Плюшевые мишки не умирают - Чо Йеын

не знала, что все выйдет вот так. Думала, что выполнение порученного Чэ заказа займет некоторое время и она как раз поможет Тохёну найти его тело. Однако ситуация приняла неожиданный оборот – теперь решение проблемы пришлось брать полностью в свои руки. С этого момента станет только опаснее. Да даже если все разрешится благополучно, у нее ни за что не получится помочь мишке. Ведь она может оказаться в тюрьме. А втягивать постороннего в это дело точно нельзя. Поэтому распрощаться с ним сейчас казалось Хваён наилучшим решением.

Внезапно она вспомнила о том, что мишка видел жертву из учетной книги, но теперь уже ни возможности, ни времени вникать в подробности этого дела у девушки не было. Если между Ёнчжином и воспоминаниями Тохёна есть какая-либо связь, в расследовании произошедшего на водохранилище обязательно появятся улики. В конце концов, Хваён просто использовала его. Можно сколько угодно оправдываться, что у нее не было выбора, но она все равно была эгоисткой. И отрицать это девушка не хотела.

Хваён как можно крепче прижала к себе Тоха, которого она знала как Тохёна. Обняла столь крепко, что мягкая вата была готова выскочить наружу, и прошептала:

– Я до сих пор жива только благодаря тебе, Ли Тохён.

Затем со спокойствием в голосе сказала:

– Спасибо. Но на этом нам следует расстаться.

– Почему?

– Потому что я не смогу тебе помочь.

Взглянув в черные глаза плюшевого мишки, Хваён почувствовала, как ее захлестнуло чувство вины. Она смотрела на него не отрываясь, со всей искренностью, на которую только была способна.

– Ситуация изменилась. Я не смогу тебе помочь: ни вернуть твои воспоминания, ни найти твое настоящее тело. Прости меня. Попробуй поговорить с прохожими – какой-нибудь добрый человек обязательно откликнется. Ты же милый.

– Но ты ведь сама предложила действовать сообща. Сказала, что поможешь, если я помогу тебе.

Отчего-то казалось, что плюшевый мишка еле-еле сдерживает слезы. Хотя заплакать он ни за что бы не смог.

– Ты посмотри, как я выгляжу, кто вообще ко мне подойдет? Да меня тут уличные коты всего обдерут. Мне придется всю жизнь по улицам шататься. И тебе все равно?

– Прости, пожалуйста. Может, тогда дашь свой адрес и я тебя отправлю посылкой? Как тебе такая идея?

– Ты должна достичь своей цели, а потом уже помочь мне. Разве я не могу оставаться с тобой до тех пор?

– Извини…

Хваён снова сжала мишку в объятиях. У Тохёна есть своя цель, у нее – своя. И если она достигнет ее, то пареньку помочь будет не в состоянии. Хваён не мечтала об идеальном преступлении. Она собиралась расплатиться за свои грехи. А из тюрьмы помогать Тохёну в поисках воспоминаний невозможно. В таком случае лучше разойтись как можно скорее.

Девушка опустила плюшевую игрушку возле фонаря – там, где произошла их первая встреча. Она собиралась тут же развернуться и сбежать, но душу терзало то, что она так и не смогла пришить ему ухо и лапу. Но сбегать за швейным набором тоже не получится. Хваён уже раздумывала над тем, чтобы забежать в ближайший минимаркет и купить нитки с иголкой.

– Стой!

Закричал мишка, подбежав своими маленькими ножками к девушке и перекрыв ей путь.

– Если честно, я тебе соврал. Меня зовут не Ли Тохён, а Хан Тоха. Помнишь меня? Это я подарил тебе худи. Тот самый Хан Тоха, племянник Хан Чонхёка, который теперь с ним живет!

Что? Тохён – нет – Тоха затараторил так, что девушка и слова вставить не могла:

– Прости, что обманул тебя. Но мне казалось, что, если я раскрою свою личность, ты меня бросишь. Мне было стыдно, что я оказался в этом теле, и жаль, что я так и не смог извиниться перед тобой. Я хотел сделать это в настоящем, адекватном, облике. В общем, мне правда очень жаль. И все же подумай: я уже несколько раз тебя спас. А сейчас ты собираешься в «Виды природы». Туда же ужасно сложно попасть. К тому же ты хочешь встретиться с дядей, точнее с Хан Чонхёком. А я знаю код от входной двери. Я ведь сам там живу.

Признание обрушилось на Хваён, и теперь она стояла с открытым ртом. Тоха подошел к шокированной девушке и посмотрел прямо в глаза:

– Поэтому, прошу, не бросай меня.

Хваён взглянула на комок шерсти перед ней. И это Хан Тоха? Да быть не может.

– Врешь.

– Я не вру! Если я не Тоха, то откуда я могу знать, что это я подарил тебе худи?

– Но ведь… это бессмыслица какая-то.

– Это правда я. Мы же с тобой встречались во время обеда на крыше школьной пристройки. Глаза вместе игрушкам пришивали.

– Так-то оно так…

Хан Тоха. До того как все произошло, они хоть и на короткое время, но все же разделили друг с другом воспоминания. Тем не менее полноценными друзьями стать не успели. Он зубрил слова и решал задачки так, словно за ним постоянно кто-то гнался, делал вид, что Хваён не существует, а потом начал помогать пришивать глаза игрушечным медведям. Подарил ей кофту на молнии и при этом стыдился ее. За пределами крыши делал вид, что они не знакомы. Но Хваён все равно не испытывала ненависти к мальчику, даже странным образом жалела его. На самом деле никогда не забывала о нем. Просто задвинула эти малополезные для мести воспоминания подальше. Если бы не Тоха, они бы не стали столь драгоценными.

Хваён выдавила в нерешительности:

– Но ведь говорят, что тебя выписали из больницы.

– В каком смысле?

Через телефон она зашла на сайт местной газеты. И приблизила к мишке экран с новостными карточками:

– Вот. Здесь написано, что после аварии тебе оказали первую помощь и без проблем отпустили домой.

– Бред какой-то.

– Не может быть, чтобы ты попал в аварию дважды за сутки.

– Это не я, – сказал мишка, подняв взгляд на Хваён. – Нужно лично в этом убедиться. Так что отнеси меня домой, пожалуйста.

В дрожащем голосе чувствовалось смятение. Казалось, он отдавался в перепонках или даже внутри черепа и был в точности похож на голос Тоха, каким он девушке и запомнился. Только будто бы стал чуть ниже. В попытках собраться с мыслями Хваён ненадолго прикрыла глаза. От этих ярких пластиковых зрачков почему-то было не по себе. Все тело чесалось так, что хотелось содрать кожу. Внезапно вспомнилось, что давно, на крыше, она испытывала то же самое.

Однако сейчас нужно другое. Воспоминания или настроение – все это не