Джон Гришем - Партнер

Поднявшись из кресла, Патрик подошел к двери, распахнул ее и негромко поприветствовал двух помощников шерифа, Пита и Эдди, - своих постоянных стражей.

- Как спалось? - соблюдая ежеутренний ритуал, спросил Эдди.

- Отлично, Эдди, благодарю, - такой же привычной фразой ответил Патрик.

В холле, у лифта, он увидел сидевшего в кресле Брента Майерса, агента ФБР, сопровождавшего его домой из Пуэрто-Рико. Патрик кивнул, но Брент даже не поднял головы от утренней газеты.

Войдя в палату, Патрик занялся осторожными приседаниями: мускулы уже окрепли, но места ожогов все еще саднило. Об упражнениях, требовавших большей физической нагрузки, пока не могло быть и речи.

Постучав в дверь, на пороге появилась сестра.

- Доброе утро, Патрик, - прощебетала она, ставя на стол поднос. Время завтракать. Как прошла ночь?

- Великолепно. А у вас?

- Чудесно. Принести еще что-нибудь?

- Нет. Спасибо.

- Только скажите. - Сестра вышла.

Заведенный в госпитале порядок почти не менялся. Изнемогая от тоски, Патрик тем не менее отдавал себе отчет в том, что ситуация могла быть значительно хуже: завтрак в тюрьме округа Гаррисон просунули бы в камеру на алюминиевом подносе в узкую щель решетчатой двери, и есть его пришлось бы в обществе ежедневно сменявшихся сожителей.

Взяв чашку кофе, Патрик пошел в свой деловой уголок, включил лампу и посмотрел на сложенные в стопку папки.

Он находился в Билокси уже неделю. Та, другая, жизнь закончилась тринадцать дней назад на узкой и пыльной дороге, за тысячи километров отсюда. Ему снова захотелось стать Денило, сеньором Силвой, живущим тихой и спокойной жизнью в простом домике, где приходящая служанка говорила на мелодичном португальском с тягучими индейскими интонациями. Как не хватало ему длительных прогулок по согретым солнцем улочкам Понта-Пору, изнурительных пробежек в окрестностях городка! Не хватало и бесед с сидевшими в тени деревьев за чаем пожилыми мужчинами, с готовностью вступавшими в разговор с каждым, у кого было время остановиться на несколько минут. Он соскучился даже по шумной суете небольшого рынка.

Он тосковал по Бразилии, ставшей для него домом, по ее бескрайним просторам, красоте и удивительным контрастам, по наполненным бурной жизнью городам и забытым Богом крошечным селениям, по ее открытым и радушным людям. У него болела душа из-за Евы, он вспоминал ее нежные прикосновения, добрую улыбку, полное неги тело и удивительно страстную натуру. Жить без Евы он не сможет.

Почему у человека всего одна жизнь? Где записано, что невозможно все начать сначала? И еще раз сначала? Патрик умер, а Денило стал пленником.

Он пережил смерть первого и поимку второго. Разве нет возможности спастись вновь? Ведь должна же быть и третья жизнь - без боли и мрачных теней, сопровождавших его всегда. Это будет действительно идеальная жизнь с Евой.

Они поселятся где угодно - там, где можно не расставаться, где они станут недостижимыми для теней прошлого. Поселятся в прекрасном доме и заведут детишек.

Ева - сильная женщина, но и у нее, как у каждого, силы могут иссякнуть. Она любит отца, и дом всегда был для нее магнитом. Все истинные бразильцы боготворят города, в которых живут, считают, что их создал Творец специально для них.

Это из-за него ей сейчас грозит опасность - как же может он не защитить ее?

Получится ли? Или удача отвернулась навсегда?

На предложение встретиться в восемь Каттер ответил согласием лишь потому, что мистер Макдермотт сообщил, что дело не терпит отлагательства. Здание ФБР с трудом пробуждалось к жизни жалкой кучкой чиновников, прибывших в немыслимо ранний час. Обычно это происходило в девять.

Каттер не позволил себе грубости, хотя его поведение вряд ли можно было назвать гостеприимным. Если что-то и могло доставить ему удовольствие в это неурочное время, то никак не разговор с самоуверенным адвокатом. Разлив по пластиковым стаканчикам кофе, он ленивым движением освободил место на небольшом столе.

Сэнди начал с вежливой благодарности за предоставленную возможность встретиться, и Каттер невольно смягчился.

- Вы не помните о телефонном звонке в ваш кабинет тринадцать дней назад? - спросил Сэнди. - Звонила дама из Бразилии.

- Конечно, помню.

- Я виделся с ней несколько раз. Она - юрист Патрика Лэнигана.

- И сейчас находится здесь?

- Неподалеку. - Сэнди подул на горячий кофе и, сделав осторожный глоток, кратко изложил большую часть того, что ему было известно о Лиа, причем умудрился ни разу не назвать ее имени, а затем поинтересовался ходом дела Стефано.

