Дьявол из Огайо - Дарья Полатин

у Сисси Спейсек в фильме «Кэрри», и мне казалось, что получилось очень даже неплохо. Посмотрев в зеркало в ванной, я улыбнулась.

Узкие бретельки платья на плечах заставляли меня чувствовать себя… ну не знаю, сексуальной, наверное. Я никогда не демонстрировала так много кожи, и мне казалось смелым надеть его, даже если это был всего лишь костюм.

На самом деле платье было нижней сорочкой, которую я купила в «Гудвилле» и тщательно постирала. На днях я ездила туда на автобусе после волейбольного матча, в котором я ни разу не вышла на поле. Сорочка, которую я нашла, стоила дешевле настоящего платья и казалась вполне подходящей в качестве костюма, так что я купила ее.

Я еще раз провела руками по волосам, чтобы пригладить их.

Оставалось только разбрызгать «кровь» на платье, и я буду готова: я стану Кэрри.

Выйдя в коридор, я наткнулась на…

– Джулс! Ты выглядишь восхитительно! – похвалила меня мама, повысив голос.

– Я собиралась выглядеть жутко, но спасибо. – Меня раздражало, что в последнее время она была такой рассеянной и проводила так много времени с Мэй. Но что поделать… Мой взгляд упал на ее руки.

Мама держала длинный светлый парик.

– Для чего это? – спросила я. Прежде чем она успела ответить, Мэй вышла из своей комнаты в коридор.

Я не могла поверить своим глазам.

– Что за черт? – едва ли не закричала я.

– Что? – спокойно отозвалась Мэй, оглядывая свой наряд. На ней было длинное белое платье, почти такое же, как у меня. – Это мой костюм. Я похожа на тебя!

Мэй улыбнулась.

У меня перехватило дыхание. Как такое могло произойти?

Мама протянула парик.

– Мэй тоже будет Кэрри!

Я почувствовала, как мое лицо исказилось от ярости. Это, должно быть, шутка. Сначала Мэй украла моего парня, теперь она крадет мой костюм на Хэллоуин?!

– Не совсем, – объяснила Мэй.

– Что ты имеешь в виду? – с вызовом спросила я и обвиняюще добавила. – Ты одета в точности как я.

– Ну, ты же Кэрри из старого фильма, верно? Того, который мы смотрели вчера вечером?

– Да. А что?

– Я – Кэрри из другого фильма. Из нового! Я посмотрела в Интернете. Есть еще одна версия фильма, более новая, – гордо сообщила она мне – как будто я этого не знала. – Я – новая Кэрри! – улыбнулась Мэй.

Нет, черт возьми. Не может быть.

«Кэрри» был моим любимым фильмом ужасов. И теперь Мэй копировала меня? Она была полнейшей самозванкой! Она забирала мою жизнь! Это была какая-то хрень, похожая на сюжет «Одинокой белой женщины»[50].

Мама взяла в руки парик и встряхнула синтетические волосы льняного цвета. Она надела его на голову Мэй, дополнив наряд.

– Выглядит отлично, Мэй! – просияла мама. – Вы, девочки, просто близняшки! Я всегда хотела близнецов.

Я уставилась на Мэй, от злости не находя слов. Она украла мой костюм и переиграла меня, став «новой Кэрри». Я не могла с этим смириться.

– Где папа? – требовательно спросила я, повернувшись к маме. Она вдруг сосредоточилась на разглаживании пряди волос из парика, избегая смотреть мне в глаза.

– В гараже, – пробормотала она, а затем вновь переключила внимание на Мэй. – Давай пройдемся щеткой по этим волосам! – предложила она, направляясь вместе с Мэй в ванную.

Я вышла на улицу и направилась к гаражу. Мне было интересно, почему папа там.

Я постучала в металлическую дверь.

– Папа?

Ответа не было. Я вошла внутрь. В затхлом помещении на полках стояли картонные коробки и какие-то старые инструменты – в основном хлам, которым никто никогда не пользовался и, скорее всего, никогда не будет пользоваться. Я заметила, что лестница, ведущая в верхнюю часть гаража, была откинута.

– Папа? – снова позвала я, направляясь к лестнице. Я поднялась на верхний этаж, стараясь не испачкать пылью свое белое платье.

Папа сидел на раскладушке в маленьком, похожем на чердак помещении. Он поднял на меня глаза.

– Привет, Горошинка, – произнес он. Он уже почти никогда не обращался ко мне так. В обычных обстоятельствах я не любила, когда меня называли моим дурацким детским прозвищем, но в данный момент я не возражала.

Мой взгляд зацепился за груду одежды, выскользнувшую из вещевого мешка возле кровати.

– Ты здесь ночуешь? – спросила я.

Папа опустил взгляд на деревянный пол из неотшлифованных досок.

– Ну только на время, – признался он.

Я знала, что мои родители, похоже, не особо ладят друг с другом в последнее время, но я и понятия не имела, что они спят в разных местах. Это было плохим предзнаменованием.

Наверняка папа видел по моему лицу, что у меня голова идет кругом.

– Ничего страшного, Джул-Джул, иногда людям просто нужно немного свободного пространства. Чтобы прояснить голову, например.

Полагаю, в этом был смысл. Мне определенно нужно было пространство, свободное от Мэй.

– Твой костюм выглядит отлично! – похвалил он меня, старательно делая бодрый вид.

– Спасибо, – ответила я, вспомнив, зачем вообще сюда пришла. – Мне нужна помощь, чтобы залить волосы кровью. Мама слишком занята, она помогает Мэй, – добавила я.

На лице отца мелькнула досада, а может, разочарование. Что бы это ни было, он быстро встал и хлопнул в ладоши – такова была его привычка, когда он пытался сменить тему.

– Давай выльем немного крови на твои волосы! – с энтузиазмом воскликнул он.

На улице папа плеснул искусственной крови на мои выпрямленные локоны, и она потекла на мое белое платье, как я и хотела. Я почувствовала, как липкая красная жидкость просачивается на мою кожу сквозь тонкую ткань платья.

На мгновение я подумала о том, что могла чувствовать Мэй, когда кровь из порезов на ее спине стекала по коже…

Но я быстро отогнала эту мысль.

– Я точно хорошо выгляжу? – спросила я папу, желая заручиться его поддержкой. Я не знала, почему чувствовала себя так неуверенно. На этой вечеринке не на кого было производить впечатление. Мне было все равно, что обо мне думает Зик, Себастьяну нравилась Мэй, а мой костюм уже был превзойден.

Папа посмотрел на меня, затем осторожно протянул руку и убрал прядь волос с моей щеки.

– Ты выглядишь великолепно, Горошинка, – улыбнулся он.

Глава 38

Заднее сиденье «Вольво» родителей Себастьяна было просторным, но я прижалась к дверце, стараясь оказаться как можно дальше от всей этой ситуации.

Когда Себастьян заехал за нами, Зик уже сидел в машине. Он был одет гномом-паладином, что, как он объяснил, было взято из «Подземелий и драконов». На нем был длинный плащ, а в руках он держал деревянную палку, которая, по его словам, была посохом. Кажется, такой костюм у него уже был.