Анна и Сергей Литвиновы - Ныряльщица за жемчугом

— Тамара Кирилловна, — обратился он к домработнице. — Никому и ни в чем пока признаваться не надо. Наоборот, сидите тише воды ниже травы. Я постараюсь сам решить проблему.

Журналист вышел из квартиры и прямо из академического двора позвонил своему человеку в полиции. Майору Савельеву.

Настроение у того — повезло! — оказалось благодушным:

— О, журналист! Что-то ты зачастил. О чем клянчить будешь? Вчерашний налет на ломбард? Митинг геев на Маяковке?..

— Бери выше, — усмехнулся Дима. — Ничего мне от тебя не нужно. Сам хочу информацию предоставить.

— Бойтесь данайцев, даже приносящих дары, — пробормотал начитанный майор.

— Ладно-ладно. Сам сейчас будешь благодарить. Про нападение на Истомину слышал?

— А ты-то здесь каким боком? — сразу насторожился Савельев.

— Да я у нее квартиру только что купил.

И, чрезвычайно осторожно подбирая слова, Полуянов рассказал о странном поведении коммерческого директора салона, которым владела Истомина, о книге Драйзера — на ее столе и в руках убийцы.

— Да ну, киношка какая-то. Малобюджетная. Или подстава — очень грубая, — приговорил майор и без всякого энтузиазма пообещал: — Но, раз ты просишь, проверю.

Дима же выдвинул следующую версию:

— Раз Изабель кричала, что на нее напал Юрий, может, это был кто-то на него похожий? Я знаю, например, что у покойного брат имеется.

— Открыл Америку! — буркнул майор. — Знаем мы про брата и давно его ищем. Только он дома, гад, уже два месяца не появлялся. Но никуда не денется. Связи отрабатываем, ориентировки разослали.

В дверь позвонили в семь утра.

Юлия Аркадьевна только что проснулась, нежилась в кровати с маской-пленкой на лице. Она считала, никогда нельзя начинать новый день в суете, на бегу.

Но умеют в нашей бестолковой стране разрушить идиллию. Кому неймется в несусветную рань? Соседке понадобилась соль? Почтальон принесла очередное заказное письмо из налоговой?

Женщина неохотно выбралась из постели, прошлепала босиком в коридор, сердито крикнула:

— Кто?

— Полиция, — отозвались с лестничной клетки.

И сердце сразу затрепетало.

В дверь снова затрезвонили — требовательно, нагло.

— Подождите, — растерянно пробормотала Базанова. — Я хотя бы оденусь.

Маска медленно сползала с лица, руки дрожали.

Костик Черкашин из дома мог неделями не выходить. А зачем? Питание тут — полный пансион, одежду с обувкой брат давно научил его заказывать по Интернету. А всякие забавы типа киношек или дискотек он искренне презирал. В законные выходные перед теликом валялся, в Сети бродил, по лесу гулял — тут и грибы, и ягоды, а зимой клюква.

Но сегодня — черт, что ли, нашептал? — вдруг ужасно захотелось ему вредного химического соединения под названием «Фанта». Как представил ее — ядовито-оранжевую, ледяную, сладкую, — прямо живот подвело.

Хозяина дома не было, потому без опаски прошел на чистую половину, открыл холодильник. Вот гадство, ничего, кроме минералки. У шефа, видать, очередной виток борьбы за здоровый образ жизни.

«Ладно, пес с ним, — решил Костик. — Прогуляюсь до станции».

И отправился — два километра через лес.

Станция у них — одно название. Ни турникетов, ни даже касс. Электричка — одна из десяти останавливается. Но торговая палатка — единственная — имелась.

Пока шел, пить захотелось вообще смертельно, и оставшийся километр он припустил трусцой. Домчался до палатки, увидел на витрине вожделенный логотип. Велел продавщице:

— «Фанту», полторашку. Только холодную!

И, прямо у ларька открыв бутылку, присосался к ней. Пусть Юрик и говорит, что жутко вредный напиток, зато освежает-то как! В один миг литр уговорил, настолько увлекся, что не заметил, как рядом полицейский нарисовался. Молоденький. Испуганный. Откуда он тут? Не местный, сразу видно.

— Ваши документы, — дрожащим, но строгим голосом потребовал мальчик.

Ну, Костик, что ли, дурак? Когда идешь в ларек на глухой станции, кто с собой документы таскает?

— Дома они, братан, — улыбнулся он юному полицейскому. — Два кэмэ отсюда. Хочешь — пойдем, пройдемся. Покажу.

А мальчик в форме смотрит на него так внимательно, будто заподозрил чего. Сразу стало смешно — но одновременно не по себе.

Тем более что сопляк вдруг как схватит его под локоток, рявкнет тоненьким голоском:

— Гражданин! Пройдемте!

