Перекресток - Мэтт Бролли

– Послушайте, сержант, я сожалею о своем проступке. Я обещаю, этого больше не повторится, – сказал Джеймс на парковке у вокзала.

Джослин посмотрела на него. Он был довольно неплохим парнем, но Меррик боялась, Льюис еще слишком наивен, чтобы действовать самостоятельно. Сейчас Джослин Меррик могла только поделиться с молодым сотрудником опытом.

– Хорошо, Джеймс. Не подведи меня.

Они поехали к дому. Джослин включила радио в машине, чтобы заглушить неловкое молчание. Дом Ланегана находился в небольшом поместье рядом с пожарной частью. Пожилая женщина дала ей ключ, но Джослин не хотела открывать дверь без крайней необходимости. Она постучала и заглянула в передние окна, а потом приказала Джеймсу обойти дом сзади.

Молодой человек вернулся через несколько минут и сказал, что задняя дверь открыта, а замок, похоже, действительно сломан.

– Хорошо, запиши время. Мы идем внутрь.

Они вошли в дом через парадную дверь. Первое, что поразило Меррик, – небывалая жара. Термостат застрял на двадцати двух градусах, и она выключила его. Пот выступил у сержанта на лбу.

– Что-то здесь не так, – заметил Джеймс. Он прошел через кухню к незапертой задней двери.

Джослин фыркнула. У нее не было времени на исследование ощущений. Они могли сгодиться лишь для телевизионного шоу о паранормальном. Все, что стоило внимания, – сломанный замок и перегретый дом. Уборщица заходила дважды за последнюю неделю. Она могла включить отопление и забыть, а сломанный замок мог быть безобидной деталью.

– Не делай поспешных выводов, Джеймс. Нам нужно найти контактные данные мистера Ланегана. Посмотри, сможешь ли ты найти адресную книгу или что-нибудь с номером телефона.

Либо Ланеган сам так тщательно прибирался, либо уборщица отлично работала. Везде было безупречно чисто – все в идеальном порядке. Джослин открыла ящики комода в спальне Ланегана и увидела, как аккуратно сложено и разложено все вплоть до нижнего белья. Если за это отвечала уборщица, то, возможно, стоило поговорить с ней. Дом Джослин был полной противоположностью жилищу Ланегана. Ее муж работал посменно на фабрике в Фалмуте, и им было достаточно трудно организовать, чтобы дома дети были под присмотром хотя бы одного из родителей, не говоря уже о том, чтобы успевать содержать жилище в подобном порядке. Правда, дом Джослин был полон любви, а хозяин этого, похоже, жил в одиночестве и очень просто. В доме не было ни фотографий, ни книг – кроме Библии и нескольких других религиозных текстов, разбросанных по комнатам, – и даже телевизора. Джослин старалась не судить других людей по тому, как они жили. Меррик знала – большинство посчитало бы ее неряхой, если бы увидело, в каком беспорядке она жила. Люди по-разному управлялись с бытом, и Ланеган вполне мог быть счастлив в этой минималистской обстановке.

Она порылась в его прикроватной тумбочке и под Библией Святого Иакова нашла то, что искала, – старомодную адресную книгу с маленькими алфавитными отступами. Сержант пролистала ее, отметила безупречный каллиграфический почерк пропавшего мужчины и сразу собралась покинуть дом. С книгой было достаточно работы, поэтому она вызвала Джеймса:

– Давай вернемся в участок. Тебе нужно будет сделать несколько телефонных звонков.

Глава двадцать третья

Сообщение от Финча разочаровало Луизу. Никакого упоминания о его визите в Уэстон или о продолжающемся деле, а просто знакомый рефрен:

Спокойной ночи, Луиза. Спи крепко. Икс.

Блэкуэлл разочаровало, что этим посланием Тимоти не раскрыл себя. Следователь вспомнила, как Финч смотрел на нее в кабинете Робертсона, словно между ними ничего не было и это не его вина, что она застряла в этом городе. Тимоти Финч, безусловно, мог это сыграть, если такое положение дел было оправдано. Луизе потребовались годы, чтобы увидеть его насквозь, поэтому она не могла винить Робертсона и остальных в их слепоте. Но Финч оступится – Луиза в этом даже не сомневалась, и она будет начеку, когда Тимоти это сделает.

♦ ♦ ♦

Робертсон позвонил на следующее утро, когда следователь направлялась в Уэстон. Начальник разговаривал так, будто не спал всю ночь.

– Когда вы соблаговолите почтить нас своим присутствием, инспектор Блэкуэлл? – спросил Йен Робертсон. Его голос во внутренней акустической системе автомобиля звучал грубее обычного. Было семь утра.

– Через десять минут.

– Не задерживайтесь дольше, – резко произнес Робертсон и закончил разговор. «И вам доброго утра», – подумала Луиза. Облака были низкими и черными, казалось, небо вот-вот упадет. Она повернула машину по Уоллискот-роуд на автостоянку. Дежурный сержант поприветствовал следователя едва заметным кивком, когда она вошла в главный офис. Здесь всегда было скучно по сравнению с Бристолем, но сейчас в офисе вообще было тихо, как в морге, и это в разгар громкого дела о нескольких убийствах.

Луиза Блэкуэлл налила кофе и направилась в кабинет Робертсона. Когда Блэкуэлл вошла в комнату, Йен опустил голову и притворился, что читает лежащие перед ним бумаги, – он, как обычно, решил продемонстрировать, кто здесь начальник.

– Кофе, Йен? – спросила следователь и поставила перед ним чашку.

Робертсон удивил Луизу, когда вместо ответа он протянул ей экземпляр национальной бульварной газеты.

– Страница семь, – произнес он.

– Вы редко когда такое читаете.

– Правильно. Обычно я не стал бы даже вытирать подобной газетенкой задницу, но мне нравится быть в курсе событий в этом городе.

Луиза открыла газету на седьмой странице и прищурилась, увидев заголовок:

«Убийца пенсионеров напал на приморский город».

– В заголовке не хватает искры, – иронично заметила Луиза.

– А разве не так?

– По-моему, не похоже на прозвище.

– Прекратите, черт побери, увиливать. Это важно. Прочтите ту часть, где говорится, что у нас нет подозреваемого. Потом можете пойти и быстренько заглянуть в Интернет – посмотреть, сколько изливается скорби, особенно по чертовому священнику.

Луиза прочитала статью. Согласно тексту, убийства были сенсационными и плохо исследованными. Это наводило на мысль, что город находился почти в состоянии изоляции, и указывало, что убийства еще больше ударят по и без того испытывающей трудности индустрии туризма.

– Бросьте, Йен, это все никак не влияет на наше расследование. Я очень хочу, чтобы этого ублюдка поймали, как, впрочем, и всех остальных. Я своими глазами видела, что он сделал с отцом Маллиганом и Вероникой Ллойд. Стенания в прессе и в Интернете ничего не меняют.

– Луиза, не будьте столь наивной. Сегодня утром мы с вами встречаемся с помощником главного констебля Морли. Он едет сюда. Он ни разу не был в этом участке за все мои годы работы здесь. Я получаю дерьмовые сообщения со всех сторон, Луиза, и если вы что-то не придумаете прямо сейчас, то нам придется