Клан - Кармен Мола

пакостить тебе лично, но подумываю о крупняке. О ком-нибудь наверху.

– Фабиан, ты мне нравишься, поэтому дам тебе совет: не связывайся с Кланом. Потеряешь гораздо больше, чем выиграешь.

– Я слишком долго живу, опасаясь, как бы чего не вышло. У тебя никогда не было ощущения, что ты попал в ловушку?

– Думаешь, я сам не мечтал послать все к чертям собачьим? А на деле даже перевода попросить боюсь, ну а кроме того… зачем мне врать? У моих родных здесь налаженная жизнь. Парень играет за молодежную команду Альмерии, девчонка завела жениха…

– Это вопрос везухи, верно? Вернее, невезухи. Мне подфартило попасть в группу Кристо, и с тех пор я сидел и не чирикал: либо ты делаешь, что тебе велят, либо у тебя проблемы. И так, мало-помалу, увязаешь все глубже, пока не оказываешься по самые уши в дерьме.

– И тебя соблазняют деньгами, а кто ж откажется от конверта? – поддакнул его собеседник. – Но скоро понимаешь, что превратился в монстра… Клан как раковая опухоль, которая тебя пожирает. Знаешь, зачем им эта затея с африканскими лодками?

– Думаю, это выгодный бизнес… Торговля людьми приносит хороший навар.

– Если бы только это… Некоторые из тех, кто сюда плывет, не смогли заплатить за билет, и у них покупают органы… Говорят, что возьмут одну почку, а деньги, дескать, получишь потом, да еще документы и работу в придачу, и эти бедолаги подписывают себе смертный приговор. Их убивают и потрошат. Трупы появляются повсюду: на мусорных свалках, на алюминиевом заводе, на медицинском факультете университета…

Ордуньо и Рейес затаили дыхание, поскольку разговор пошел в нужном им направлении. Оставалось дождаться, пока собеседник Фабиана назовет имена.

– Совершенно не представляю, как из этого выпутаться, Фабиан!

– Я тоже раньше дрейфил. Кто ж отважится послать на хрен Кристо и Клан? Но… не знаю… я встретил одну девушку, и у меня все в мозгах перевернулось. Я изменился. Будто кто-то добавил мне куража, которого прежде не хватало. Я решил бросить семью и выступить против Кристо. Я готов был прийти в суд и рассказать обо всем дерьме, в котором увяз. Но ни хрена не вышло. А какая офигенная жизнь могла у нас с ней сложиться, но все пошло прахом, и теперь я здесь, с тобой, и пытаюсь вытянуть из тебя хоть что-то, чтобы не угодить в тюрягу и не получить пулю в лоб от Клана.

Ордуньо не хотел смотреть на Рейес, но ее прерывистое дыхание заставило его взглянуть в ее сторону. Она плакала. Наверное, он должен был ее пожалеть, но в его душе не нашлось ничего, кроме злобы.

– Из Клана невозможно выйти, Фабиан. Просто так – нет. С кем ты ведешь переговоры? С отделом внутренних расследований? Думаешь, у Клана нет там своих людей?

– А что мне делать? Не могу же я всю жизнь прятаться!

– Есть другое решение… Пойдем.

Шорох одежды мешал слышать их слова. Ордуньо предположил, что собеседники встали. Голоса подвыпивших гостей и громкая музыка зазвучали громче.

– Куда они идут? Он снял микрофон? Рейес! Ты понимаешь, что за штуки он там вытворяет?

– Нужно предупредить Элену.

Ордуньо первым выскочил из машины. Рейес все еще пребывала в трансе после признаний Фабиана, поэтому успела услышать голос Элены.

– Они идут в сторону туалета. Тут что-то не то. Я пойду за ними.

Рейес и Ордуньо решили дождаться в машине новых сообщений Элены или Фабиана.

– Они спустились в подвал. Идите туда, только осторожно! Дверь позади сцены…

Рейес и Ордуньо надели куртки и пристегнули пистолеты. Когда они подошли к театру, он велел ей идти через центральный вход.

– Я прикрою аварийный выход.

Он побежал за угол здания. Дождь лил теперь сильнее, и Ордуньо мгновенно промок. Рейес беспрепятственно прошла мимо охраны. Определить, где может находиться Элена, было очень трудно. Пройдя весь партер, Рейес стала искать, как попасть за сцену. На поиски ушло несколько минут. Спустившись по лестнице, она оказалась в кладовой, заставленной ящиками с напитками и декорациями от старых спектаклей. В глубине Рейес заметила еще одну дверь. Едва переступив порог, она увидела стоявшую с поднятыми руками Элену, а сделав еще шаг, обнаружила и державшего ее на мушке Фабиана. Его приятеля и след простыл.

– Рейес, мне нужны мои документы, – потребовал Фабиан. – Или твоя начальница на это не рассчитывала?

– Что ты делаешь? Разве ты не понимаешь, что таким образом ничего не добьешься? Документы в машине. Я могу тебе их принести, но ты действительно уверен, что сможешь вылететь хоть из одного аэропорта? Это же абсурд, Фабиан! Где твой знакомый? Назови его имя, и мы выполним свою часть договора.

– Никакого договора не было, Рейес. Объясни ей, Элена, что я не идиот. Как только я скажу вам его имя, вы тут же меня арестуете.

– Этого ты все равно не узнаешь, пока мы не дойдем до конца. – Элена попыталась разрядить обстановку и сделала несколько шагов в его сторону. – Опусти пистолет. Тебе его дал твой приятель? И он же убедил, что нам нельзя доверять?

– Послушай, Фабиан, Элена дело говорит! Ты лишаешь себя последней возможности!

Фабиан грустно посмотрел на Рейес, словно его последняя возможность улетучилась уже давно. Решившись, он прицелился и выстрелил. Пуля задела бедро и обожгла его, заставив Элену пошатнуться. Рейес бросилась ей на помощь, Фабиан сбежал через аварийный выход.

– Я в порядке, только царапина, честно! – сказала Элена, зажимая рану. – Беги за ним, Рейес! Останови его!

Следуя приказу, Рейес выскочила на улицу генерала Тамайо как раз в ту секунду, когда Ордуньо крикнул: «Стой!» и помчался по улице Арапилес, начинавшейся позади театра и петлявшей между домами. На бегу Рейес успела заметить, что, метрах в ста впереди, Ордуньо свернул в какой-то гараж. Она понеслась еще быстрее. Поскользнувшись на мокром асфальте, с трудом удержала равновесие. Им необходимо было узнать имя этого гвардейца, Фабиану необходимо было помочь следствию, а ей самой было необходимо, чтобы он не исчез из ее жизни, как предатель! Они оба этого не заслуживали!

Выстрел эхом отразился от фасадов зданий. Задыхаясь, Рейес вбежала в гараж. Она увидела темный силуэт человека с пистолетом в руках, дым от выстрела еще не успел рассеяться. Как только ее глаза привыкли к полумраку, стало ясно, что человек этот – Ордуньо. В нескольких метрах от него на полу лежал убитый Фабиан. Пуля вошла ему в сердце, и лужа черной крови растекалась из-под его спины, как масло. На ухе болталась маскарадная маска.

В груди у Рейес словно лопнула струна. Она упала на колени, обняла еще теплое тело и, перепачкавшись кровью, стала