Убийства в пляжных домиках - Питер Боланд

раньше, но выбрать жертвами семью с детьми… Сколько девочкам лет?

– Обеим, кажется, нет и десяти, если я правильно помню, – ответила Дэйзи.

Фиона уронила голову на руки.

– Господи. К счастью, они выбрались, иначе мы могли увидеть… – Она замолчала и тяжело сглотнула, не желая произносить этого вслух. Картина того, что могло произойти, была слишком пугающей.

Снова наступила тишина. На этот раз она длилась дольше и была более вдумчивой.

И тут Фиона хлопнула обеими ладонями по столу, так что Сью с Дэйзи подпрыгнули.

– Нам надо поймать этого психопата! Дэйзи, расскажи о Брэдли. Какие они?

– Дай угадаю, – первой откликнулась Сью, – они несколько богемные. Ближе к левым. Носят обувь ручной работы. В таком духе. Неугодные жители, как Малкольм и Битси, не вписывающиеся в ряды остальных владельцев пляжных домиков. Вот почему убийца, больше известный как Фрэнк, поджег их домик.

Дэйзи покачала головой:

– Вообще-то нет. В этом все дело. Они мне показались спокойной, тихой семьей. Я бы сказала, незапоминающейся, но в хорошем смысле слова.

– Тогда почему ты их запомнила? – спросила Сью.

– Они выиграли свой пляжный домик в конкурсе, – ответила Дэйзи. – В газете.

– Не помню, чтобы что-то такое прозвучало в интервью, которое мы слушали с твоего телефона, – заметила Сью.

– Они упомянули об этом, когда я уходила, после того как нажала «стоп».

– Почему ты раньше не сказала? – сердито спросила Сью, покосившись на Дэйзи.

– Ну это не показалось важным. Мы спрашивали людей о ночи пожара, а не о том, как им достался дом. Кроме того, в тот день я говорила с кучей людей, у меня просто из головы вылетело.

– И как они его выиграли? – уточнила Фиона.

– Кажется, в газете «Дэйли Экспресс», – ответила она.

Сью потянулась к телефону и за считаные секунды нашла нужную статью.

– Вот. – История была опубликована примерно год назад, с кричащим заголовком: «Они выиграли дом на пляже!» Ниже поместили банальную фотографию, как мистер Брэдли пожимает руку главному редактору газеты, принимая у того связку ключей. Миссис Брэдли с дочерями стояли рядом, милые, улыбчивые и безобидные. Все трое были одеты в простую неприметную одежду, а их волосы мышиного цвета с пробором набок спускались до плеч.

Фиона быстро пробежалась по статье.

– Они из Уилтшира. Дэвид Брэдли работает рентгенологом в больнице, Верити Брэдли – секретарем врача, а их дочери учатся в начальной школе. Они сказали, что хотели выиграть пляжный домик, чтобы у них было особенное место, где они могли бы проводить время всей семьей, спокойно читать книги у моря и наблюдать за птицами.

Дэйзи умиленно вздохнула.

Сью фыркнула:

– Они не соответствуют типажу жертвы. Это скорее идеальная семья, по мнению Фрэнка Маршалла: милая и традиционная, которая ложится спать до десяти вечера.

Фиона громко и раздраженно выдохнула.

– Убийца изменил правила по ходу игры и сбил нас с пути огромным камнем преткновения.

Когда Фиона находилась в состоянии стресса, она всегда начинала путать метафоры и слышала звон в ушах. И если звон можно было спокойно игнорировать, то метафорический камень преткновения приземлился прямо на единственную теорию, в которой имелась хоть какая-то логика, разбив ее вдребезги. Подруги считали, что убийца выбирал людей, которые не вписывались в консервативное общество косы, и выживал с пляжа чудаков, чтобы сохранить их мирный уголок. А последние жертвы были настоящим примером идеальных владельцев пляжных домиков.

– Связь между жертвами исчезла. Испарилась.

– Что же нам теперь делать? – простонала Дэйзи.

– Найти новую связь, – решила Фиона. – Если она вообще есть. Однако теперь мы можем вычеркнуть из списка подозреваемых Фрэнка и его приспешников: он бы никогда не прогнал такую семью, наоборот, встречал бы их с распростертыми объятиями.

– Давайте не будем делать скоропалительных выводов, пока не узнаем о них больше. Внешность может быть обманчива.

Фиона знала, что шансов на это мало, разве что у семьи Брэдли имелась темная сторона и стоило им закрыться в доме на ночь, как они превращались в заядлых тусовщиков. Почему-то она в этом сомневалась.

