Заложник любви - Наталия Николаевна Антонова

– Мне тут Галя, пардон, моя жена Галина, говорит, что мы были бы рады встретиться с вами у нас дома.

– Вечером? – спросила Мирослава.

– Почему вечером? – переспросил он. – Хотя можно и вечером, как хотите.

– Простите, Василий Сергеевич, но днем-то вас, скорее всего, дома не бывает.

– Ах, вы об этом! – воскликнул он. – Мы сейчас с Галей в отпуске, так что дома днем будем еще целую неделю.

– Хорошо. Можно тогда я завтра к вам подъеду часикам к десяти утра?

– Ага, приезжайте. Записывайте адрес.

Не желая разочаровывать Кармазина, сказала:

– Диктуйте.

И он продиктовал свой адрес, который уже был записан у Мирославы со времени посещения агентства Аграфеной Тихоновной.

– Доброй ночи, – сказала Мирослава.

– И вам, – отозвался Кармазин, – до завтра.

– Что, не отказал? – спросил Морис, пряча улыбку.

– Нет! Оказывается, ему звонила Лутковская.

– Молодец Аграфена Тихоновна, – похвалил Морис, – облегчила вам задачу.

– Угу. Завтра буду говорить с обоими супругами Кармазиными. Они в отпуске. И думаю, что Галина Васильевна будет дожидаться моего визита с большим нетерпением, чем ее супруг.

– Пока вы не собрались спать, может, сыграем партию в шахматы? – предложил Морис.

– Охотно. Но кто бы ни выиграл, вторую партию сегодня играть не будем.

– Согласен! – махнул он рукой.

Партия затянулась надолго. Дон сидел рядом и демонстративно зевал. Наконец оба детектива согласились с ничьей и разошлись по своим комнатам.

С вечера начал было идти снег, но к ночи перестал. За ночь дороги были расчищены. Мирослава сразу после завтрака выехала из дома и, не попав ни в одну из пробок, благополучно добралась до дома, в котором жили Кармазины. Дом не был элитным, обыкновенный дом из кирпича, построенный в начале нынешнего века. Зато двор был благоустроенным, с большой детской площадкой, лавочками, площадкой для игры в теннис, запорошенными снегом газонами и клумбами. Имелась также стоянка для автомобилей жильцов. Подъезды были оснащены домофонами. Кармазины жили в среднем подъезде на четвертом этаже.

Когда Мирослава набрала номер квартиры Кармазиных, ей ответил приятный женский голос:

– Алло!

Догадавшись, что это Галина, жена Василия, Мирослава подумала: «Супруги даже слово алло произносят с одинаковой интонацией». Домофону же она сообщила:

– Здравствуйте, это Мирослава Волгина.

– Здравствуйте! А мы вас с Васей заждались! – сообщила ей женщина, прежде чем открылась подъездная дверь.

«Удивительные люди, – подумала Мирослава, – до назначенного срока осталось еще десять минут, а они уже заждались. Не иначе как со вчерашнего вечера начали ждать меня». И детектив стала подниматься на четвертый этаж по лестнице. Она догадывалась, что дверь Галина Васильевна уже открыла и поджидает ее на пороге. Мирославе даже показалось, что она расслышала звук открывавшейся двери, а теперь слышит тихое потоптывание мягких тапочек. Почему она решила, что на ногах Карамазиной мягкие тапочки, неизвестно. Но, поднявшись на площадку, она первым делом посмотрела на ноги Галины Васильевны. Так и есть, на них были мягкие клетчатые тапочки.

– Проходите скорей! – пригласила хозяйка квартиры, даже не дав Мирославе подойти близко.

– Спасибо, – улыбнулась детектив, входя в прихожую.

С интересом понаблюдав за тем, как Мирослава натягивает бахилы, Кармазина громко позвала мужа:

– Вася! Ну где ты там?

