Двойная ошибка - Дмитрий Борисович Пасека

Несколько минут он просто не мог понять, что происходит. Его било в страхе, и словно стервятники, урывками, в голове метались обрывочные мысли: «Лжец!», «Все видят!», «Ты не скроешь тайну!», «Они знают!»

«Молчать, молчать, молчать! Стоп! Хватит!» – внутренний голос Филиппа просто бился в истерике, разрывая сердце и крича все громче. Он практически схватился за голову, но едва успел себя удержать.

«Не скрыть», «Они знают», «Лжец!» – мысли все не могли угомониться, терзая его рассудок, цепляя самое больное, заставляя сердце биться еще чаще. Ком в горле почти перекрывал дыхание. Его уже выраженно начало тошнить, а проходящие мимо люди стали обращать внимание.

Он достал телефон, едва не выронив его, и начал быстро перебирать переписки с друзьями, чтобы найти хоть кого-то, кто мог бы его предать, кто знает его тайну и мог бы хоть как-то скомпрометировать его как автора. Спустя пару минут ком в горле перестал душить, терзающие мысли отпустили, а рассудок стал немного светлее, но беспокойство еще не покидало его.

Глава 20

Понадобилось еще некоторое количество времени, прежде чем Филипп окончательно пришел в себя. Он чувствовал, как сомнения, словно демоны, скребутся в двери, стараясь проникнуть в самую глубь его разума и уничтожить, сожрать изнутри.

Сколько же подозревают его во лжи, нечестности, предательстве Кристофа? Этот вопрос мучал его уже почти месяц.

Рассылая приглашения на презентацию своей книги на днях, он невольно прокручивал в голове список людей, кто бы мог узнать его тайну. Благо у них было не слишком много общих друзей с Кристофом, потому что изначально сложилось так, что Кристоф с семьей был несколько выше положением в обществе, что постоянно задевало Филиппа – тихим шепотом, изредка, но очень резко и больно. Даже несмотря на то, что Кристоф искренне видел в нем лишь друга, ни больше ни меньше.

Вернувшись домой из издательства, Филипп пошел освежиться в ванную. Взглянув в зеркало, он будто увидел совершенного другого человека. Немного осунувшегося, с по́том, проступившим на лбу, и темными глазами, которые смотрели на него с укором и каким-то презрением. Он ополоснул лицо холодной водой, закрыл на мгновение глаза и вновь взглянул в зеркало, наконец-то увидев в нем себя.

Остаток дня он провел в заточении, пребывая в полусонном состоянии у себя дома, лишь к вечеру немного занявшись подготовкой к презентации своей книги.

Следующий день прошел в заботах и звонках знакомым и друзьям. Поль пока никаких новостей не присылал, что и радовало, и тревожило одновременно, а напряжение, словно мелкий проказник, ехидно потирало руки в глубине души Филиппа.

Утро следующего дня Филипп встретил в ужасном состоянии, чем-то похожем на тяжелое похмелье: голова гудела и раскалывалась, он не сразу мог сфокусироваться на том, где находится. Отрезветь помогла мысль о том, что уже завтра презентация его книги. Он встал с кровати и прошел на кухню попить воды, чтобы запустить метаболизм, освежиться, насытиться энергией и получить все те чудесные эффекты, о которых так часто вещали псевдонаучные издания. Стоило ему протянуть руку за стаканом воды, как мир вокруг изменился: темные волны пульсацией бились в глазах, звон в ушах почти лишал возможности ориентироваться, а руки начала разбивать дрожь. Ком вновь подкатил к горлу, будто невидимая рука сжимала шею все сильнее с каждой секундой. Филипп пытался отдышаться, но все тщетно – демоны держали его слишком крепко в своих цепких лапах, разрывая и путая любые мысли.

В этот раз через пару минут ему стало легче, осталась лишь гадкая тошнота, которая напрочь отбила аппетит.

Пытаясь отстраниться от своего состояния, он решил узнать, как обстоят дела у Кристофа, с которым они два дня уже не разговаривали, и Филипп чувствовал себя немного обязанным. Некая двойственность чувств: с одной стороны, он был благодарен другу за подарок в виде рукописи, с другой – желал как-то искупить вину за ее кражу.

– Кристоф? Здравствуй. Не побеспокоил?

– Нет-нет, ты что, Филипп. Рад тебя слышать. Как твои успехи?

– Хорошо, правда. Хорошо. Как ты себя чувствуешь? Прости, я давно не заезжал, было много дел, не вырваться совсем, я просто приходил домой и отключался.

– Филипп, я все понимаю. Ты живой человек со своими заботами, делами и так далее. Кстати, о них, я сегодня вечером вылетаю в Лондон. Мне все-таки туда нужно, как бы обстоятельства ни пытались меня остановить.

– Сегодня?! Я могу как-то помочь? С багажом или просто проводить?

– Филипп, успокойся. Я отлично себя чувствую и вовсе не похож на немощного. Я справлюсь. Постарайся отдохнуть, прошу тебя. У тебя очень взволнованный голос.

– Да? – Филипп взял небольшую паузу. Он понял, что действительно вел себя неестественно. – Ты прав, извини. Что ж, искренне желаю тебе спокойной дороги. Я могу тебе звонить, пока ты в Лондоне?

– Да-да, конечно! Я могу не сразу ответить, но да, звони. И тебе сил, Филипп. Удачи!

Филипп был удивлен, как быстро пришел в себя Кристоф, или это он сам слишком засиделся в своих мыслях, не замечая, что происходит вокруг. Немного побродив по квартире, Филипп решил отправиться на небольшой променад по своему району. Задержавшись в кофейне, зайдя к знакомому и поболтав с ним пару часов, он вернулся домой. Посидев в тишине, все же решил позвонить Элен и пригласить ее на завтрашнюю презентацию своей книги. Она вновь одна, и ей ничто, точнее, никто не помешает и не запретит. Он надеялся глубоко внутри, что она все еще чувствует к нему хоть что-то.

– Элен, добрый вечер.

– Филипп! Привет. – Голос Элен был на удивление бодрым и приветливым.

– Элен, я… хотел сказать тебе кое-что. Завтра презентация моей книги в «Глоба».

Надо заметить, что этот магазин был очень известен, и не только в Париже.

– Твоя книга?

– Да, я написал книгу, и наконец-то ее издают. Завтра я представлю ее широкой публике. Честно говоря, волнуюсь жутко, поэтому решил тебе сказать, мне кажется, ты должна знать.

– И ты говоришь об этом перед самой презентацией?! Филипп, ты сумасшедший. Я должна там быть!

– Что? Элен, мне казалось, что тебе лучше побыть в усадьбе Кристофа, тем более вы вместе, это как-то правильнее…

– Филипп, Кристоф уезжает, мне будет ужасно скучно одной в доме. Родители Кристофа – это не моя компания, не находишь? Я правда очень хочу пойти.

– Там будет Мари, а вы не то чтобы очень дружите, да и вообще много незнакомых людей.

– Ой, Филипп, я настолько неприметная, что…

– Что всегда в центре внимания, Элен. Ты ведь не