— Эй, эй, командир, ты чего? — опешил Костик.

И лапку полицейского стряхнул. А тот — совсем спятил, что ли?! — за пистолетом потянулся. Неумело, неловко.

Ну, Костик время терять и не стал. Развернулся — и резво бросился прочь. Тут лес в двух шагах, он в нем каждую тропинку знает.

Без брата Костик давно бы погиб. В семь лет полез в речку, переплывать на спор, а вода ледяная, да еще водоворот. Кто выручил? Юрка. В пятом классе тоже был случай — катались на крышах поездов, у Костика нога заскользила, начал падать. Кто за шкирман схватил, спас в последний момент? Опять Юрик.

И вообще Юрец для него — типа палочки-выручалочки. Он и умнее, и шустрей. Но добрый. Брата, дурака, не бросает. Всю жизнь за собой тащит. Пусть и подсмеивается: дурачок, мол, дебил.

Тут доля правды есть. К Костику с детства прицепился диагноз — ЗПР, задержка психического развития. Как умный Юрик объясняет, это из-за того, что мамаша бухала, когда второго сына ждала. Но хотя народ слова «псих» пугается, на самом деле Костик — вполне себе нормальный. Только неразговорчивый. Закончил обычную школу, в технике разбирается. С тех пор как Юрик начал машины покупать (первой «копейка» была, совсем убитая), кто их чинит? Исключительно Костик. И порядок в доме — тоже его заслуга. Юрка за всю жизнь ни разу пол не вымыл, сортир не вычистил. (Даже когда в детдоме были, как-то умудрялся увиливать. Он-то, в отличие от брата, лидер, звезда.)

Братья внешне почти не похожи, только глаза у обоих голубые, огромные, ясные — как у мамашки были, до того как пить начала.

Мать вообще была когда-то красотка по всем статьям, с самыми лучшими парнями гуляла. Потому и Юрик, первенец, родился от красавца и вышел лицом и статью — сущий принц. Да еще отец его в университете учился, так что изрядную толику мозгов мальчик унаследовал.

А Костя появился на свет спустя семь лет, когда мамка изрядно уже поистаскалась, — соответственно и папаша у него такой — страшила и алкоголик.

Но хотя разные по всем статьям братья, друг за друга они ох как крепко держались. Точнее, Костик за Юриком всю жизнь будто ниточка за иголкой тянулся. В любом бизнесе старшего брата — не партнер, но верный помощник. Юрик кроссовками в «Лужниках» торговал — Костя таскал за ним коробки. В интернет-магазине (недолгое время держали) бегал курьером, когда мойку открыли — работал, да с удовольствием, за троих.

Но только Юрику от отца, видимо, еще изрядно честолюбия досталось. Все ему мало было. Какой бы ни крутил бизнес, постоянно ворчал: доходы, мол, не те, перспектив никаких. Скромный Костик с братом не соглашался, наоборот, убеждал, что все хорошо у них. Квартиру им, когда из детдома выпустились, государство выделило — настоящий клоповник, а теперь все, как у людей: ремонт, мебель, телик. Костик для уюта даже ковер купил и хрустальную вазу.

Однако Юрий продолжал искать варианты. Задумчивый ходил, хмурый. С Костиком, ясное дело, не советовался. А когда младший брат сам предложил: «Может быть, ферму организуем? Дело, говорят, прибыльное, и в земле я ковыряться люблю», — поднял на смех.

— Все-таки глупый ты у меня. Какая в этой стране ферма? Только долгов наживешь!

Но про мечту брательника не забыл. И однажды предложил:

— Костян, ферму я тебе пока купить не могу. Но, если хочешь, могу устроить в богатом доме садовником работать. Дел немного: газон подстричь, деревья полить. Плюс полная свобода творчества. Желаешь завести грядку — воля твоя, сажай. За свежий овощ к столу тебе премия будет. Ну, и зарплата…

И такую цифру назвал, что у Костика аж глаза на лоб полезли.

Юрий познакомил его с хозяином, договорились, ударили по рукам.

Сам брат при том же человеке работал, только, естественно, в другой должности — водителем и личным помощником в одном лице. В господский дом вхож, с барином на короткой ноге. Костик Юрику прямо белой завистью завидовал. Тем более что здесь столько красивых женщин бывало, и брательник с ними — будто свой, кого приобнимет, кому ручку поцелует.

А у одной — не русской, шоколадненькой, но тоже с голубыми глазами — с Юриком что-то вроде романа завязалось. Да какого! Рестораны, интим. Даже на тропические острова вместе поехали! Брат хвастался, показывал фотографии, как они вместе под пальмами, на белоснежном песке. И такие красивые, радостные, что Костик простодушно спросил: