Смерть под занавес - Ирина Градова

через много лет после того убийства, и то вроде был несчастный случай, – задумчиво сказала Акулова.

– Да, Алла Гурьевна упоминала об этом, – кивнул Антон. – Кажется, Дорофеева была в числе поклонниц актрисы. А кто та, другая женщина?

– Она работала в театре костюмершей и была особенно близка к убитой.

– Значит, Дорофеева могла общаться как с актрисой, так и с костюмершей?

– Не знаю, как это вам поможет, честно говоря, однако все эти события выглядят странно, особенно если их сложить воедино!

– Ну да, – согласился Дамир. – Какова, в сущности, вероятность, что три хорошо знакомые между собой женщины погибнут с разницей в несколько лет, причем две из них станут жертвами убийств?

– Бывают, конечно, удивительные совпадения, но чаще связь все же есть, – заметил Шеин. – Просто ее нелегко обнаружить! А убийца актрисы – он что, сидит или вышел уже?

– А никого не осудили, – ответила Акулова. – Дело так и осталось «висяком»! У меня создалось впечатление, что следствие велось спустя рукава: не все свидетели были допрошены, заключения экспертизы и протоколы допросов составлены из рук вон плохо – это видно невооруженным взглядом. Даже осмотр мест происшествия какой-то куцый, как будто следователь торопился… В общем, если я еще чем-то смогу помочь, обращайтесь, – подытожила она и протянула обоим операм по визитке с телефонами. – Надеюсь, вы не зря приехали!

Покинув уютный кабинет Акуловой, мужчины присели на скамейку в скверике неподалеку, чтобы обсудить план дальнейших действий. Обычно они занимались этим в машине, но в Екатеринбурге, оказавшись «безлошадными», приходилось приспосабливаться.

– Думаю, вместе нам ездить смысла не имеет, – сказал Антон. – Давай поступим так: я займусь соседями Дорофеевой, а ты – ее дочками, лады? Встреться с ними: Суркова уже сообщила об убийстве их мамаши, но что-то они не бросились в Питер, на ходу теряя тапки!

– Да-а, непонятно, – вздохнул Дамир. – Может, они не ладили?

– Вот и выясни. Самое главное, узнай, в курсе ли дочки, по какой причине мать внезапно рванула в Питер – неближний край все-таки!

– А что ты думаешь о тех двух трупах – ну которые местные?

– Ну одна-то ведь умерла ненасильственной смертью, так?

– Акулова говорит, несчастный случай. А как насчет актрисы?

– Неужели ты считаешь, что мы сумеем найти убийцу спустя столько лет? Да и не наша это печаль: наше дело – выяснить, кто грохнул Дорофееву, и все!

– Не видишь сходства?

– А какое тут сходство?

– Ну, три убитые – актрисы…

– Да, но мы имеем дело с маньяком, а то, давнее дело – обычное убийство.

– Мы этого не знаем.

– Уверяю тебя, если бы актрису загримировали, это нашло бы отражение в деле! А еще, скорее всего, она не стала бы единственной жертвой, ведь «серийники» на то и «серийники», что не ограничиваются единичным преступлением… Короче, давай делать то, зачем приехали: искать причины убийства Дорофеевой, а на остальное у нас просто-напросто нет ни времени, ни ресурсов!

* * *

Сидя в такси, Антон сделал то, до чего почему-то раньше не додумался: залез в социальные сети Дорофеевой. Она зарегистрировалась всего лишь в одной, и, в сущности, понятно почему: даме за шестьдесят, которая на «вы» и с компьютером, и с телефоном, вряд ли придет в голову закидывать свои данные во все возможные места в Сети! Просмотрев страничку, что заняло не более трех минут, опер понял, что не стоило затрудняться: за исключением нескольких забавных видео с кошечками, скачанных в интернете, там не нашлось ничего интересного. Из личных фото пара снимков на фоне какого-то театра да с десяток с двумя маленькими девочками – видимо дочерьми. На этих фотографиях Дорофеева была еще молодой женщиной, но ни одного снимка взрослых дочек Антон не обнаружил. Еще там оказалось несколько поздравлений с праздниками, но не от родственников, а, видимо, от знакомых, а записи на «стене» и вовсе отсутствовали. Довольно печальный итог жизни, подумалось ему. Почему же у этой женщины не было близких людей? И если все так, с какой стати она вдруг решила отправиться в Питер, город, в котором у нее также никого нет… Или все-таки есть?

Своим дочкам Дорофеева дала красивые, романтичные имена: Люсьена и Алиса. Люсьена Журенко, видимо, взявшая фамилию мужа, проживала в центре, на улице Вайнера. Ее страница в социальной сети оказалась гораздо богаче мамашиной: куча открыток, видео и фотографий с детьми и мужем, смешные высказывания знаменитостей со множеством «лайков» и снимки животных – очевидно собственных. Антон только вышел из лифта, а громкий, звонкий лай уже возвестил о том, что его «срисовали». Собачьи вопли доносились из-за нужной ему двери, и он не без опаски нажал на кнопку звонка, отозвавшегося тоже лаем – господи, они бы еще пожарную сирену поставили, чтобы соседи вздрагивали каждый раз, когда к чете Журенко приходят гости!

– Да, конечно, я в курсе смерти матери, – сухо подтвердила Люсьена и провела Антона на кухню, сопровождаемая тремя цветными болонками, оказавшимися весьма милыми созданиями, так и норовящими лизнуть гостю руки или даже на них запрыгнуть. – Но следователь, которая нам звонила, сказала, что тело все равно сейчас забирать нельзя, поэтому я решила, что в Петербург мне ехать незачем… Боже мой, с чего ее вообще туда понесло?!

Вопрос обескуражил Шеина: он-то как раз надеялся, что дочка сможет что-то пояснить насчет отъезда Дорофеевой, а выходит, она и сама не в курсе!

– Значит, вы не знали, что ваша мать в отъезде? – все же решил уточнить он.

– Мы не общаемся, – резко ответила Люсьена, усаживаясь за небольшой стол в крохотной кухне и предлагая визитеру сделать то же самое.

Эта невзрачная сорокалетняя женщина выглядела несколько мужеподобной, да и одета была соответственно – в джинсы и клетчатую рубашку на пару размеров больше, чем нужно. Ее пегие волосы с давно не крашенными корнями были собраны в нелепый пучок на макушке, а лицо, за которым она, скорее всего, не ухаживала, «украшали» мелкие прыщики. Антон невольно вспомнил румяную девчонку с густыми косами, которую видел на снимках на страничке Дорофеевой, и у него мелькнула мысль: куда же она подевалась, что заставило ее так измениться не в лучшую сторону, да еще и оборвать связи с матерью, ведь на снимках они выглядели такими счастливыми и безмятежными?!

– Почему, если не секрет? – в ответ на реплику хозяйки дома задал он вопрос.

– Да какой там секрет! – отмахнулась женщина. – Это все из-за Алиски.

– Вашей сестры?

– Да, младшей. Алиска уговорила мать продать свою квартиру, чтобы она могла купить себе и своему сожителю таунхаус. Вот скажите, зачем ей, без детей, столько места – сто