Дорога из стекла - Вероника Белл

никогда не испытывала, и этим отнял все, что у меня было. Я думала, у меня есть все, что нужно девушке для счастья. Веселые и, главное, надежные друзья, любимый парень… Но иллюзии разбились о реальность. Среди друзей есть предатель. А мои чувства к Максу оказались слишком слабыми, если они вообще существовали. Я никогда не испытывала с ним эмоций, сравнимых по силе с теми, которые возникают рядом с Шоном.

На часах – десять. Сколько времени я уже смотрю в пространство, укутавшись в свое любимое бежевое одеяло? Я вернулась домой в восемь. Получается, два часа.

Звонок. На экране высвечивается имя Макса. Я вздыхаю. Когда же я избавлюсь от необходимости лгать снова и снова? Даже если это ложь во благо.

– А я как раз собиралась тебе звонить, – произношу я.

– Вот видишь, я, как всегда, читаю твои мысли. Лиз, я соскучился. Приезжай ко мне. Кстати, я разработал новую схему расследования, учитывая все новые факты.

– Макс, не нужно. Мы прекращаем расследование. Я ошиблась. Это не было убийством.

Как сложно это говорить… человеку, которому доверяешь. Но сегодня я убедилась в том, что угроза реальна. Я не буду рисковать жизнями дорогих мне людей. Только своей. И поэтому все они должны узнать новую правду.

Молчание в трубке длится слишком долго.

– Как? – наконец спрашивает Макс.

– Я не могла поверить в то, что Ева способна на самоубийство. Но все факты говорят об этом. И полиция. Теперь я понимаю, что ошиблась. Ты слышишь меня?

– А игра? Что значат эти карточки?

– Их написала Ева. Сама. Именно они и дали мне понять, что убийства не было.

На глаза наворачиваются слезы, когда я произношу это. Но другого выхода нет.

Я не могу подвергать опасности твою жизнь, Макс. Извини.

То же самое я говорю Хлое, Брендону и Энди. Но самое ужасное здесь не то, что я солгала, нет… самое ужасное, что они поверили.

Разговор с Шоном я поручаю Брендону. Ему я точно не смогу сказать то, что сказала остальным, ни разу не запнувшись.

Внушив всем мысль о том, что никакого убийства не было, я продолжаю свое собственное расследование, уже не беспокоясь за чужие жизни. Я не остановлюсь, несмотря ни на что. К тому же теперь автор письма будет убежден в том, что все идет по его плану. Но это ненадолго… Я какое-то время думала, с чего начать теперь, и пришла к такому выводу: первое, что нужно сделать, – дочитать дневник до конца.

На страницах запечатлены многие события, связанные со мной, Шоном, Брендоном, школой, с нашей командой… Это потаенные страхи, сложность выбора, просто приятные и счастливые моменты. Все переживания Евы связаны с проблемами других людей и желанием помочь им, о ней самой – ни слова. Она была уверена в том, что ее жизнь состоит из ярких разноцветных лоскутков, на которых нет ни одного грязного пятнышка, а другим, тем, у кого судьба складывалась по-другому, или же ей так казалось, сочувствовала и делала все, чтобы помочь. И я даже не могу представить себе, каково это.

Последняя неделя…

Ничего. И снова ничего. Хотя…

«Девятнадцатое октября.

Сегодня Шон рассказал мне то, о чем я предпочла бы не знать… Эта история действительно ужасна. Я молчала, потому что не находила слов, но, кажется, братик понял меня неправильно. Я никогда бы не подумала, что тем вечером произошло нечто подобное… Даже в глазах потемнело: мне казалось, что я упаду в обморок. Но теперь я знаю, что заставило брата бросить наркотики и свою компанию, знаю, отчего он был сам не свой в ту ночь. Я даже делала запись в тот день, пятого ноября. Очень сильно беспокоилась за него и не могла понять, в чем же причина… Теперь понимаю. В ту ночь…»

На этих словах страница заканчивается, я тут же ее переворачиваю.

«Лиз побила рекорд по числу пируэтов и сделала очень сложную поддержку, а Мия научилась делать сальто. Победа нам обеспечена!»

Что?!

Я перелистываю назад, тру страницу – наверное, я нечаянно одну пропустила. Безрезультатно.

Значит…

Я всматриваюсь в корешок тетради.

Значит, следующая страница вырвана. Но, кажется, я знаю, о чем там было написано.

– Лиз, что бы ты сделала, если бы кто-то из твоих близких признался тебе в том, что он… убил человека?

Этот вопрос Ева задала мне на последней нашей совместной тренировке двадцатого октября.

Взгляд у нее был задумчивый и немного печальный. Я тогда не придала значения ее словам – подруга любила поразмышлять над философскими темами. Иногда я не задумывалась над ними всерьез и говорила первое, что придет в голову, но в тот момент я представила себя в подобной ситуации и содрогнулась.

– Не спрашивай у меня такое. Это слишком сложно, – медленно ответила я. – Зависит от ситуации и… что ты вообще имеешь в виду? Рассказала ли бы об этом полиции? Нет. А вот насчет всего остального не уверена.

Убил человека… Убил… Убил!

В голове складывается целостная картинка.

Девятнадцатого октября Ева узнала об убийстве, которое произошло год назад. И о том, кто его совершил. Через два дня ее находят мертвой. В стакан девушке подсыпали цианистый калий. А теперь вопрос, над которым мы ломали голову очень долгое время: кто это сделал? Тот, кому нужно было устранить ненужного свидетеля. Тот, кто уже когда-то лишил жизни невинного человека.

…Шон Уайт.

Глава 14

Он сказал, что проверил алиби каждого из ребят. Но делать это даже не было надобности: он ведь точно знал, что никто из них не является убийцей. И после встречи с Киром он не выходил из дома до девяти часов.

Он догадался, что я знаю: никакого самоубийства не было, и сделал вид, что понял это первым. Код от сейфа Хлои он знал и смог взять игру, сделать надписи и отдать мне. Для чего? Чтобы сбить всех с толку. А затем написал записку, предвидя мои следующие шаги. Зная, что я не стану рисковать чужими жизнями и сумею убедить всех в том, что я ошиблась. Но сама не остановлюсь… Трудно же приходится преступникам. Нужно заметать следы снова и снова. Последний несчастный случай: бедняжка, совсем недавно потерявшая подругу, оказалась не в то время не в том месте… и кровавая цепочка была бы завершена.

Все сходится. Каждая деталь, каждая незначительная мелочь…

Но я не верю. Это безумие. Да, больная фантазия способна на многое. Мне стыдно за свои мысли,