Танцующие наяды - Наталия Николаевна Антонова

ее волос взметнулись под лучами солнца, как языки пламени.

Из окна своего офиса высунулся отец Люси и закричал не менее зычно:

— Доча! Веди гостью сюда!

Людмила, изображая из себя покорную дочь, едва дождалась, пока Мирослава выберется из салона автомобиля, схватила ее за руку и поволокла к двери.

Контора Стефановича была стилизована под его любимый гараж.

Отец Люси развел руки и пошел навстречу:

— Мирославушка! — Он обнял ее, потом слегка отстранился и, потеребив свои пышные пшеничные усы, проговорил: — Как ты выросла за то время, что мы с тобой не виделись.

— Павел Степанович! — рассмеялась Мирослава.

— Ладно, идемте к столу, — велел он.

А на столе уже дымился горячий чай в пивных кружках и лежала гора конфет «Мишка косолапый».

«Все как в детстве», — с легкой ностальгией подумала Мирослава. Она не заметила, как пролетело время за общением с дорогими ей людьми, и удивилась, когда старые часы с кукушкой сообщили, что уже два часа пополудни. «Ого», — подумала Мирослава. И тут зазвенел ее смартфон.

Звонила Марина Левашова. Когда Мирослава включила связь, девушка сказала:

— Я созрела для беседы. Давайте встретимся в три часа в кафе «Жемчужина», — предложила Марина. — Там хорошая кухня и Волга рядом. То есть сможем совместить приятное с полезным.

— Хорошо, — согласилась Мирослава. — Постараюсь приехать к трем, если не попаду в пробку.

— Ничего страшного, — отозвалась Левашова, — если что, я подожду вас.

— Договорились. — Мирослава отключилась и виновато посмотрела на своих друзей.

Те поняли ее без слов.

— Труба зовет! — хмыкнула Люся.

— Надо так надо, — кивнул Павел Степанович, тщательно скрывая сожаление. — Но ты не забывай нас, заезжай почаще. И домой к нам приезжай, мы с Аней, Анной Федоровной, — поправился он, — всегда тебе рады. И Мориса своего привози.

— Мориса она, как властолюбивый шах юную красавицу жену, скрывает от посторонних глаз, — пошутила Люся.

— Не от чужих, а конкретно от твоих, — покачал головой Стефанович и неодобрительно посмотрел на дочь.

— Па! Ну ладно, пошутить уже нельзя, — отговорилась та.

Оба они вышли провожать Мирославу. Она уже тронула автомобиль с места, а они все стояли и смотрели ей вслед.

* * *

Оставив машину на верхней стоянке, Мирослава спустилась по мраморным ступеням, обсаженным с обеих сторон нежно пахнущими петуниями, душистым табаком и бархотками.

Возле входа в кафе находился небольшой фонтан, в его чаше тихо плескалась вода. Газон устилал белый и розовый алиссум, разливающий на солнце сильный медовый аромат.

Мирослава не опоздала. Когда она приехала, было без десяти три. Но Марина Левашова уже была здесь. Мирослава, хотя видела ее только в интернете, сразу узнала Левашову в девушке, стоявшей возле фонтана.

— Марина, — позвала она тихо.

Девушка посмотрела прямо на детектива, потом спросила:

— Мирослава?

Не дожидаясь ответа, Марина пошла детективу навстречу.

Они выбрали столик у окна, из которого были видны движущиеся по реке теплоходы и далеко, в начинающей едва заметно темнеть дымке, очертания Жигулей.

Обе девушки заказали шейки раков, мороженое и безалкогольный коктейль.

— О чем вы хотели поговорить со мной? — первой заговорила Марина, потягивая напиток через трубочку.

— О Павле Гусинкове. Вернее, о его убийстве.

— Так я и знала, — вздохнула девушка и напомнила: — Но меня ведь здесь не было.

— Я знаю, — обронила Мирослава. — Вы встречались с его приятелем Борисом Куренковым.

— Да, я встречалась с этим козлом! — резче, чем следовало бы, ответила Левашова. — Но ведь это не преступление. — В ее голосе прозвучал вызов.

— Нет, конечно, — ответила Мирослава. — Просто говорят, что вы с ним не очень хорошо расстались.

— Кто говорит? — спросила Марина с явным пренебрежением в голосе.

— Люди добрые, — улыбнулась Мирослава.

— Люди недобрые, — скривив губы, поправила Марина. — Сплетники. Но на этот раз они правы. Мы с Борисом расстались плохо. Я едва не пристрелила его, как зайца!

— И за что же? — спросила детектив.

Левашова пристально посмотрела на нее, потом, видимо решив быть откровенной, кивнула головой. Мирослава догадалась, что этот кивок девушка, скорее всего, предназначала самой себе.

— Сначала у нас с Борисом все складывалось просто отлично, и я даже стала строить относительно него серьезные планы. Я была уверена, что он тоже неровно ко мне дышит и в будущем собирается сделать мне предложение, — сказала Марина и замолчала.

— Что-то пошло не так? — осторожно спросила Мирослава.

— Не так было с самого начала, просто я этого не поняла, — ответила Левашова. И, видя вопросительный взгляд Мирославы, продолжила: — Короче, у Бориса был охотничий домик, и он предложил мне провести там выходные. На природе, вдвоем, романтика и все такое. Ну, вы понимаете?

Мирославу никто никогда не приглашал в охотничий домик, но она на всякий случай утвердительно кивнула.

— Я, вся из себя счастливая, приезжаю на своей «Кие» ближе к вечеру в этот домик. Глухомань! Но дорога туда оказалась накатанной и прямой. Вокруг красота неописуемая! Борис встречает меня. На улице уже мангал с шашлыками. Поляна накрыта. Фрукты, нарезка, бутылки с дорогим вином. Я еще подумала, не многовато ли на двоих.

Мы немного посидели на улице, то да се, выпили немного вина. Боря говорит: пошли в домике отдохнем — и так заговорщицки мне подмигивает. Ну я уже слегка размякла, разомлела и как бы не возражаю против более тесного общения. Заходим мы в домик. И тут меня как молнией шарахнуло! В комнате еще два незнакомых мне парня. И оба лыбятся так нагло, что я все поняла. А тут еще Борька ко мне руки тянет, мол, чего ломаешься. Но я девушка не робкого десятка, Борьке между ног от всей души вдарила. Он пополам согнулся. Я схватила ружье со стены и давай палить по углам. Парни все на пол, голову руками закрыли, вопят: «Не стреляй, дура! Мы пошутить хотели!»

— И что дальше?

— Дальше я вылетела из домика, запрыгнула в свою «Кию» — и в город.

— Откуда на стене ружье? Борис охотник?

— Какой там! Если только за девками! — в сердцах вырвалось у Марины. — Я же вам говорю, домик от деда, тот охоту любил. Ружье старое так и осталось висеть для антуража.

— Борис пытался вам все это потом как-то объяснить?

— А как же, — усмехнулась Марина, — пытался! Козлина безрогая, — презрительно процедила девушка. — Лебезил передо мною. Ты, Мариночка, все не так поняла. Это был невинный розыгрыш. Как же, розыгрыш! Но я ему русским языком сказала: еще раз подойдешь ко мне — пристрелю.

— Павел Гусинков был тогда в охотничьем домике?

— Павла не было, — твердо ответила Левашова. — Их, кроме Борьки, было двое. Но сами понимаете! Для меня не было особой разницы, двое — трое.