Субъекты безумия - Чжу Минчуань

работа была очень тяжелая и грязная. Перед официальным вступлением в должность я трудился посменно в нескольких отделениях, по сути, вахтовым методом. Больницы до сих пор не предоставляют пространство для смены одежды и хранения вещей для таких врачей, и все мы переодевались в узких дежурных комнатах (в той больнице требовали надевать белые халаты). Сумки и вещи, которые мы брали с собой, приходилось оставлять в дежурной комнате на койках, дверь в эту комнату закрывать было нельзя, поэтому телефоны и кошельки часто воровали. В дальнейшем, конечно, приходилось брать с собой все ценные вещи и рассовывать по карманам халата.

Ординаторы должны работать в каждом отделении по несколько месяцев. Зачастую бывало так, что только ты привыкнешь к порядкам, принятым в одном отделении, как нужно переходить в другое. Конечно, и на обеды нас никто не приглашал, так как мы считаемся пришлыми работниками. Мы могли бы поучаствовать в расходах на обед, но это особо никого не волновало. Нам просто хотелось влиться в коллектив и почувствовать некую сплоченность.

Я прекрасно сознавал все расходы, ожидавшие меня после увольнения. Возможно, из-за того, что я психологически устал, в целом мне не нравилась рабочая обстановка в той больнице; вдобавок ко всему моя девушка каждый день устраивала ссоры. Поэтому я решился выплатить компенсацию и написать заявление об увольнении.

Я приехал в Наньнин и устроился в больницу Циншань только потому, что профессор У из моей альма-матер сказал, что несмотря на то, что клиника частная, здесь серьезно относятся к сплоченности коллектива, они готовы пойти навстречу и дать шанс молодым специалистам.

Все это очень сложно. Ян Го еще ребенок, ей не нужно вдаваться в подробности событий, а у меня нет желания детально все рассказывать; просто на меня нахлынули воспоминания… Я горестно вздохнул. В конце концов, с этим городом связаны несколько лет моей юности. Приехав сюда, я очень долго искал работу. В большинстве государственных клиник психиатры не очень ценятся, а в некоторых отделениях все вакансии заняты, и клиникам нет нужды нанимать новых врачей. Я находился в безвыходном положении. В тот момент я, стиснув зубы, пошел бы в любую больницу, которая согласилась нанять меня в штат медицинского персонала, пусть даже мне пришлось выплачивать компенсацию…

– О чем вы задумались? – Ян Го заметила, что я ушел в свои мысли. – О своей девушке?

– Нет… Нечего о ней думать, мы уже расстались.

– Видите, а я ведь знала, что вы мне тогда соврали…

– Все в семье Ян сообразительны.

Конечно, я не мог не восхищаться наследственностью этой семьи – все они отличаются красивой внешностью и умом. И хотя на Ян Го был надет больничный халат, он нисколько не портил ее красоту. Она выглядела изящно даже в халате, который был велик ей на размер.

Во время нашей беседы Ян Го время от времени поправляла волосы, и казалось, что с каждым взмахом руки с кончиков волос вот-вот начнут сыпаться розовые цветы персика. Все мужчины в комнате пристально смотрели на нее. К счастью, пациентам, склонным к насилию, не разрешалось находиться в комнате отдыха, а присутствующие здесь люди не страдали тяжелыми заболеваниями.

Ян Го, не обращая внимания на взгляды мужчин, продолжала засыпать меня вопросами:

– Вы снимаете квартиру у моего брата?

– Да. – Я не знал, откуда ей это было известно.

Ян Го засмеялась:

– Когда поправлюсь, я могу приходить к вам?

– Да, ты всегда можешь прийти в клинику, – косноязычно ответил я.

Ян Го подумала, что я совсем глуповат, раз не понял скрытый смысл ее слов. Она вздохнула:

– Врач Чэнь, какой вы несообразительный… Неудивительно, что с вами рассталась девушка.

– Ваш брат считает точно так же, – воспользовался я случаем пожаловаться на Ян Кэ.

– Вы и правда глупый! – Ян Го закатила глаза. – Ладно, беру свои слова назад: вы довольно симпатичный, и сердце у вас доброе. Если будет время, я как-нибудь наведаюсь к вам в гости.

Даже кретин понял бы, какой подтекст заложен в ее словах. На самом деле у многих пациентов в процессе реабилитации могут возникнуть определенного рода чувства к своему лечащему врачу. Нам неоднократно повторяли профессора во время пар, что ни в коем случае нельзя вступать в какие-либо личные отношения с пациентами.

– Давай пока посмотрим фильм.

По телевизору показывали антивоенное японское аниме «Могила светлячков». Сюжет мультфильма очень тяжелый, и лично мне кажется, что такое не следует показывать пациентам. Но мультфильм заставляет задуматься о важности жизни, и тут есть чему поучиться. На войне человеческая жизнь не имеет ценности, однако именно в такое чудовищное время можно увидеть самые прекрасные души. Я думаю, что материальное и духовное обратно пропорциональны друг другу: чем более человек богат материально, тем с большей вероятностью он будет пренебрегать своим духовным развитием. В современном мире многие люди тратят все свое время на работу и выживание, совершенно закрывая глаза на свой моральный облик.

Ян Го, смотря телевизор, на время погрузилась в молчание, ее лицо выражало тоску. Не отрывая глаз от экрана, она произнесла:

– Я видела этот фильм в школе. Каждый раз, как смотрела, начинала плакать…

– Тогда не смотри. Если твой брат увидит, что ты плачешь, он снова начнет на меня ругаться, – поспешно сказал я.

У Ян Го уже начали краснеть глаза, но, услышав мои слова, она снова рассмеялась:

– Неужели вы так боитесь моего брата? А давайте я вам расскажу один его секрет! Если он опять будет помыкать вами, вы сможете ему дать отпор…

– Какой у него может быть секрет? – Я не принял ее слова всерьез.

Ян Го загадочно сказала:

– Больница не разрешила мне держать при себе телефон, так что пока не смогу вам кое-что показать; потом, как будет возможность…

– А ты умеешь заинтриговать!

– Вы можете принести мне телефон?

Я не хотел нарушать правила клиники, поэтому не согласился с ее предложением:

– Так не пойдет, тебе сейчас нельзя пользоваться телефоном.

Ян Го поджала губы:

– Ну и ладно.

Я не любитель сплетничать и знаю, что любопытство губительно, поэтому тут же перевел тему в сторону аниме «Могила светлячков»:

– Ты знала, что самые достойные фильмы о войне – это не восхваляющие человеческие качества в военное время, не взывающие к справедливости, и уж тем более не те фильмы, при просмотре которых у зрителя закипает кровь. Самые лучшие – это фильмы, осуждающие войну, которые могут показать весь ее ужас людям, которые никогда не были свидетелями войны. Многие сейчас живут совершенно безрассудно, не сознавая ценности жизни.

– Это действительно так, – согласилась