Наталия Левитина - Она что-то скрывает

– Нет, не пишу.

– Зачем же она тебе?

– Да так… А тебе понравилась? Ах, ну как же! Блондинки – твоя слабость, – ехидно заметила я.

Намёк на светловолосую красотку Елену заставил Егора скривиться. Оно и ясно, эта девушка устроила на страховщика настоящую облаву. Не знаю, чем закончилась их история.

Спросить?

Наверное, не надо.

Прошлый раз, когда я по телефону попыталась разузнать подробности их романа, Егор чуть ли не моментально бросил трубку. А вдруг и сейчас испарится, выпрыгнет прямо в окно джипа, бросив руль? Нет, лучше эту тему не затрагивать…

– Да, всё в порядке, – сказала я. – Встретилась, с кем хотела. А ты?

Надо признаться, я уже мысленно несколько раз поблагодарила Егора за то, что он подвиг меня на совместную поездку в лесной городок.

Но вслух не произнесла!

Путешествие было исключительно комфортным, так как совершалось на джипе, а не в «жигулёнке». Летом мой драндулет нагревается на солнце как консервная банка, а я поджариваюсь внутри, – сиденья пышут жаром, руль плавится. Открытые окна не спасают, в них только врывается горячий ветер.

Зато в машине Егора царила божественная прохлада, навевавшая мысли о зиме – вьюга, снежные заносы… Я представляла себя весёлым кубиком льда в бокале мохито, в то время как в «жигулях» превратилась бы сейчас в раскалённую колбаску-гриль.

Наблюдая, как Егор ведёт машину, я сгорала от зависти, мечтая сесть за руль. Ехать пассажиром – тоска зелёная! Но никак не решалась попросить у Егора уступить место водителя. Зачем нарываться на отказ? Поставила бы обоих в неловкую ситуацию, заставив Егора произнести «нет». Я и сама никого не пустила б за руль, если б эта машина принадлежала мне…

– А ты, Егор? Осмотрел место преступления?

– Не преступления, а происшествия, – поправил Егор.

– Как же! – язвительно заметила я. – Клиенту, имевшему несчастье связать судьбу с компанией «Атлант», необходимо быть готовым к тому, что место, где он стукнул машину, будет считаться местом преступления. А сам клиент превратится в матёрого преступника. И страховая компания начнёт длительное расследование.

Надеюсь, я не забрызгала ядом обшивку автомобиля?

– Юля, да ты просто ненавидишь «Атлант»!

– Нет, напротив. Я питаю искреннюю любовь к вашей фирме.

– Вообще-то мы не сделали тебе ничего плохого.

– Только заподозрили в непорядочности.

– В смысле?

– Вы же считаете, что я пытаюсь вас обокрасть.

– М-м…

– Если б думали иначе – выплатили бы деньги за мой разбитый автомобиль уже три месяца назад. Но вы их не отдаёте. Значит, считаете меня аферисткой, претендующей на чужое.

– Ой, Юля… И где ты научилась так всё выворачивать наизнанку?

– Это вы всё выворачиваете наизнанку! Деньги полагаются мне по договору, причём большие деньги. Я давно бы положила их в банк и получала бы проценты – каждый месяц, между прочим! Набегал бы мой оклад в газете. Целая зарплата! Но нет, вы же меня обули по полной программе. И наверное, ещё сотни других клиентов.

– Глупости! – взвился Егор. Мои нападки на «Атлант» всерьёз его задели. – Сходи на сайт! Почитай, как люди отзываются о нашей работе! Возьми калькулятор и прикинь, каков процент недовольных и благодарных клиентов. И ты увидишь: недовольных – единицы! Соотношение один к десяти в нашу пользу!

Я удивлённо притихла на пассажирском сиденье. Водитель разбушевался. Мне удалось его задеть. Впервые пришлось увидеть Егора в ярости. Хотя нет, вспомнила! Он так же дрожал от злости, когда разговаривал с надоевшей ему Еленой…

Подумать только, как бурно защищает Егор честь «Атланта»! Почему нападки в адрес страховой компании настолько разозлили его? Он – всего лишь пешка, выполняющая указания начальства. Ему приказали до упора придерживать выплаты клиентам, придираться к каждой мелочи, урезать суммы страховки. И он послушно выполняет требования директора. Это обычная практика страховых компаний. А если Егор начнёт сорить деньгами «Атланта» – то вмиг потеряет место… Я не злюсь конкретно на Егора, просто возненавидела его контору.

– Знаю-знаю, как появляются хвалебные отзывы на сайтах! Сами же сидите и сочиняете!

– Неправда!

– Рассказывай!

– Юля, ты заблуждаешься.

