Наталия Левитина - Она что-то скрывает

– Ту ночь я хорошо запомнила! – возразила дама, обиженная подозрением в раннем склерозе. – И вас тоже, Юлия! Вы заказали кофе, но даже не притронулись к нему.

– Неужели?

– Правда-правда! Вместо этого без конца что-то искали в сумке, выкладывали всё на стол, озирались, жутко нервничали… Потом, не дождавшись счёта и сдачи, бросили деньги и убежали, а ежедневник так и остался лежать на столе…

– Какое загадочное поведение. Юля, что же тебя так взволновало?

– Да я уж и не помню.

– Наверное, вы увидели перевернувшуюся машину, – подсказала официантка.

Почему она не закроет рот?!

Пусть сейчас же замолчит!

– Вот вас и затрясло от ужаса! В тот вечер тут неподалёку улетел с трассы автомобиль, – объяснила дама Егору. – Машина перевернулась. Говорят, даже загорелась… За рулём была женщина – она погибла. Вы, Юля, наверное, проезжали мимо, видели сгоревшую машину, гаишников, спасателей… Конечно, разволновались. Да я бы неделю умирала от страха! Одно дело – когда показывают по телевизору, и совсем иначе – увидеть своими глазами…

Глава 28

Интуиция

Следующий день ознаменовался окончанием лета. По календарю, конечно, лето ещё даже и не наступило. Однако последние дни мы поджаривались на солнце так, словно на дворе был разгар июля…

Жара внезапно прекратилась. Горожане снова достали из шкафов плащи и куртки. Дети увлечённо шлёпали в резиновых сапогах по лужам. Евин Мишутка подхватил насморк, и мамаша, озабоченная проблемами с бизнесом и погрязшая в делах, как российские чиновники в коррупции, сделала попытку спихнуть мальчугана на меня.

Сладкая парочка нарисовалась на пороге в тот момент, когда я наматывала на шею фиолетовый шарф, собираясь покинуть квартиру. Задержалась всего на минуту, раздумывая, не надеть ли пуховик. Судя по изображению в окне, он не был бы лишним. В небе распухшим дирижаблем зависла чёрная туча, ледяной ветер сгибал деревья, по гигантским лужам пробегала тревожная рябь…

– О, а я так надеялась, что сегодня ты работаешь дома, – расстроилась Ева. Она выглядела потрясающе: лёгкое светлое пальто, шикарная коричневая сумка, леопардовые сапоги. И к этому великолепию – огромные и сверкающие, как у Шехерезады, глаза, каскад тёмных блестящих волос.

В отличие от меня, внезапные изменения погоды никогда не ставят Еву в тупик. У неё заготовлено по десять вариантов экипировки на любое показание термометра – на комфортные семнадцать выше нуля, на тридцатиградусный зной, на дикую стужу и так далее.

– Убегаю! – возвестила я. – Мишутка, прости, но сегодня никак не смогу с тобой поиграть.

– Згя, згя, – прогнусавил малыш. Нос у него был красный и распухший, под ним – раздражённая носовым платком кожа. – Значит, Юля отпадает. Ну, и что делать, а? – обратился он к своей блистательной мамаше. – Куда ребёнка-то сбагришь?

– А с собой не возьмёшь? – с надеждой спросила Ева.

– Ты что?! У меня сегодня планёрка в редакции, потом интервью и пресс-конференция. А на улице погодка ещё та. Ему дома сидеть надо, а не со мной мотаться. Желательно ещё и врача вызвать.

– Да, ты права, – вздохнула Ева.

– Обильное питьё, чай с лимоном. И обязательно закапайте нос. Насморк чреват отитом.

– Чревататит? – удивился Мишутка. – Какое интересное слово! Похоже на заклинание! Чревататииииит… чревататииииит… – завыл он трубным басом, словно ноябрьский ветер.

– Твоя мама не посидит? – спросила я у Евы.

– Куда там!

– И что будешь делать?

– Видимо, сегодня никуда не еду. Отменю все встречи.

Я заметила, каким восторгом вспыхнули глаза Мишутки.

Мама останется с ним дома!

Невиданная радость!

Сразу ощутила укол ревности. Надо же, я – нянька, каких поискать: сто раз играла с парнем и в индейцев, и в космических пиратов, строила небоскрёбы из диванных подушек, лепила фрукты из гипса. А Ева отправит Мишутку к компьютеру, сама же будет весь день ругаться по двум телефонам. Но ребёнок заходится от счастья, узнав, что сегодня с ним посидит мама…

– Никита вернулся? – поинтересовалась Ева.

– Жду в понедельник.

– Приедет на денёк и снова в путь?

– Не сыпь мне соль на рану. Главное – приедет!

– Уже даже я по нему соскучилась. А что о тебе говорить!

