Комната лжи - Никки Френч

у Элиаса, – сообщил Флетчер. – Я сказал, что тот может сегодня переночевать у нас, ты же не возражаешь?

Нив беспомощно кивнула. На лестнице послышались шаги, потом кто-то сбросил вниз что-то тяжелое. «Мейбл», – подумала Нив.

– Я тут решил, что надо заняться теплицей, прежде чем начинать готовить, – пояснил муж и обратился уже к Бернис: – Нив вечно шпыняет меня, чтобы я ее собрал.

– Я не шпыняю, а вежливо прошу, – поправила его Нив и тут же подлила масла в огонь: – Причем постоянно.

– Да без разницы. Не знаешь, в том мешке с проводами нет зарядника для электродрели? Сто лет ее в руки не брал.

Мешок с проводами. Молоток. Орудие убийства. Нив выскочила на середину кухни.

– Погоди! – вскрикнула Нив. – Сделай чай! Посиди пока с Бернис. Мне просто надо проведать Рори. Подожди. Это срочно.

Она юркнула в кладовку и сунула руку в мешок. Уже схватив молоток, подумала, что, возможно, на рукоятке остались отпечатки убийцы – а теперь и ее тоже. И Мейбл. Нив покрутила головой, ища еще какой-нибудь пакет, но в чулане висели только сетчатые сумки, поэтому она запихнула инструмент под рубашку и, придерживая его рукой, будто у нее болел живот, ринулась через всю кухню – мимо Флетчера и Бернис – к лестнице и дальше наверх, перепрыгивая через ступеньки. Куда теперь? Нив забежала к себе в комнату, вытащила коробку для подарков и уложила молоток на самое дно, затем сорвала с вешалки рубашку, прикрыла ею инструмент и задвинула коробку обратно в шкаф. Потом придумает место получше.

В спальню всунулась Мейбл.

– Что она здесь делает?

– Я не могла ничего сделать.

– Ты что, спятила?

– Мейбл, нам надо…

– Мам! – раздался вдруг голос Рори этажом выше.

Ее безропотный, тихий, любящий одиночество сын. Она поднялась на третий этаж и увидела, что Рори сидит на кровати.

– Как ты?

– Хорошо.

– Выходил на улицу?

– Нет.

– А ужин сготовить поможешь?

– Да, – просиял он. – А что будем делать?

– Твой папа делает свой чизкейк. Хочешь, чтобы я приготовила баба гануш? Тебе тогда надо поджарить баклажаны.

– Круто.

– А завтра мы можем поехать покататься на великах.

– Правда?

– Да.

Они вместе спустились на первый этаж. Нив представила сына Бернис, которая пила чай, сидя на самом краешке стула.

– Мы с Рори сейчас будем готовить ужин, – объявила Нив.

– Пожалуй, мне надо прилечь, – ответила гостья. Встала и принялась озираться по сторонам, будто ждала, что перед ней как по волшебству появится тахта.

– Конечно. Устроить вас на кровати?

– Ой, нет, сойдет и диван.

Тогда Нив провела ее в гостиную, и Бернис опустила блестящую сумочку на пол, сняла безупречную замшевую курточку и начищенные ботинки и улеглась на бесформенный диван, который Коннор разрисовал несмываемыми чернилами буквально на следующий же день после покупки. Бернис закрыла глаза, и ее лицо внезапно осунулось и постарело. Нив на цыпочках вышла прочь и тихонько прикрыла дверь.

Нив и Рори готовили вместе. Она сделала острый чесночный соус для рыбы и нарезала тонкими дольками тыкву, присыпав их сверху тертым имбирем. Смешала гарнир из йогурта с лаймом и замочила рис на сковороде, чтобы побыстрее дошел. Рори обжег баклажаны, отчего душераздирающе запищала дымовая сигнализация. Затем мальчик с трудом смешал их мякоть с кунжутом, почистил гранат, обрызгавшись красным соком. Нив видела, как в саду Флетчер возится с теплицей – пантомима неуклюжести и досады.

Вернулись пышущие энергией Коннор и Элиас. Сара кивнула хозяевам дома:

– Удачи. Она вам сейчас понадобится больше, чем мне. И спасибо. Хоть один вечер проведу сама с собой; надо только придумать, чем бы себя занять. Наверное, просто лягу спать пораньше. Вот она, увлекательная жизнь матери-одиночки.

И ушла. Мальчишки кинулись наверх. Нив перемыла кастрюли и сковородки. Ей было жарко, она вспотела и жутко проголодалась, но от страха ее подташнивало. Жена ее убитого любовника спала у нее на диване. Дочь наверху выбрасывала вещи из своей комнаты, а ведь совсем недавно утащила главную улику с места преступления, где она же, Нив, провела генеральную уборку. Подруга-юрист сказала, что Нив с Мейбл за такое светят три года заключения. Детектив, занимающийся расследованием убийства, почему-то заинтересовался Нив, а она никак не могла взять в толк почему. Орудие того самого убийства лежало у нее в шкафу. Подарок, который Сол заказал ей на день рождения, должны были доставить в квартиру. А сейчас им предстоял званый ужин.

В самом начале седьмого на кухонный пост заступил Флетчер. Нив прекрасно знала, как он целиком отдается процессу: выкладывает на стол продукты, закатывает рукава, затем открывает книгу с рецептами и аж минуту изучает нужный, будто видит его впервые.

– Можешь пока в душ сходить, – предложил муж. Нив еще была в грязной рабочей одежде, да и голова у нее успела засалиться.

Она чуть приотворила дверь гостиной и заглянула внутрь: Бернис крепко спала, – тогда Нив поднялась наверх и набрала воды в ванну. Долго лежала в воде, прислушиваясь к звукам в доме. Вот спустились Коннор с Элиасом, вот Мейбл швырнула вниз по ступенькам очередные тюки, вот забубнило радио.

Когда Нив наконец спустилась, одетая в длинное серое платье-рубашку, от которого не сумела найти пояс, и с мокрыми волосами, то столкнулась с Бернис, выходящей из гостиной. Уже успела подкраситься: снова в маске.

– Не одолжите чистую рубашку? – попросила гостья. – А то чувствую себя немножко несвежей.

– Конечно.

– Заодно покажете ваш гардероб.

– У меня ничего парадного нет, – качнула головой Нив. И тут вспомнила: молоток. В шкафу. – Подождите минутку. Один момент. Даже меньше.

Она кинулась вверх по лестнице, выудила из тайника молоток, запихнула его в корзину с грязным бельем и неуверенно застыла рядом. Где же надежнее?

Легче спрятать лист среди деревьев, а книгу – в библиотеке.

Нив завернула молоток в покрывало с кровати, снова спустилась, пробежала мимо Бернис и нырнула в кладовку. Там залезла в ящик с инструментами, водрузила молоток сверху и вернула крышку на место. Дыхание сбилось, стало прерывистым.

– Пойдемте, выберете, – обратилась она к Бернис, вернувшись в гостиную.

– Я передумала. Мне сейчас нужнее джин, – Бернис порылась в сумке и обрызгала себя духами.

Из комнаты Мейбл гремела музыка. Женщины направились на кухню, и тут Коннор со всей силы забил футбольный мяч в большое окно – звон, фонтан осколков. Флетчер, который размазывал по чизкейку волны белого шоколада, смачно выругался и достал из своего творения кусок стекла. Морская свинка прижалась серьезной мордочкой к прутьям клетки. Раздался звонок в дверь.

Первой приехала Тэмзин.

– Отлично выглядишь, – сделала комплимент Нив, обнимая подругу.

И нисколько