Ритуал святого Валентина - Инна Юрьевна Бачинская

потом, Лео, маньяки помешаны на сексе, а здесь ничего, он их не тронул. Автобус из Березового прибыл в пять пятьдесят. Что она сделала дальше?

– Выпила кофе.

– А потом? Оттуда в город ходят троллейбус и маршрутки…

– Не думаю, Христофорыч. Кавказ даже не все городские знают, а она приезжая. Взяла такси, чтобы прямо к дому Васи Пивкова.

– А если не такси? Допустим, не было на тот момент. Рейс из глубинки, народ приехал экономный…

– Она могла тормознуть левака!

– Допустим. Что было дальше?

– Ну… он напал на нее, задушил…

– …и нарисовал знак, привычка у него такая – как задушит, сразу знак на правой щеке.

– И что? Что ты хочешь сказать?

– То, что Янина была первой. Она точка отсчета. До встречи с ней он был нормальный, как все. Такой себе Вася Пивков-два. Что должно было случиться, чтобы он превратился в Оборотня? Что его подтолкнуло?

– Может, Янина похожа на его училку алгебры? Помню, у меня была… Зверь!

– Но ты бы не стал душить незнакомую женщину только за то, что она на нее похожа. Непонятно, Лео! А если смоделировать ситуацию, ты – Оборотень. Она садится к тебе в машину, называет адрес…

– Может, дело в адресе?

– Не любишь Кавказ? – фыркнул Монах. – Тут скорее напрашивается вопрос: что она сказала такого, если ты слетел с катушек?

– Не согласен! То, что я нарисовал знак, говорит о преднамеренности. Я знал, что убью и нарисую знак. В кармане у меня красный фломастер, я сижу в машине и поджидаю жертву…

– Почему на автовокзале?

– Там всегда приезжие, причем с вещами. Можно сделать вид, что встречаешь.

– То есть ты бомбила? Или живешь в том районе? Может, работаешь?

– Там негде жить, всего несколько домов. Рядом оптовый фермерский рынок. Народу кучкуется прилично, но в основном по выходным.

– Так что же ты там делал? Предприятие, фабрика, мастерская… что там есть? Где он может работать? Ты то есть.

– Станция техобслуживания, слесарная мастерская на рынке, обслуга, сторожа, уборщицы, – стал перечислять Добродеев, загибая пальцы.

– То есть ты работаешь в слесарной мастерской… возможно, так?

– Нет! Если я работаю в слесарной мастерской, вряд ли буду знать, что такое узел Троицы. Не мой профиль. Для человека, который знает, что это такое, работы там нет.

– Логично. То есть Оборотень предположительно образован и работает в другом месте… если работает. Так какого хрена он там делал? Это раз. Убийство с заранее обдуманным намерением или спонтанно? Это два. Мотив пока оставим в стороне, все равно ни до чего не додумаемся.

– Почему он выбрал именно Янину? Это три, – добавил Добродеев.

– Случайно.

– Янина и Маргарита чем-то похожи, Христофорыч. Это не случайность.

– То есть он убил Янину и отвез ее в парк, а потом на рысях разобрался с Маргаритой, которую ударил по голове и зачем-то держал в тайном месте два дня… И еще вопрос: почему женщины одного типа? Что они в нем возбуждают? Возможно, Янина случайная жертва, а Маргарита была выбрана в масть… или все его жертвы будут однотипны? Если будут… Почему разные способы убийства? Знак один, а способы разные… Нелогично.

Добродеев пожал плечами. Сказать можно все, что угодно, было написано у него на лице. А ты попробуй докажи. Логично, нелогично… У каждого своя логика, пытаться натянуть на себя чужую – дурацкая затея. Не всегда получается мыслить как преступник.

– Если Янина первая жертва… Непонятно! Он вдруг примчался на автовокзал, подхватил случайную пассажирку и… – Монах замолчал, уставился в пространство, и Добродеев понял, что приятеля осенила некая идея и проклюнулось новое видение – похоже, он перевернул картинку и посмотрел на нее под другим углом.

– Он мог запланировать убийство Маргариты на День святого Валентина, а Янина попалась ему случайно, он был поражен их сходством и не удержался… – предположил Добродеев.

– Интересная версия, – кивнул Монах…

Глава 26

Слухи, сплетни, толки… Или лучше: кривотолки?

– Брось, Андрюха, баб на деревне много, – сказал Славик. – Пошарь в Сети. А может, она еще вернется.

Андрей Коваль с друзьями сидел в интернет-клубе «Тринити». Здесь была привычная, почти домашняя атмосфера: полутемно, на столах светятся мониторы; по углам компании по интересам, умные разговоры, сетевой сленг, обмен инфой, айти-юмор – непосвященному непонятно. Междусобойчики, посиделки с кофе, чипсами и колой. Можно налепить на доску привет другу; по стенам фотки; завсегдатаи как рыба в воде, новички слегка теряются.

– Она не вернется, – сказала Вера, подруга Славика. – Я видела ее с тем же самым, что и летом. Столкнулись на улице – сияет, счастливая… Он отошел поговорить по телефону, так она мне сразу вывалила, что собирается замуж, и показала кольцо…

– Тот, что летом?

– Он самый. Старый, неинтересный… Не понимаю Ляльку!

– А вас никто не понимает. Андрюха, ты ей кольцо дарил?

– Нет.

– В этом твоя ошибка, мэн! Они любят подарки.

– Ты мне сильно даришь! – фыркнула Вера. – Теоретик ты наш!

– Могу подарить, если хочешь. Скажи какое.

– Удиви меня. Так мы на бой быков летим или как? Андрей, не хочешь побегать от быка?

– Можно…

– Не слышу радости! Билеты нужно заранее, в сезон не достать.

– Подыщем тебе чику, а то некомплект, – сказал Славик. – Вер, слышишь? У тебя ж полгорода в сетях.

– Слышу. А чего я? Андрюша, помню, тоже увлекался.

– Лялька отучила! – заржал Славик. – Нам бы с референсом, а то попадется монстр, потом не заспамишь. Вы друг дружку лучше чуете.

– Между прочим, те тетки, которых убили, знакомились через Сеть.

– Откуда инфа?

– У Лидуськи дядя в полиции. Приказал ей: никаких тусовок и знакомств, сиди дома, целее будешь.

– Так его поймали или нет? Фиг поймаешь, если у гостя галюники пошли. Немотивированные убийства не раскрываются.

– Он нарисовал красным фломастером знак у них на лице. Говорят, секта сатанистов.

– Какой знак?

– Какой-то неизвестный.

– Может, бывший долбан. Она его кинула, у него кукуха и слетела. А что! Слышишь, Андрюха?

– Слышу. Кого-то убили?

Славик заржал. Вера улыбнулась.

– Ну ты, мэн, даешь! Весь город на ушах, везде полно полиции, рейды… собираются комендантский час ввести… Эй! – Он пощелкал пальцами перед лицом Андрея. – Проснись, френд!

– Еще в городе объявился черный монах, говорят, конец света на Пасху, – сказала Вера.

– Флуд! Ты его видела?

– Я нет, а Катя, соседка, видела. Босой! Сидит под церквой, лицо закрыто капюшоном, что-то бормочет. В Сети полно фоток с комментами. Неужели пропустил? Эй! – Она позвала: – Проснись, Мултивак! «Я пока плохо понимаю, как устроен ваш мир, помоги разобраться!» – произнесла она неожиданно басом, явно передразнивая кого-то.

– Сколько можно