и Сьюзан в ее глазах были обязаны остаться здесь и прислуживать ее семье по мере необходимости.

– А вы этого не хотите.

– Нет. – Она подняла на него взгляд. – Я не хочу быть никому обязана.

– Вот это я уважаю.

Несколько долгих мгновений они смотрели друг на друга, пока Кэролайн не вспомнила, что ей все еще нужно оставаться настороже.

– Спасибо за чай.

– Не за что. Теперь вы снова меня прогоняете?

– Да.

– Но я прощен?

– Возможно.

Поклонившись, он развернулся на каблуках и отошел, а Кэролайн какое-то время смотрела ему вслед. Возмутительный человек. Но после общения с прежними знакомыми его прямота освежала. Выпив чай, Кэролайн поставила чашку на стол и вернулась к миссис Фроджертон.

– Я видела, вы с доктором Харрисом помирились, – заметила ее нанимательница.

– Он признал, что ошибался. – Кэролайн оглядела комнату, увидев, что к доктору Харрису вновь подошла Мэйбл и что-то настойчиво ему говорит.

– Какой необычный человек. Он объяснил, почему не рассказал о своей жизни в Гринвуд-холле?

– Думаю, он считал свое возвращение сюда чем-то вроде проверки собственного характера.

– Вот как. – Миссис Фроджертон медленно обмахивалась веером, наблюдая за доктором и Мэйбл.

– И ему не пришло в голову объяснять свои мотивы кому-либо, включая меня, – продолжила Кэролайн, гадая, почему сама защищает доктора Харриса.

– Не мог же он думать, что его никто не узнает. И должен был на такой случай приготовить складную историю.

– Но он это воспринимает не так.

– Или он гораздо умнее, чем мы считаем, – нахмурилась миссис Фроджертон. – Кэролайн, доктор Харрис – очень умный джентльмен. Нам не стоит об этом забывать.

– Что лишь означает, что если он в самом деле убил мистера Вудфорда и тетю Инес, то что-либо доказать нам будет не легче, чем в случае с Джошуа и Дэном, – заметила Кэролайн. – На самом деле наши шансы призвать кого-либо к ответу за эти убийства – микроскопические.

– Но как приятно пытаться, – легонько толкнула ее в бок миссис Фроджертон.

– До тех пор, пока меня не убьют в собственной постели, – пробормотала Кэролайн, а потом тепло улыбнулась своей собеседнице. – Не хотите еще чашечку чаю, мэм?

– Нет, благодарю. – Миссис Фроджертон уже смотрела на двери гостиной. – Вижу, прибыл мой друг викарий. Пойду к нему, поздороваюсь.

Кэролайн немного утешило, что викарий, к которому направилась миссис Фроджертон, был искренне рад ее видеть.

– Где моя мама? – рядом с Кэролайн появилась Дороти.

– Она вон там, мисс Фроджертон. – Кэролайн указала на стоявшую у дверей компанию. – Что-то не так?

– Я… просто хотела ее предупредить, что лягу рано.

Кэролайн впервые внимательно вгляделась в лицо девушки.

– Вы плохо себя чувствуете?

– Мне просто надо побыть одной. – В голубых глазах Дороти блестели слезы.

– Что-то произошло между вами и лордом Эппингом? – пришлось уточнить Кэролайн.

– С чего ты так думаешь? Считаешь, что я из тех девушек, с кем он стал бы плохо обращаться?

– Нет, вовсе нет. Просто… – Выдержав обиженный взгляд Дороти, Кэролайн закончила: – Я знаю, как джентльмены иногда себя ведут. Если захотите выговориться или понадобится совет, я буду только рада помочь.

Пристально взглянув на нее, Дороти коротко кивнула.

– Пойдем со мной наверх.

– Как пожелаете.

Вслед за Дороти Кэролайн поднялась в ее спальню и закрыла за ними дверь. Дороти сразу же прошла к комоду, вытащила чистый платок и громко высморкалась.

– Лорд Эппинг как-то вас обидел? – осторожно спросила Кэролайн.

– Он вел себя очень любезно и был сама доброта. – Дороти полуотвернулась и выглянула из окна. В синем сатиновом платье с большими рукавами-фонариками и богато расшитым подолом Дороти выглядела очень изящно.

– Так кто вас расстроил?

– Я выгляжу расстроенной? Вообще-то я крайне сердита.

– На кого?

– На его сестру.

– Я думала, вы с мисс Баскинс подружились.

– И я так думала. – Дороти резко развернулась, сложив руки на груди. – Она сказала, что хочет мягко намекнуть, что не стоит воспринимать слова ее брата всерьез, так как их отец уже нашел ему невесту и это определенно буду не я. А я ответила ей, что так как я вовсе не собираюсь выходить замуж за ее брата, потому что его положение недостаточно высокое, то меня все устраивает. Она открыла рот как рыба, а потом выпалила, что, по мнению большинства, мне очень повезет, если хоть какой-то джентльмен захочет на мне жениться, несмотря на все мое состояние.

Кэролайн поморщилась.

– Она еще довольно юна.

– Достаточно взрослая, чтобы искать мужа, – возразила Дороти, в этот момент очень напомнив свою мать. – И определенно в том возрасте, чтобы не забывать об учтивости.

– С этим я спорить не могу, – согласилась Кэролайн. – Вы ей именно это и сказали?

– Поскольку она и так была готова расплакаться от моих слов про ее драгоценного брата и его шансы жениться на мне, я не стала утруждаться.

– Очень мило с вашей стороны.

– Я тоже так подумала, – согласилась Дороти.

– Она едва ли стоит вашего внимания. Вернувшись в Лондон, вы встретите много молодых людей, которые будут рады породниться с вашей семьей.

– Ты в самом деле так думаешь? – Впервые Дороти выглядела неуверенной. – Я думала, будет легко. Говорю я хорошо, северного акцента почти не слышно, образование получила отличное, я довольно красива, и за мной дают богатое приданое. Кто откажется жениться на мне?

– В высшем обществе порой бывают… свои сложности, – медленно проговорила Кэролайн. – Оно очень неохотно принимает в свои ряды новых членов и предпочитает сплачиваться, когда им предстоит подобный выбор.

– Они не сделали ничего, чтобы спасти тебя, – заметила Дороти. – Ты даже не представляешь, с каким язвительным презрением сплетничают о тебе и твоей семье – я за эту неделю наслушалась.

– Почему же, прекрасно представляю, – пожала плечами Кэролайн. – Проблема в том, что мой отец совершил непростительный грех – разорился, а затем покончил жизнь самоубийством у всех на глазах. Замять его неблаговидные проступки не представлялось возможным, так что они решили притвориться, что его, а следовательно, и его детей в их мире больше не существует.

– Это жестоко.

– Именно поэтому высший свет продолжает процветать и выживать: он изгоняет нежелательных лиц