Прежняя жена - Шанора Уильямс

как подозрительно, что они перестали вдвоем появляться на мероприятиях, ездить в путешествия, да и вообще где-либо показываться. Очередная причина обвинить Роланда в ее смерти.

Вздохнув, я откинулась на кожаные подушки, и тут зазвонил мой телефон, играла «Gold Digger».

– Келл?

– Плохие новости, сестренка.

– Нет, пожалуйста, не говори так, – простонала я.

– Я попросил одного из своих парней покопать, и, поверь, он копал глубоко. Как ты и сказала, Майли нет в социальных сетях. Мелани никогда не публиковала фото с ней, что, по мне, странно – все же единственная сестра. В общем, сначала в Сети о Майли Рейн нашлось лишь одно упоминание: она снимала квартиру. Позвонив домовладельцу, я выяснил, что квартиру освободили через два дня после известия о смерти Мелани, а ключи отдавал мужчина. Я уточнил, знаком ли домовладельцу этот мужчина, но он вспомнил лишь, что мужчина торопился. Это был тупик, поэтому я попросил своего сотрудника поискать еще что-нибудь о Мелани, и он наткнулся на старую газетную заметку на сайте, где в комментариях упоминаются Мелани и Майли.

– Так. – Я выпрямилась. – О чем там?

– Я отправлю тебе ссылку. Но, Самира… Не могу не сказать, что мне от всего этого не по себе. История темная, и, по-моему, ты в опасности. Тебе нужно вернуться в Майами. Можешь жить со мной и Аной столько, сколько нужно. Я просто не хочу, чтобы ты оставалась в этом доме.

Сердце у меня билось все быстрее, все громче, но я слишком далеко зашла, чтобы теперь бросить поиски.

– Отправь мне ссылку.

После короткого ворчания Келл повесил трубку и сбросил мне письмо с той самой газетной вырезкой. Едва письмо появилось в ящике, я открыла его и перешла по ссылке. Она вела на сайт газеты города Роли, Северная Каролина.

Я прокрутила страницу до заголовка заметки.

МУЖЧИНА ПРИГОВОРЕН К ТЮРЕМНОМУ ЗАКЛЮЧЕНИЮ ЗА ИЗНАСИЛОВАНИЕ ПЯТНАДЦАТИЛЕТНЕЙ ДЕВОЧКИ И РАСТЛЕНИЕ ЕЕ СЕСТРЫ

Под заголовком стояло фото приговоренного. Темно-коричневая кожа и пустые глаза с металлическим блеском. Прическа афро, неряшливая борода, брови нахмурены. От мужчины волнами исходила ярость – это чувствовалось даже по одной фотографии.

Мне пришлось перевести дыхание и собраться с мыслями, прежде чем начать читать.

Мужчина по имени Кэлвин Томпсон приговорен к тюремному заключению за изнасилование пятнадцатилетней девочки. Источники сообщают, что девочка – дочь сожительницы Томпсона и он насиловал подростка в течение трех месяцев. В этот период Томпсон также растлевал другую дочь женщины.

На суде Томпсон не признал себя виновным, однако, согласно полицейскому отчету, когда жертва изнасилования пришла в участок сообщить о преступлении, на шее девочки были темные синяки, а также на ее теле обнаружили ДНК мужчины.

Томпсон был признан виновным в изнасиловании и избиении несовершеннолетней и приговорен к двадцати пяти годам тюремного заключения.

Я прокрутила страницу вниз, и строчка за строчкой побежали комментарии:

Я знаю девчонок, бедняжки. Теперь им придется жить с этим всю жизнь.

Это про сестер Рейн, да? Мы вместе учились. Всегда подозревала, что у них в доме творится что-то плохое. Майли выглядела очень грустной и прогуливала учебу, а Мелани улыбалась и была преувеличенно общительной, – казалось, она что-то скрывает и притворяется счастливой. Видимо, вот в чем дело.

Какого черта мать не знала, что происходит с дочками в их собственном доме??!

Этот человек будет гнить в аду. Мерзкий выродок!

Кэлвин Томпсон. Знакомое имя. Мелани упоминала его в своих дневниках. Дилан бросил ей это имя с издевкой. Кто, черт возьми, этот Кэлвин? Он насиловал Мелани и развращал Майли? Вот почему Мелани запаниковала, и вот почему Майли то и дело попадала в рехаб. Этот человек надругался над ними.

Я подумала о прочитанных в дневнике словах: «Ты грязная гребаная шлюха. Ты дрянная сучка». Они приходили Мелани в голову в ту ночь с Фелипе. Дилан припомнил ей их, когда они ругались из-за его интрижки с Майли. Наверное, так Кэлвин говорил, когда насиловал ее, и она жила с этим – слова годами терзали ее. Единственным, кто знал об издевательствах, помимо Майли, оказался Дилан, и он так небрежно бросил фразы Мелани в лицо, словно они вообще ничего не значили.

Голова кружилась, глаза болели от яркого экрана, поэтому я захлопнула крышку ноутбука и встала. После нескольких глубоких вдохов опустилась на подушки кресла и прикрыла глаза. Корни уходили гораздо глубже, чем я думала. Гораздо глубже. Даже не знаю, почему я так сильно хотела добраться до истины. Мелани больше нет, а мой брак рушится из-за неразгаданных загадок, связанных с ее смертью. Я могла бы просто выкинуть историю из головы и жить дальше, как делала всегда, если что-то меня напрягало. Всегда, но только не сейчас. Правда была где-то рядом, и я чувствовала, что подобралась слишком близко к ней, чтобы сдаться.

И вдруг у меня появилась идея. Я открыла браузер в телефоне, чтобы найти Кэлвина Томпсона.

Выскочило несколько результатов. В основном новостные заметки из Северной Каролины о приговоре ему более десяти лет назад. Нашлись и страницы в «Фейсбуке» – я просмотрела каждую, потому что, несомненно, какая-то из них принадлежала тому самому Кэлвину. На одном из аватаров красовалась собака и указывалось, что владелец профиля из Роли, штат Северная Каролина. Я прокрутила страницу: на стене в основном мемы, статьи «Блэк лайвс мэттер» и политические тексты. Я листала так быстро, что чуть не пропустила изображение.

Вернувшись немного назад, я содрогнулась, большой палец завис над фото. Вот он. Кэлвин Томпсон стоит с поводком в руке, на другом конце поводка – собака. Та же собака, что и на фотографии профиля. Двадцать пять лет еще не прошло. Когда, черт возьми, он успел выйти?!

Я постукивала большим пальцем по торцу телефона. Все инстинкты говорили об одном – бросить это и сосредоточиться на собственной жизни и разваливающемся браке.

Но я не могу.

И не стану.

Образы истекающей кровью Мелани все еще преследовали меня, и я по-прежнему не имела ни малейшего представления, где Майли, но что-то внутри подсказывало: именно Кэлвин мог знать об этом.

Впервые в жизни я почувствовала, что у меня есть цель. Я очень хотела доказать, что Роланд хороший – что он прекрасный муж, который просто совершил несколько ошибок, – и я собиралась осуществить свой план. Собиралась впервые в жизни закончить начатое и выяснить, что же на самом деле случилось с Мелани.

59

И все же я дура.

В два часа ночи я искала рейсы в Роли. Мне требовалось поговорить с Кэлвином, хотя, наверное, затея