Закон парных случаев - Инна Юрьевна Бачинская

он уехал в имение Сиднев и прожил там до самой смерти в девятнадцатом году. Говорили, тронулся головой. Городской дом, картинная галерея, предприятия были частично проданы, частично переданы его младшему брату. Как нам удалось установить, на свадьбу Старицкий подарил Каролине бриллиант за миллион рублей золотом. Дальнейшая его судьба неизвестна. Во всяком случае следов мы не нашли. Поговорили с местным краеведом, Матвеем Юрьевичем Зленко. Оказалось, к нему до нас уже кто-то приходил, но разговор не состоялся. Кое-что нам удалось раскопать: мы съездили в Сиднев, нашли могилу Старицкого, нашли могилу Каролины – она похоронена в семейном склепе на старом кладбище в Бобровниках. В Сидневе кто-то взломал краеведческий кабинет, в архиве убили Клямкина, а усыпальница Старицких оказалась взорванной, причем недавно. Вернее, взорвана металлическая дверь, которая была заварена, а гроб Каролины оказался открыт. Короче, все крутится вокруг семьи Старицких. Мы ищем, а кто-то идет параллельно с нами.

– Что ищет? – спросил капитан.

– Алик считает, что речь идет о бриллианте, подаренном Каролине.

– Я могу доказать! – вылез Алик.

– То есть вы предполагаете, что Судовкин искал бриллиант? С какого перепуга он стал искать камень? Вы влезли из-за письма от немца, а он?

– Ты имеешь в виду, что явилось… триггером. – Шибаев покосился на Алика. – Было два письма: первое – директору исторического музея, на которое Мольтке не получил ответа; второе он отправил нам, найдя наш сайт. Первое было украдено Судовкиным из директорского кабинета – его поймали, когда он рылся в бумагах. Его выперли, но он успел украсть письмо, стал искать информацию о Старицких, собираясь заработать, и наткнулся на историю с бриллиантом. Майя сказала, что он был авантюристом, вечно искал клады, то есть вполне мог кинуться на поиски камня.

– Гипотетически, – добавил Алик. – Доказать мы не можем. Но он не мог пропустить бриллиант, не тот человек.

– То есть вы искали бриллиант, Судовкин тоже искал… гипотетически. И директор музея тоже?

– Директор музея ничего не искал, он не обратил на письмо внимания и выбросил его со всякими бумагами, которые приказал сжечь.

– Чистил авгиевы конюшни перед пенсией и выбрасывал всякий хлам, – встрял Алик. – А мы…

– Мы тоже не искали, – перебил Шибаев. – Мы искали информацию для Мольтке. Документы, фотографии… Но кто-то все время крутился рядом. Мы попытались его вычислить и начали с архива. Почему он сам не взял документы, а попросил кого-то? Самая простая причина – не мог по причине санкций. Майя назвала штрафника Судовкина. Мы решили с ним поговорить – надо же с чего-то начинать. Пришли и…

– Думаете, убийца в обоих случаях один? И тоже ищет бриллиант?

Шибаев пожал плечами. В кухню зашел парень в джинсах и черной футболке, окинул внимательным взглядом их с Аликом и протянул капитану полиэтиленовый пакетик.

– Что это?

– Нашли на полу под тумбой письменного стола. Похоже, какой-то кристалл.

Капитан прищурился, рассматривая содержимое пакетика на свет. Серо-лиловый кристалл сиял через пластик размыто и мягко.

– «Царица Савская»! – ахнул Алик.

– Бриллиант? – уточнил капитан.

– Это не бриллиант, – сказал Шибаев. – Это горный хрусталь, я видел такой у Ады Борисовны. Возможно, тот самый. Сильно здоровый для бриллианта.

Капитан вытряхнул кристалл на стол, и они принялись его рассматривать.