– Не понимаю, почему тебя так волнует реноме «Атланта»? Лучше бы честно признался: да, мы обманываем клиентов, не отдаём им деньги, но я ничего не могу с этим поделать, это политика фирмы. И пока я там работаю, я вынужден подчиняться требованиям начальства.

– Да никого мы не обманываем! – выпалил Егор.

– Тогда гоните денежки за мою разбитую машину!

Вопль о «денежках» стал заключительным в перепалке. Ответа не последовало. Егор надолго замолчал. Он мрачно смотрел вперёд, на дорогу… Потом почему-то взял вправо, остановился на обочине…

Всё понятно.

Я его достала.

Меня ждёт депортация.

– Хочешь порулить?

– Что?! – задохнулась я от счастья.

– Давай садись за руль.

– Ты меня пустишь? – изумилась я. – О-о!

– Ты же хочешь, я вижу. Прямо исстрадалась.

– Так заметно?

– Очень.

– Егорушка, ты прелесть! – заворковала я, цепляясь за баранку.

Ух, сейчас полетим!

– Да неужели? – улыбнулся Егор. Его улыбка вспыхнула, как солнечный луч, пробившийся сквозь плотный сумрак облаков.

– Серьёзно! Ты самый лучший парень на свете!

– Взяточница! Легко же завоевать твою симпатию. Достаточно пустить за руль.

– Но ведь это не мало! Ты же не «Запорожец» мне доверил, а дорогущий джип.

– Что верно, то верно.

– О, какой он классный! – простонала я. Могучий зверь рычал, дрожал, трепетал, беспрекословно выполняя все мои желания. Мы летели, не касаясь дороги. Моё сердце замирало от восторга.

– Какая машина! Супер!

– Разгоняется до сотни за пять секунд. Но ты и сама это уже проверила. Эй, девушка, полегче!

– Извини. Крышу снесло от счастья.

Когда на горизонте показалось кафе «Бодрый Джек», Егор попросил притормозить, и вскоре мы подъехали к месту, где в феврале Нонна улетела в кювет… Так как в мобильнике Нонны моё имя чаще всего встречалось в «вызовах», а в записной книжке, изъятой из Нонниной сумки, на первой странице было крупно выведено «Юля Бронникова» и оба моих телефона – домашний и сотовый, то позвонили именно мне…

Сейчас место, где перевернулся автомобиль, выглядело вполне безобидно и даже живописно – трава, мелкие майские цветы, неподалёку – светло-зелёный подлесок, а над ним – монументальные тёмно-зелёные сосны… Ничто не напоминало о трагедии. Тогда, добравшись сквозь вьюгу до 50-километровой отметки шоссе, я увидела в темноте груду обгоревшего металла, чёрный снег… Какая-то грязная тряпка валялась на земле, я нагнулась, потянула двумя пальцами за край… Ноннина пашмина – ядовито-зелёная, проблески люрекса, широкая кайма с оленями. В тот день, утром пятого февраля, подруга обильно намотала палантин на шею, и я, конечно, не удержалась от комментария: досталось и жизнерадостным оленям, и люрексу…

– Заедем в «Бодрый Джек»? – предложил Егор. – Притормози. Умираю с голоду!

– Нам обязательно заезжать именно в это кафе? – мрачно спросила я. – Доберёмся до города, там полно прекрасных ресторанов. Потерпи немного, а потом ешь, сколько хочешь!

Настроение испортилось. Как можно быть таким бесчувственным? Егор уловил, как страстно я хочу сесть за руль. Но почему он не понимает, что обедать в кафе, расположенном в полукилометре от места февральской автокатастрофы, для меня – кощунство?

– Оно симпатичное. Я там ел пару раз в подобной ситуации – когда возвращался из загородных экспедиций. Юля, не вредничай! Иначе привезёшь в город труп мужчины, скоропостижно скончавшегося от голодной смерти.

– Ну и чудесно! – пожала я плечами. – От трупа я избавлюсь, а машину присвою. Больно хороша!

Егор отреагировал на мою изящную шутку странным взглядом – изучающим и колючим. Словно на самом деле взвешивал свои шансы превратиться в труп и оказаться выброшенным из автомобиля.

Ну и дела!

За кого он меня держит?!

– Я пошутила! Егор, не надо так серьёзно воспринимать все мои слова! Ой, пропустила поворот на «Бодрого Джека»!

– Тормози и возвращайся, – хмуро приказал спутник. – Почему ты не слушаешься? Я же ясно сказал: мы заедем в кафе.

Каков нахал!

– А почему я должна тебя слушаться? Своей Леночкой командуй! – огрызнулась я. Однако остановила машину, мудро рассудив, что перед голодным тигром ламбаду не танцуют.

Развернувшись, добралась до площадки перед кафе и довольно нервно припарковалась – два раза сдавала назад.

– Юля, почему ты психуешь?