– Здесь я, здесь, – проговорил появившийся в дверях высокий блондин, выглядевший лет на тридцать, хотя Мирослава знала, что Кармазину намного больше сорока. – Я чайник ставил, – проинформировал он жену и гостью.

– Правильно, Вася! – похвалила Галина и, обратившись к Мирославе, сказала: – Вот за этой дверью у нас ванная. Идите мойте руки! И не вздумайте отказываться! – добавила она, не дав детективу вставить и слова. – Я напекла пирожки с капустой и картошкой! Специально встала пораньше.

– Я и не думала отказываться, – улыбнулась Мирослава, радуясь тому, что удалось вставить в монолог Кармазиной хотя бы пару слов.

Ванная комната буквально светилась чистотой. У каждого члена семьи была своя полочка, шкафчик и полотенце. Общим было одно большое полотенце. Наверное, им вытирали руки…

Мирослава взяла хвойное мыло, которым, скорее всего, пользовался хозяин дома, намылила руки и хорошо ополоснула их. Полотенец она касаться не стала, обошлась салфеткой, которые всегда были у нее при себе. Выйдя из ванной, она пошла на звук голосов и не ошиблась, вскоре оказавшись на кухне.

– Еще раз здравствуйте всем! – улыбнулась она.

Супруги ответили на ее приветствие хором и сразу же усадили за стол.

Детей, по-видимому, дома не было, и Мирослава не стала спрашивать о них, так как в данном случае это не имело значения.

– Вы любите чай покрепче или послабее? – спросила хозяйка.

– Покрепче, – ответила детектив.

– С сахаром?

– Без.

– А какие пирожки вы больше любите – с капустой или с картошкой? – продолжала атаковать ее Кармазина.

– Я всякие люблю, – ответила Мирослава с улыбкой.

– Что я тебе говорил, – Василий Сергеевич бросил на жену озорной взгляд, – наш человек.

– Все-то ты заранее знаешь, – с притворной строгостью проворчала жена. И оба улыбнулись.

Мирослава съела первый попавшейся ей под руку пирожок, запила его чаем и собралась открыть рот.

Но хозяйка опередила ее:

– Только не говорите, пожалуйста, что вы не чай пришли пить, а разговоры вести! – И она замахала руками.

– Увы, увы, Галина Васильевна, но это так! Мне необходимо поговорить с вашим мужем о его друге Леонтии Свиридове.

– Знаем мы, что вам нужно, – ответила Кармазина. – Но почему вы хотите поговорить только с Васей? Давайте поговорим вместе.

– Давайте, – согласилась Мирослава. У нее не было никакого желания спорить с Кармазиной или даже хотя бы напомнить ей, что Леонтий друг ее мужа, а никак не ее. У Галины, наверное, было свое видение ситуации, и переубеждать ее не имело смысла. – Когда вы видели Леонтия в последний раз? – спросила детектив, посмотрев на Кармазина.

– Мы видели его примерно месяц назад, – ответила Галина Васильевна и попросила: – Погодите минуточку. – Она замолчала, пошевелила несколько секунд губами и выдала: – Ну точно! Прошло месяц и один день!

– Вы так хорошо это запомнили?

– Конечно! – уверенно ответила Кармазина.

– Вы просто не знаете мою жену, – наконец вступил в разговор Василий Сергеевич. – У моей Галины превосходная память! – В его голосе прозвучала явственная гордость за любимую супругу.

– Леонтий пришел в тот день раньше остальных гостей, – сказала Галина Васильевна.

– У вас в тот день собирались гости? – быстро спросила Мирослава.

– Ну да, небольшой междусобойчик. Мы с Васей двадцать лет вместе. Невелика, конечно, дата, – сказала хозяйка, – до серебряной свадьбы еще пять лет, но все-таки.

– Мы с Галей запланировали прожить вместе не менее семидесяти пяти лет в браке, – сообщил хозяин дома, – так что мы, можно сказать, в начале пути.

– Отлично! – похвалила Мирослава и спросила: – А Леонтий знал о вашем празднике?