– Не похоже, – разочарованно признал Алик. – Этот серый, а наш темно-лиловый. Получается, Судовкин шарился у англичанки, и вазой тебя тоже он? Неужели он принял это за бриллиант? Не верю!

– Он не мог принять хрусталь за бриллиант, не полный же он дурак. Думаю, он прихватил его в качестве сувенира. А может, это другой камень, просто похож на тот, и Судовкин вообще ни при чем.

– Если он искал бриллиант Старицкого, то при чем здесь Ада Борисовна? – спросил капитан. – Насчет убийцы есть мысли? Возможно, он был знаком с Судовкиным.

– Я бы поговорил с работниками кафе, возможно, они вспомнят Судовкина с Клямкиным и того, кто был рядом, – сказал Алик. – Он мог подслушать и проследить за Клямкиным…

– Я бы начал с подрывника, – сказал Шибаев. – Не думаю, что усыпальницу взорвал Судовкин, тут нужен спец. Значит, был кто-то еще. Наверняка твои источники подскажут координаты. Он вполне может оказаться убийцей.

В кухню заглянул судмед Лисица, как всегда, бодрый и в самом прекрасном расположении духа.

– Ну и? – спросил капитан. – Как он умер?

– Его избили и свернули шею. Около суток назад, пока все, что могу сказать. Подробнее позже.

– Ясно. Спасибо. – Капитан посмотрел на часы. – Санек, можешь позвонить англичанке и спросить про хрусталь?

Шибаев кивнул и достал телефон. Ада Борисовна обрадовалась и закричала:

– Саша! Я часто вспоминаю, как мы пили чай! Думала уже сама позвонить… Он больше не приходит, спасибо. Вы его напугали. Знаете, когда вы сказали, что он больше не придет, я не поверила…

– Он больше не придет, Ада Борисовна. Можете не беспокоиться. На чай забегу как-нибудь. С Колей Астаховым.

Капитан скривился.

– Ада Борисовна, я хочу попросить вас кое-что сделать, сможете? Посмотрите в шкатулке, ваш горный хрусталь на месте или нет. Вы давно его видели?

– Горный хрусталь? – изумилась Ада Борисовна. – А куда он денется? Конечно, на месте! Если тот тип не взял брошку… Когда видела? Когда показывала вам, больше не заглядывала.

– Посмотрите, пожалуйста, Ада Борисовна. Я подожду.

В трубке наступила тишина, прерываемая шорохом и потрескиванием эфира. Алик грыз ноготь, капитан Астахов был суров и не сводил взгляда с Шибаева. Тот прижимал к уху телефон, ждал, смотрел на темное окно.

– Саша! – услышал он крик Ады Борисовны. – Его нет! Он его украл! Как вы узнали?

– Спасибо, Ада Борисовна. На днях забегу, поговорим. Спокойной ночи.

Они молча смотрели друг на друга.

– Ну и на хрен ему горный хрусталь? – прервал молчание капитан Астахов.

– На память, – сказал Алик. – Он похож на бриллиант, и цвет серый с лиловым. Не удержался. А убийца швырнул его на пол! Бедный Судовкин…

– Какое отношение она имеет к Старицкому? Может, родственница? – спросил капитан.

– Нет, я спрашивал.

– Ты подозревал, что она родственница Старицкого?

– Нет. Она многих в городе знает, учеников сотни. Спросил на всякий случай. Она сказала, что не припоминает. Отец спокон веков был Резник, а маму звали… – Шибаев задумался на миг, припоминая. – Анна Терешко!

– Значит, не было, – сказал Алик. – А что тогда? Чего он к ней лазил?

Ему никто не ответил. Но вскоре Алик сам нашел ответ…

Глава 23

И все-таки проклятый!

В молчании они доехали до дома. Алик был подавлен, Шибаев полон нетерпения.

– Ночуешь дома для разнообразия или как? – не удержался Алик, когда они переступили порог родного жилища.

– Дрючин, не начинай, – буркнул Шибаев. – И так тошно.

– Майя