Пара из дома номер 9 - Клэр Дуглас

пора, за мной приехали, – прерывает он ее и бежит к только что подъехавшей «Фиесте». Лорна смотрит вслед уезжающей машине, понимая, что теперь она совершенно одна.

К счастью, ей не приходится долго ждать прибытия такси. Лорна с облегчением опускается на заднее сиденье. Дорога до Беггарс-Нук занимает всего пятнадцать минут.

– Какой номер? – спрашивает таксист, проезжая через деревню к коттеджу Саффи.

– Дом девять по Скелтон-Плейс. Где-то здесь, наверху, – отвечает Лорна, неопределенно махнув рукой. Она не может вспомнить, где именно на этом холме находится коттедж. Расплачивается и выходит из машины. Такси уезжает; задние огни мигают и исчезают за поворотом, оставляя Лорну в полной темноте. Она чувствует, как тьма охватывает ее со всех сторон. Почему здесь нет фонарей? Лорна начинает путь вверх по холму. «Это недалеко, – говорит она себе. – Там есть дорожка, ведущая к лесу и почтовому ящику. От нее два дома вверх».

Позади себя она слышит шаги, и у нее холодеет затылок. Когда она выходила из такси, рядом никого не было.

Все происходит невероятно быстро. Ладонь, протянутая из-за спины, зажимает ей рот. Другая рука крепко обхватывает ее поперек груди, как стальная перекладина на аттракционе. Лорна думает, что такое не может происходить в такой маленькой спокойной деревушке, как Беггарс-Нук. Она не может даже закричать – ладонь слишком сильно прижата к ее лицу. Пытается вырваться, но рука сжимает ее тело так, что она едва может дышать.

Он тащит ее к дорожке. В сторону леса. Она пытается сопротивляться, упирается каблуками в асфальт, но он слишком силен. Каблук на ее босоножке ломается и отрывается. Лорна так напугана, что боится обмочиться. «Сохраняй спокойствие, – твердит она себе. – Сохраняй спокойствие, сохраняй спокойствие…»

Они уже в переулке между двумя домами, скрытыми за высокими живыми изгородями. Никто не сможет ее увидеть.

– Послушай, – рычит он, его дыхание обжигает ее ухо, – если ты сделаешь то, что я скажу, я не причиню тебе вреда.

«Он собирается изнасиловать меня, – думает Лорна. – Лишь бы не убил… Не убивай меня», – безмолвно умоляет она. Она скоро станет бабушкой. Она не может оставить Саффи.

– Мне нужна информация о Роуз Грей.

Лорна так потрясена, что на мгновение забывает о страхе. Это не случайное нападение. Он знает ее мать. Она узнает его голос.

Лорна может только кивнуть.

– Ты должна спросить ее, где она припрятала улики. Это важно. Если ты не спросишь ее, твоей дочери будет плохо.

О боже. Только не Саффи. Нет…

– Все что угодно, – бормочет Лорна в его ладонь.

– Я сейчас уберу руку. Если ты закричишь, снова заткну тебе рот. Если ты пойдешь в полицию, я буду знать. И ты же не хочешь, чтобы я навестил Роуз, а? Я знаю, где находится ее дом престарелых.

Кровь стучит у нее в ушах, но она кивает. Он убирает руку от ее рта, но все еще держит ее другой рукой, так, что она не видит его лица.

– Мне нужен твой номер телефона, – говорит он.

– Я… Я потеряла свой телефон.

– Ну да, так я и поверил.

Ей хочется плакать.

– Я его потеряла. Можете проверить мою сумку. – Сумка все еще висит на плече Лорны, зажатая между их телами.

– Тогда позвони по номеру на карточке. Твоя дочь знает, что за карточка.

Он отпускает ее так резко, что Лорна падает вперед, разбив колени о тротуар, и вскрикивает от боли. Она слышит его удаляющиеся шаги, направляющиеся по дорожке к лесу, но не осмеливается обернуться, пока они не затихают.

Встает на ноги. Ее ноги трясутся, как желе, на колене джинсов дыра, по краям которой темнеют кровь и грязь. Лорна, ковыляя, выходит на основную дорогу и поворачивает налево, останавливаясь по пути, чтобы поднять сломанный каблук. Она вся дрожит. «Кусты и живые изгороди, скрывающие другие дома, могли бы скрыть и преступление», – думает она, хромая домой. Ее могли изнасиловать и убить прямо здесь, на этой улице, и никто бы ничего не увидел.

Лорна чувствует облегчение, когда видит дом номер девять: свет в гостиной все еще горит, просачиваясь сквозь неплотно задернутые занавески на окне. Она ковыляет по дорожке, ее босоножка без каблука утопает в гравии. Не успевает Лорна дойти до двери, как та распахивается и на пороге возникает ее дочь – на ее лице смесь ужаса и облегчения.

– Мама! – кричит она, бросаясь к Лорне. – О господи, мы так волновались! Ты в порядке? Что случилось?

Лорна ухитряется кивнуть, пока Саффи вводит ее в дом и усаживает на диван. Том стоит у камина, и, когда он видит ее, на его лице отражается такой ужас, что Лорна борется с желанием истерически рассмеяться.

– Он… он схватил меня, – выговаривает она. – Этот долбаный ублюдок схватил меня. Он, должно быть, ждал… Я потеряла свой телефон. Прости, что не позвонила.

– О боже мой! Не волнуйся об этом сейчас, – отвечает Саффи, садясь рядом с ней и беря ее за руку. – У тебя колено разбито до крови. Ты в порядке? Кто тебя схватил?

– Думаю, это был тот же тип, что и вчера. Он сказал, что его зовут Глен.

Саффи хмурится.

– Тот тип, который был вчера?

Лорна сглатывает слезы. Она не должна плакать. Она должна быть сильной ради своей дочери, которая словно окаменела от потрясения.

– Он остановил меня, когда я выводила Снежка на прогулку. Он показался мне достаточно приятным… но, уходя, я услышала, как он сказал что-то о твоей бабушке. Я подумала, что ослышалась, но…

Том начинает расхаживать по комнате.

– Это просто недопустимо. Нам нужно позвонить в полицию. Саффи, какой номер у сержанта Барнса? – Он уже держит в руке свой мобильный.

– Нет! – восклицает Лорна, вскакивая. Из-за отсутствующего каблука она шатается и снова падает на диван. Лак у нее на ногтях потрескался, ступни в грязи. – Мы не можем обратиться в полицию. Он сказал, что узнает об этом. Он сказал… он сказал, что знает, где живет твоя бабушка.

Лорна рассказывает им все – ну, почти все, опуская ту часть, где он угрожал навредить Саффи. Она не хочет пугать ее больше, чем нужно: все эти стрессы и переживания не могут быть полезны для ребенка.

– Он сказал что-то о том, что бабушка припрятала улики. И что он хочет знать, где.

– Улики? – Лицо Саффи бледнеет. – Он именно так и сказал? Какие-то бумаги, которые были у бабушки?

– Я… я не знаю. Кажется, он не упоминал о бумагах, но я не могу вспомнить. Он велел мне спросить у твоей бабушки. И упомянул какую-то