Перекресток - Мэтт Бролли

причин, по которым они ее не пригласили, но следователь все еще испытывала ревность.

– Не уверена, что мятный чай поможет.

– Наверное, вы правы, но при мысли о кофе меня мутит. Итак, Фарнхэм, как вы говорите, был ведущим следователем?

– Да. Есть его довольно подробный отчет, но я хотела бы лично с ним поговорить.

– Я отыщу номер Бена и организую вам встречу с ним. Фарнхэм все еще живет в городе, так что это вряд ли будет проблемой.

– Спасибо, Томас.

Томас в ответ приподнял брови и отнес мятный чай обратно к столу. Каждый из ее команды либо разговаривал по телефону, либо приклеился к экрану. Только Фаррелла не было, и Луиза не могла не озадачиться, вдруг и он тоже борется с последствиями прошлой ночи?

♦ ♦ ♦

После утреннего инструктажа Луиза отправилась в церковь Святой Бернадетты. На сайте церкви было указано, что в пятницу состоится утренняя месса, и Луиза увидела в этом потенциальную возможность поговорить с некоторыми прихожанами. И еще Блэкуэлл было интересно посмотреть на отца Макгуайра в работе.

Луиза вспомнила почти параноидальную газетную статью, которую прочитала этим утром. Улицы действительно казались опустевшими. Несколько человек, мимо которых она проходила по дороге в церковь, казалось, смотрели на следователя враждебно, словно знали, что она офицер полиции и каким-то образом несет ответственность за потрясение, которое переживает город.

Луиза Блэкуэлл завернула за угол в сторону церкви Святой Бернадетты и с удивлением увидела вереницы детей, которых учителя вели в церковь. Это были ученики школы, примыкающей к церкви. Дети шли молча, взявшись за руки, все в одинаковой синей униформе. Так называемый подготовительный класс вывела сурового вида женщина в длинном струящемся платье. Ученики были совсем юные, некоторые двигались как малыши, несмотря на то что приходились ровесниками Эмили. Луиза в ужасе подумала, насколько все изменилось для ее племянницы за последнюю пару лет. Девочка потеряла мать, и теперь на какое-то время ее разлучили и с отцом. Луиза пыталась видеться с Эмили каждые выходные и, несмотря на срочность дела, пообещала себе, что поедет навестить племянницу завтра.

– Здравствуйте.

Луиза поразилась, но быстро скрыла удивление от приветствия элегантно одетого мужчины, подошедшего к ней сбоку.

– Здравствуйте, – ответила Блэкуэлл.

– Мы раньше не встречались. Я Саймон Голдинг, директор в школе Святой Бернадетты.

Луиза кивнула и улыбнулась. Голдинг присутствовал в ее списке людей, с которыми она должна была связаться.

– Луиза Блэкуэлл. Дети очень хорошо себя ведут.

– Что-то в церковной службе делает их послушными, – улыбнулся в ответ Саймон. – Они не всегда такие… дисциплинированные.

– Утренняя месса отменяется? – спросила она.

– Нет, и мы будем рады, если вы присоединитесь к нам. Мы празднуем День Всех Святых.

– Это связано с Хэллоуином? – спросила Луиза. Она сознательно провоцировала учителя, чтобы оценить его реакцию.

– Не совсем, – нерешительно произнес Голдинг. – Я не видел вас раньше в церкви, но вы кажетесь мне знакомой.

Луиза сказала ему, кто она такая.

– Я бы хотела поговорить с вами, – сообщила следователь.

Голдинг радушно улыбнуся, но, ничего не ответив на это, сразу двинулся от нее в сторону церкви.

– Мне нужно идти с детьми.

– Я останусь на мессу. Мы можем поговорить потом, – произнесла Луиза, не оставив директору возможности уйти от разговора с ней.

Мужчина кивнул. Блэкуэлл последовала за Голдингом в церковь и заняла место в заднем ряду. Месса не была похожа ни на одну из тех, что она помнила с детства. Группа детей постарше сидела сбоку от алтаря, и каждый держал в руках музыкальный инструмент. Как только отец Макгуайр поприветствовал всех, пожелал мира своей пастве и получил в ответ «Мир вам», дети начали играть, и все встали для первого гимна. Луиза не ожидала от себя такой положительной реакции на мессу. В лучшем случае она испытывала апатию по отношению к организованной религии. Блэкуэлл не отрицала, что это приносит пользу обществу, но изо всех сил старалась избавиться от ощущения, что всех участников вводят в заблуждение. К тому же во всех этих мероприятиях присутствовал культовый элемент. Но сейчас она этого не испытывала. Детям здесь нравилось. Гимны касались любви и мира, как и проповедь отца Макгуайра и отрывки из Гвангелий. Она не могла судить здешних людей, и к концу мессы следователю пришлось признать, что ей стало немного лучше. Час сидения и наблюдения освежил Луизу Блэкуэлл, и теперь она чувствовала: у нее появилось больше энергии на весь оставшийся день.

– Инспектор, – произнес Голдинг, когда выводил детей из церкви. – Не хотите встретиться в моем офисе? Я буду там через пять минут.

– Спасибо, мистер Голдинг, – поблагодарила Саймона Луиза и поймала взгляд девушки из приемной, улыбнувшейся ей.

♦ ♦ ♦

Кабинет директора был небольшой комнатой в передней части школы. Он был выкрашен в светло-желтый цвет, позади стола Голдинга висела картина с изображением Распятия.

– Вам понравилась месса, инспектор Блэкуэлл?

– Очень. У вас здесь прекрасная школа.

– Нам повезло. Я полагаю, вы хотите обсудить две ужасные смерти.

– Да. Мы пытаемся охватить всю общину. К сожалению, обе жертвы имеют отношение к церкви Святой Бернадетты, как вы, вероятно, знаете.

Голдинг потер лицо.

– Миссис Ллойд раньше преподавала здесь, и некоторые дети знали ее по церкви. Она бывала там почти каждый день. Я думаю, она работала кем-то вроде неофициального смотрителя. Ге будет так не хватать. Было очень трудно уберечь детей от этого кошмара.

– Дети знают о смерти миссис Ллойд?

– Да. Почти невыполнимая задача – обсуждать вопросы смерти с детьми. Мы посоветовались, проконсультировались с родителями по этому вопросу. Мы не сообщили ученикам никаких подробностей, кроме того, что несчастная скончалась, и так же поступили в случае с отцом Маллиганом, но мы знаем: старшие дети уже говорят об этом происшествии. Они читают газеты и разговаривают с младшими. Ужасная ситуация.

– Как ваши учителя это воспринимают?

– Мы все просто смиряемся с этим, инспектор. Я думаю, лучшая стратегия – не думать слишком много о зверских травмах, нанесенных этим двум душам. Мы молились за них и будем продолжать это делать. Мы поможем детям пройти через этот ад.

– Вы хорошо знали Веронику Ллойд?

– Я видел ее ежедневно. Я не всегда разговаривал с ней, но время от времени мы обменивались парой фраз.

– А отец Маллиган?

– На самом деле я не так уж хорошо его знал. Я встречал отца Маллигана несколько раз, но не могу сказать, что действительно знал его.

– Он был приходским священником здесь в восьмидесятые?

– Полагаю, да.

– В это же время Вероника работала одной из школьных учительниц.

– Наверное. Я здесь всего