Секретное оружие Жар-птицы - Дарья Александровна Калинина

class="p1">– Чего уж легче! Молодой. Тридцати еще нет. Волосы темные, стрижены коротко. Нос короткий. Сам тоже такой тощий и невысокий. Гриша говорил, что после ранений с головой у парня совсем беда приключилась. Когда приполз к нему, еще нормально разговаривал, а потом, после горячки, как дурачком стал.

Юра нахмурился:

– А можно я вам сейчас одну фотографию покажу?

– Валяй.

И взглянув на фотографию, которую Юра показал ей на экране смартфона, мама Роза не стала колебаться.

– Этого я знаю! – заявила она. – А чего? Выходит, ты его знаешь? Дружок он твой?

Юра ей не ответил. Он смотрел на Игоря, а Игорь смотрел на него. И Сашенька понимала, в чем причина этого взаимного переглядывания. Последние сомнения в том, кто прятался под личиной Мясника, у них отпали.

Тот человек на снимке, который показал Юра, был не кто иной, как Виталька, младший братишка их Игоря, пропавший в неизвестном направлении как раз в прошлом году, в мае месяце, в этих местах. Теперь всем было окончательно ясно, чью одежду нашла Юлька. И также было понятно, как одежда там оказалась. Не было понятным другое: как и при каких обстоятельствах владелец этой одежды расстался с нею.

Кто был тот человек, который стрелял в него? И почему, не закончив начатое дело, бросил окровавленного, изрешеченного пулями, но все еще живого Витальку одного, дав тому шанс на то, чтобы выжить?

Глава 14

Мама Роза вместе с двумя своими спутниками – родным сыном и племянником, которые и сидели на веслах странного плавсредства, доставившего эту женщину на озеро, отправилась к лесорубам в их лагерь, чтобы забрать те запасы спиртного, которые они изъяли из дома Косого.

– Все для тебя, мама Роза, хранили, – льстиво подмазывался к ней Вася.

– Сберегли в лучшем виде.

– Никому не давали, сами все пили.

Эту реплику, как и следовало ожидать, выдал Леха. И его друзья так же ожидаемо откликнулись на нее привычным возгласом:

– Молчи, дурак!!!

Мама Роза проявила завидное понимание, все выпитое заранее мужикам простила. А за это, лесорубы ей клятвенно пообещали, они смогут отправиться прямиком к телу Гришки Косого.

Сашенька видела, что маму Розу сопровождают Андрей и Вася, а Леха исчез вместе с лодкой. Видимо, его отправили выкапывать и отмывать тело Косого, чтобы предъявить его матери в достойном виде. В другое время Сашенька бы вмешалась, но сейчас ей было не до этого. Тело Косого все равно уже столько раз перемещалось с места на место, что на нем вряд ли могли остаться какие-то полезные для следствия следы. Пусть возят, пусть моют, пусть делают с ним все, что хотят.

Сейчас было куда более важно понять другое.

– Если Виталька до сих пор жив, то почему он прячется? И почему Гришка Косой упорно считал его опасным маньяком, которого называл Мясником?

При этом вопросе Игорь как-то замялся и потупился. Он вообще выглядел очень странно последние часы. Сашенька ожидала, что, услышав о том, что Виталька жив, пусть и был ранен, Игорь станет плясать и прыгать до небес от радости. А он еще больше стих и задумался.

– Игорь, в чем дело?

– Ни в чем.

– Ты что-то знаешь?

– Не знаю.

– Но я же вижу, что ты расстроен.

– Любой был бы расстроен, узнай, что его родной брат ползал по этим болотам раненый и истекал кровью.

– Но ведь он выжил.

– Да, выжил.

Игорь кинул на Юру взгляд, словно молил того о помощи. И Юра, как хороший и верный друг, пришел ему на помощь.

– Оставьте Игоря в покое, – сказал он. – Ему нужно сосредоточиться.

Игорь взглянул на друга с благодарностью и подтвердил:

– Да, мне надо сосредоточиться.

Сосредотачивался он долго, не меньше часа. Видимо, мысль, которую он обдумывал, была очень важной. Все как-то поневоле прониклись серьезностью момента, никто не шумел и не галдел. Все ждали, когда Игорь вернется к ним и скажет, что за мысли бродят у него в голове.

Игорь вернулся, но начинать разговор по-прежнему не спешил. Сидел, глядя на огонь, который развели девушки, и без конца пил кофе. Когда он выпил то ли пятую, то ли шестую сваренную специально для него кружку, Алена не выдержала:

– Игорь, хватит! Я не могу тебя видеть в таком состоянии!

– Что с тобой? – подключилась и Сашенька. – Ты такой мрачный, что страх берет.

– Ну, говори уже!

– Что случилось?

– Не сам же ты Витальку застрелил, в самом-то деле!

И Алена громко рассмеялась, показывая, что даже подумать о таком смешно. Ну а все прочее – это просто ерунда и как-нибудь решится и пройдет.

Но Игорь не спешил улыбнуться ей в ответ. Он все так же смотрел на огонь и даже кофе не стал допивать.

Алена какое-то время смотрела на Игоря, а потом тихонечко ахнула, прикрыв рукой рот.

– Не может быть! – прошептала она. – Ты?..

Игорь кивнул.

– Я!

Теперь все сгрудились возле него, стараясь не упустить ни единого слова. Когда Игорь поднял к ним голову, в глазах его стояли самые настоящие слезы.

– Простите меня, ребята! Простите меня! Я должен был все рассказать вам еще раньше! Как только понял, что Виталька творит, сразу же должен был обратиться за помощью к вам. Вы же мои друзья! Вы бы мне подсказали, как быть! Кто, как не вы, смогли бы решить, как нужно поступить? Но я не мог! У меня язык не поворачивался сказать вам то, что мне довелось узнать про моего Витальку!

О том, что с братом происходит что-то неладное, Игорь начал догадываться уже давно. Еще в школе, присматривая за младшим братиком, Игорь понимал: с тем творится что-то неправильное. В иные дни его брат становился неуправляем, он словно бы не понимал, что творит. В такие дни в школу он не ходил, оставался дома, но и дома не все было гладко. Виталька мог часами метаться по квартире из одного конца в другой, роняя по пути все предметы и набивая себе синяки и шишки, в которых потом винил Игоря. Когда приступ проходил, Виталька ничего не помнил о том, что с ним происходило. Что делал, чем занимался, он тоже вспомнить не мог.

– Меня это тревожило. Особенно я испугался, когда однажды застал Витальку с ножом. Он размахивал им перед собой в воздухе, но сам не понимал, что делает. Конечно, нож я у него отобрал, но это заставило нас с родителями всерьез задуматься. Ведь Виталька мог выскочить из квартиры, держа в руках нож, это могло плохо закончиться. И