Плюшевые мишки не умирают - Чо Йеын

Продолжая сжимать в руках игрушку, она решила сказать хоть что-нибудь. Мишка-Тоха в объятиях Хваён лишь молча разглядывал свое лицо. Такое знакомое, но при этом ужасно чужое. «Мое тело двигается само по себе. Говорит в точности как я. Но я ведь сейчас в теле игрушки. Кто забрался в мое тело и двигает им? – думал он. – А ведь маленький призрак упоминал об этом. Кто-то вытянул меня из моего тела и забрал его себе. Я отделился от него, и какой-то злой дух, воспользовавшись этим, его украл, – предположил Тоха. Но, глядя на живого себя, никак не мог поверить в происходящее: – А что, если он настоящий, а я – нет?»

– Эй, мишка! Скажи давай, что это твое тело. Что ты настоящий. Быстрее возвращай свое тело!

«Действительно ли я тот самый Тоха?» – сомневался он.

– Ты о чем вообще? Ты что, с плюшевым медведем разговариваешь?

Тоха-человек схватил Хваён за запястье. Растерявшись от непредвиденной ситуации, она дернулась, чтобы высвободиться, отчего рюкзак на плече покачнулся и врезал парню по лицу. Раздался глухой стук. Плюшевый мишка выпал из объятий прямо на мраморный пол. Он было растерялся, как вдруг подумал, что здесь что-то не сходится. Трусишка Тоха, которым он обычно и являлся, ни за что бы просто так не протянул руку и не подошел бы к кому-то. Если бы незнакомец вломился в дом, он бы спрятался под столом и заявил в полицию, – вот это было вполне в его духе.

Парень покачнулся от удара рюкзаком. Между тем Хваён уже сбежала из гостиной на кухню и, быстро схватив чугунную сковородку, которая вполне бы сгодилась на роль смертельного оружия, встала в защитную стойку. Тоха в человеческом обличье выругался и сделал шаг в ее сторону. Но мишка схватился лапой за его штанину. Тот опустил взгляд на игрушку.

– Кто ты? – спросил Тоха в теле плюшевого мишки у своего человеческого тела.

Юноша спокойно ответил:

– Как кто? Хан Тоха, естественно.

Как только глаза двух Тоха встретились, запертая дверь воспоминаний вдруг скрипнула. Мишка стал уверен: в его теле не Тоха. Это кто-то другой. Незнакомое существо завладело его телом и притворилось им. Отчего-то лицо, смотрящее на Тоха сверху вниз, показалось ему знакомым. Мишка замялся – и тут парень усмехнулся. С яркой улыбкой, чуть прикрыв глаза. Тоха уже видел это выражение лица. Нет, он его ужасно любил. Хотел научиться так же улыбаться и даже тренировался перед зеркалом. Так где же он его видел…

– Хан Тохён?

Произнеся это имя, Тоха будто бы еще шире открыл ящик своей памяти, а когда его тело перестало улыбаться, плохонький замок и вовсе развалился пополам. Плюшевого мишку с головой захлестнула волна воспоминаний.

* * *

Тоха вернулся в тот день, когда он был возле комнаты Тохёна.

Он стоял, держась за дверную ручку. Затем с глубоким вздохом повернул запястье. Стоило двери приоткрыться, как наружу тут же просочился гнилой запах. «Разве от призраков пахнет так сильно?» – пронеслось в голове. Зажав нос, Тоха распахнул дверь пошире и рукой нашарил выключатель на стене. Под светом флуоресцентной лампы обнаружилась незнакомая фигура.

Одним словом, этот парень совершенно не сочетался с квартирой. Казалось, он, словно извивающаяся на асфальте рыба, вынужденно оказался там, где его быть не должно. Слишком худощавый, с острым подбородком и синяками под сильно выпирающими зрачками. Длинный порез на шее, бледная кожа, а также заполнивший всю комнату запах гнили – все это подсказывало Тоха, что парень перед ним уже не жив. Впервые призрак казался настолько правдоподобным. Тоха осознал, что в состоянии шока люди не могут выдавить ни звука. Вот и он тогда мог лишь глупо пялиться на призрака, застыв на месте. И молясь про себя: «Пожалуйста, пусть он исчезнет скорее».

Но парень не исчез, а, наоборот, невозмутимо продолжал свое существование. В несколько шагов он оказался рядом с Тоха. Призрак вытянул руку и погладил его по щеке. Едва почувствовав на себе грубое ледяное прикосновение, Тоха впервые допустил, что перед ним все-таки живой человек. «Но как такое возможно? – недоумевал он. – Мало призраков, теперь еще и зомби? Я что, потихоньку с ума схожу?»

Тоха отбросил чужую руку и побежал обратно к себе. Едва переступив порог комнаты, он запер дверь и закинул в рот несколько таблеток снотворного. Это был призрак. Просто более реалистичный и четкий, чем обычно. А лучше всего помогает сбежать от призраков сон. Во сне их не видно, стоит лишь глаза закрыть – и они исчезнут. Смеясь, призрак грубо стучал в его комнату – это было последним, что парень услышал перед тем, как закрыть глаза. Он без конца бормотал, словно заклинание: «Ничего не случится, мертвые не могут навредить живым. Они только и могут, что смотреть. Больше ничего».

А когда Тоха снова открыл глаза, тут же встретился взглядом с игрушечным медведем, который пристально взирал на него.

– Привет, – сказал Улыбчивый мишка.

В голове юноши царил туман: наверное, от снотворного. Тоха начал снова проваливаться в сон. Вдруг мишка со всей силы ударил его по щеке. Вата ватой, но удар вышел четким.

– Почувствовал? В доказательство того, что это не сон.

Все еще ощущая на себе эффект от лекарства, Тоха спросил:

– Тогда кто ты?

– Улыбчивый мишка.

– Это-то я знаю, но как ты разговариваешь и двигаешься?

– Не важно, кто я. Важно, что я даю тебе шанс.

– Какой шанс?

– Разве тебе не хочется узнать правду?

– О чем?

– О том, что же ты видел перед сном.

Плюшевый мишка сладко прошептал:

– Разве тебе не любопытно, чем же каждую ночь занимается твой дядя, с которым ты живешь? Почему в комнате мертвого Тохёна пахнет гнильем, почему человек, которому не было дела ни до кого, кроме собственного сына, привел тебя в этот дом? Тебя же всегда при взгляде на семейный портрет мучает один и тот же вопрос: «Есть ли в этом доме место для меня?» Думаешь о том, что существуешь как предмет мебели, переживаешь, что в один прекрасный день от тебя избавятся.

Тоха не мог принять тот факт, что все происходящее не сон. «Это просто очень-очень яркий сон, а плюшевый мишка – мое второе “я”, с которым я случайно в этом сне столкнулся. Иначе он бы не смог связать воедино все ниточки моей души, я же ни с кем об этом не говорил. – От мысли, что это все сон, на душе стало легче. – Сегодня просто странный день», – подумал парень и спросил:

– Ну узнаю я –