Каттер посерьезнел. Черкнув дешевой ручкой пару строк в блокноте, он попытался уточнить позиции:

- Откуда вам стало известно о Стефано?

- Моя коллега, дама из Бразилии, знает о нем всё. Ведь это она назвала вам его имя.

- А как она узнала о его существовании?

- Долгая и запутанная история, для меня, к сожалению, почти темная.

- Тогда к чему упоминать о ней?

- Видите ли, Стефано по-прежнему не оставил мысли добраться до моего клиента, и мне хочется положить этому конец.

Ручка Каттера снова заскользила по бумаге, он отхлебнул из дымящейся чашки. Перед глазами медленно вырисовывалась сложная схема: кто - кому когда - что сказал.

То, о чем сообщал в Вашингтоне Стефано, было известно ему почти дословно, однако остались и пробелы. Ясно одно: Стефано обязался прекратить охоту.

- С чего вы это взяли?

- Его люди в Бразилии похитили отца этой дамы.

Каттер невольно приоткрыл рот, взгляд его устремился в потолок. Через несколько секунд он спросил:

- Не может ли эта дама-юрист располагать информацией о деньгах?

- Такая вероятность существует.

Все встало на свои места.

Сэнди между тем продолжал:

- Похищение отца преследует целью заманить ее в Бразилию, где она будет схвачена и подвергнута пыткам так же, как и Патрик. Все упирается в деньги.

- Когда произошло это похищение?

- Вчера.

Ассистент Сэнди выудил сообщение из Интернета всего два часа назад коротенькую заметку с шестой страницы "О Глобо", ежедневной городской газеты Рио-де-Жанейро.

Приводилось и имя жертвы -- Паоло Миранда. Сэнди до сих пор не задумывался о настоящем имени той, которую знал как Лиа, так что можно было смело исходить из того, что ФБР очень скоро установит ее личность. Собственно говоря, Сэнди не видел большого греха в том, чтобы назвать ее имя, - беда заключалась в том, что он не знал его сам.

- Но тут мы мало что можем сделать.

- Неужели? За всем этим стоит Стефано. Надавите на него. Скажите, что моя коллега не собирается лезть в расставленные сети, что она обратится к бразильским властям и укажет им на него, Джека Стефано.

- Посмотрю, что в моих силах.

Каттер помнил, что сидевший перед ним Сэнди Макдермотт выдвинул против ФБР иск на несколько миллионов долларов, обвинив в преступлениях, которые Бюро никогда не совершало. Но заводить сейчас разговор об иске не имело никакого смысла. Позже, может быть.

- Единственное, что волнует Стефано, - это деньги, - добавил Сэнди. Если со стариком что-то случится, Джек не увидит ни цента.

- Вы хотите сказать, что есть возможность вступить в переговоры?

- А как вы думаете? В ожидании смертного приговора или пожизненного заключения вы бы тоже начали их, а?

- Так что мы должны сказать Стефано?

- Прикажите ему отпустить старика, а потом можно будет поговорить и о деньгах.

День начался для Стефано рано. Беседа, уже четвертая, должна была продлиться до вечера и поставить точку в его увлекательном повествовании о розысках Патрика Лэнигана. Адвокат Стефано отсутствовал: он участвовал в слушании дела в суде. Однако адвокат и не был особенно нужен ему, кроме того, необходимость платить четыреста пятьдесят долларов в час угнетала. На этот раз вопросы задавал новый чиновник, Оливер, с фамилией, которую невозможно было запомнить. Но фамилия не интересовала Стефано: все фэбээровцы прошли одну школу.

- Вы говорили о хирурге, делавшем пластические операции, - сказал Оливер, будто возобновляя прерванную телефонным звонком беседу.

Никогда прежде двое мужчин не видели друг друга, а последний раз Джек говорил о Патрике Лэнигане не менее тринадцати часов назад.

- Да.

- И это было в апреле девяносто четвертого года?

- Совершенно верно.

- Продолжайте, пожалуйста.

Стефано шевельнулся, устраиваясь в кресле поудобнее.

- За определенное время след успел остыть. Впрочем, времени прошло немало. Мы работали не покладая рук, но месяц шел за месяцем, не принося абсолютно ничего, ни малейшей зацепки. Затем, в конце девяносто четвертого, с нами связались люди из частного детективного агентства "Плутон", находившегося в Атланте.

- "Плутон"?

- Да. Мы называли их парнями с Плутона. Славные парни. Многие из них были когда-то сотрудниками вашей конторы. Они задавали вопросы о ходе розысков Патрика Лэнигана и говорили, что у них может быть кое-какая о нем информация. Пару раз я встречался с ними здесь, в Вашингтоне. Работали они по заданию некоего таинственного клиента, уверявшего, будто он знает нечто о Лэнигане. Естественно, я заинтересовался. Однако парни вовсе не спешили открыть мне карты, заявив, что у их клиента достаточно времени. Он, что неудивительно, горел желанием получить кучу денег. Вам может показаться странным, но меня это даже вдохновило.