Подруги молча стояли у прилавка. Все усиленно думали, куда им двигаться дальше после этой неудачи. Дэйзи почесала затылок, Сью осмотрелась по сторонам, словно в поисках вдохновения.

Когда вошла пара посетителей, дамам пришлось разойтись: на потенциальных покупателей такое собрание у кассы производило не самое хорошее впечатление – в данном случае на пожилую женщину лет семидесяти с маленьким внуком, славным мальчуганом в полосатой футболке и шортиках на лямках. Малыш, явно дошкольник, прошел сразу к разделу с игрушками и точно зная, чего хочет, указал тоненьким пальчиком на фиолетовую игрушку из мультфильма «Дружба – это чудо».

– Ты уверен, что хочешь именно это? – уточнила бабушка.

Мальчик кивнул, и челка упала ему на глаза.

Фиона думала, что бабушка станет его отговаривать, убеждать купить машинку или космический корабль, но вместо этого она сказала:

– Ну тогда нам лучше купить ее. – Женщина взяла с полки игрушку и протянула внуку. Малыш радостно повертел ее в руках. Потом она вручила ему монетку в два фунта и сказала: – А теперь можешь подойти к прилавку и заплатить этим дамам.

Мальчику не требовалось повторять дважды: он тут же затопал к Фионе и протянул ей деньги в маленькой ручке.

– Пусть будет один фунт, – Фиона улыбнулась и взяла у него монетку. – Как ты ее назовешь?

– Джесс, – тихонько ответил мальчик.

– А знаешь, в прошлом пурпурный цвет носили короли и королевы, – заметила Сью.

– Ты мог бы назвать ее Королева Джесс, – предложила Дэйзи.

– Мне нравится это имя. – Мальчик обнял своего пони. – Королева Джесс.

Фиона отдала ему сдачу, мальчик поблагодарил и, вернувшись к бабушке, передал ей деньги.

– Все в порядке, – улыбнулась Фиона. – Можете на них купить мороженое.

– У нас есть фруктовый лед, – выпалила Дэйзи. – Стоит по пятьдесят пенсов каждый.

– Но у нас есть и спецпредложение – купи одного пони, получи два мороженых в подарок, – подмигнула Фиона.

– Как это чудесно, – ответила пожилая женщина. – Снаружи можно яичницу на асфальте жарить.

– Думаю, там и весь английский завтрак приготовить можно, – вздохнула Сью.

Женщина рассмеялась:

– Не соблазняйте меня.

Дэйзи разложила веером фруктовый лед из холодильника. Мальчик выбрал мороженое с шоколадной обсыпкой, а его бабушка – клубничное с пломбирной начинкой.

Подруги наблюдали, как счастливые покупатели выходят на горячее утреннее солнце, наслаждаясь мороженым. Прежде чем скрыться из вида, мальчик радостно помахал дамам, и они помахали ему в ответ.

– Какой милый вежливый малыш! – восхищенно заметила Дэйзи.

Сью потерла руки:

– И он только что подал мне интересную идею.

Глава 53

Дэйзи не стала убирать оставшееся мороженое в холодильник, решив, что они заслужили чего-то холодненького, чтобы остудить мозги.

Фиона откусила верхушку от своего мороженого. Холод ударил прямиком по нервам, точно инъекция, и она охнула. А когда пришла в себя, спросила:

– Так что, что за новая идея?

Сью помедлила.

– Бабушка с внуком подали мне одну мысль: она дала ему денег, чтобы тот купил пони, он не сам заплатил за игрушку. – Сью произнесла это так, будто мальчик совершил какой-то серьезный проступок.

– Ну ему на вид года три, едва ли у него есть собственный доход, – заметила Дэйзи. – Я подумала, это мило – бабушка балует внука.

Фиона согласилась. Замечание Сью казалось слегка странным.

– К чему ты клонишь, Сью?

– Просто провожу параллель с Малкольмом, Битси и Брэдли.

Фиона ничего не поняла, не заметив связи – как и Дэйзи, судя по тому, как та прикусила губу. Они обе озадаченно уставились на подругу.

Сью вздохнула:

– Ну как с фиолетовым пони: никто из них троих не заплатил за дома сам. Платил кто-то другой.

Это был новый взгляд на дело, которого Фиона с Дэйзи никак не ожидали. Стоило изучить теорию повнимательнее.

– И как ты себе это представляешь? – отрывисто спросила Дэйзи. – Ну то есть Битси купила свой домик, заплатила наличными, помнишь?

На губах Сью появилась озорная улыбка: ее бухгалтерский мозг работал на благо расследования.

– Все, чем владеет Битси, – это ее наследство, трастовый фонд. Я безумно ее люблю, но давайте посмотрим правде в глаза: она ни дня