Я показала Еве кулак: нечего скучать по чужим мужьям!

– Обязательно вызови участкового врача, – напомнила я соседке, выставляя непрошенных гостей за дверь. – Подожди-ка, дам телефон поликлиники. У меня под рукой, а тебе долго искать.

– Подозреваю, у меня его совсем нет, – уныло сообщила Ева.

Вполне возможно. Последние два раза, когда приходилось вызывать педиатра для Мишутки, это делала я. Назначенными лекарствами травила ребёнка тоже я, а мама тем временем занималась бизнесом…

Дождь – это отлично!

Мой автомобиль самостоятельно помылся – даже не пришлось отдавать двести рублей на автомойке – и теперь блестел мокрыми боками. Добираясь до редакции на машине и наблюдая за работой «дворников», едва справляющихся с потоками воды, я размышляла об интуиции Егора.

У этого парня изощрённая, змеиная интуиция!

Я снова ошиблась. И в результате оказалась в капкане.

Не стоило обольщаться и предполагать, что совместную загородную поездку он организовал исключительно из желания пообщаться с приятным человеком, то есть со мной. Надо было бежать от его предложения как от огня!

Когда я сказала Егору по телефону, что уезжаю на перепелиную ферму, он сразу вычислил мой маршрут: у меня не было другого пути, как мимо того участка, где в феврале слетел с трассы автомобиль. И Егор сразу сочинил повод – ах, какое совпадение, ему как раз надо в ту сторону! Да никуда он не собирался ехать! Всё выдумал буквально на ходу…

Сто раз видела в кино: опытный сыщик обязательно вернётся на место преступления, даже если там уже собраны все улики, смыты отпечатки и потрудилась клининговая компания. И всё равно, профессионал вернётся и обязательно что-то раскопает. Или обнаружит отирающегося неподалеку преступника, которого почему-то влечёт туда же.

Вот и Егор добился результата.

Что ему удалось выяснить? Он узнал о том, что в тот момент, когда перевернувшийся джип лежал в кювете, я находилась всего в пятистах метрах от него – сидела в кафе «Бодрый Джек», и даже не сидела, а подпрыгивала, как на иголках, переживала, нервничала… Убежала, не выпив заказанный кофе, забыла ежедневник…

Почему?

Похоже, будет очень трудно объяснить Егору это странное совпадение. Но разве я обязана ему что-то объяснять?

Планёрка обещала быть горячей, как атмосфера карнавала в Рио-де-Жанейро. Главный редактор пока не метал молнии, но в его кабинете смутно ощущалось напряжение, воздух давил, потрескивали электрические разряды.

К концу саммита стало ясно: причиной отвратительного настроения босса является отнюдь не испортившаяся погода или очередной спад на финансовых рынках, а поведение некой Юлии Б. Эта вредная дама отказалась напрячь извилины и собрать материал о Богдане Гынде. В результате запал у динамитной шашки подожгла другая газета, она опубликовала громкую статью, тут же перепечатанную центральными изданиями…

Спустя несколько дней Богдан Гында, не успевший дать дёру из города, очутился в камере предварительного заключения. Иными словами, журналистское расследование удалось на славу. Обстоятельства сложились не в пользу коммерсанта и члена ЗСО Гынды. В другой ситуации он обязательно отмазался бы от обвинений, легко обошёл бы закон, как это обычно у нас бывает, когда закон пытаются применить к персоне, наделённой властью…

Но в игру включилась равноценная сила – бывший друг Гынды, вице-губернатор. Десятки гектаров заповедного леса на Ласковом озере превратились в яблоко раздора. Вице-губернатор постарался уничтожить конкурента в борьбе за лакомый кусок, и у него это получилось.

А нашему боссу остаётся лишь грустить – не подсуетился вовремя со статьёй, не выслужился перед куратором издания.

Да, это трудно пережить!

– Вот, – скорбно произнёс главный, шурша газетой со статьёй «Рабы Богдана». – Вот. Все только об этом и говорят. А могли бы мы отличиться.

Он многозначительно посмотрел на меня. Я сидела с совершенно отстранённым видом, якобы не понимая, о чём речь.

– А как мы могли бы отличиться? – наивно удивилась Виктория Анатольевна.

– Если бы сами опубликовали этот материал.

– Но у нас же не было никаких фактов!

– Надо было их раздобыть! Юлия Андреевна, к примеру, несколько лет работала пиар-менеджером у Богдана Гынды. И что? Где результат? Нет результата!

Все, кроме Виктории Анатольевны, посмотрели на меня с молчаливым укором – ну как же! Имела возможность собрать компромат на Гынду, потом – написать статью и увеличить популярность своего издания. Но ничего, абсолютно ничего не сделала!