В интересах личного дела - Галина Владимировна Романова

отделе изготовления лекарств каждый стол под видеокамерой. Инга не виновата. Так вот, как только Илюша удостоверился в этом, у них сразу и закрутилось. Сорока дней не прошло, Гуля! Как им не стыдно! И у этой нахалки еще хватает наглости приходить ко мне делать прическу. Я ей отказала. Не приняла!

– Молодец… – похвалила ее Гуля и разговор прекратила.

Она проплакала весь вечер, обижаясь за Лялю и на Илью, и на Ингу. Это точно не мог быть Буторин. Ему уже плевать! Он утешился.

Гостем оказался незнакомый Гуле мужчина в черном костюме, невысокого роста и крепкого телосложения. Волосы его поседели почти полностью, не оставив и проблеска темных волос. Карие глаза под тяжелыми веками казались потухшими.

– Гуля, познакомься, – представил его Сергей. – Это господин Хлопов. Влад Хлопов.

– Можно без господина. – Его рот криво дернулся. – Просто Влад.

– Он начальник службы безопасности Роговой Светланы. Очень просит выслушать его и по возможности помочь, – скороговоркой произнес Сергей.

Гуле показалось, что ее супруг относится к незнакомому мужчине уважительно и взглядом призывает ее оказать содействие. Но как, чем? Она никогда не видела эту Светлану. Только на фото, которое ей показывал майор Климов после смерти Ляли, и в новостях уже после смерти самой Роговой.

– Простите… – развела она руками. – Даже не представляю, чем могу помочь.

– Ваша подруга Ляля Одинцова родом из Челябинска? – мягко и вкрадчиво, что было так не похоже на манеру общения майора Климова, обратился к ней Влад Хлопов.

– Да. Она оттуда родом, но давно уже уехала.

– С кем-то из бывших родственников или друзей держала связь?

Хлопов смотрел на нее почти агрессивно. Сергей взглядом подбадривал ее. Видимо, этот мужик мог быть для него чем-то полезен, и она должна понимать, как жена и верная подруга, а не мотать все время отрицательно головой.

– Родственников не припомню. С кем-то из друзей… – Гуля задумалась, пытаясь вспомнить. – Вряд ли. Если и общалась, мне об этом ничего неизвестно.

Она нарвалась на жесткий взгляд мужа и взглядом же ответила, что сочинять ничего не станет. Даже в угоду ему! Даже из желания быть полезной!

– Она, знаете, не считала их себе ровней. Мало кто из ее прежних друзей чего-то достиг. Ляля их сторонилась и никогда не предлагала помощи, – внесла она уточнение. – У нее своих дел было много, как она любила повторять. Илья ее использовал направо и налево в своих интересах.

– Она ему изменяла? – прозвучал неожиданный вопрос.

– Ляля? Илье? – Она даже рассмеялась. – Такой вопрос вообще не стоял в их отношениях. Измены между ними не существовало. Все, что совершалось, было ради бизнеса. Ляля с этого тоже имела процент.

– Другими словами, она спала с другими мужчинами? – Хлопов отчетливо скрипнул зубами и нехотя добавил: – В интересах бизнеса?

– Д‐да. Кажется, да, – нехотя призналась Гуля и тут же поторопилась внести ясность. – Но мне ничего об этом не известно. Никогда не называлось имен и фамилий. Ляля считала, что эти сведения конфиденциальны и не сплетничала.

– Илья ее подкладывал под мужиков ради сделок?! – ахнул Сергей.

Он развалился в глубоком кресле и напряженно следил за беседой.

– Зря я разрешал тебе с ней общаться, – прищелкнул он языком после паузы. – Шлюхой она была первостатейной, твоя Ляля Одинцова.

Гуля не попыталась протестовать. И обижаться не стала. Это был их вечный спор еще прежде. Теперь зачем продолжать, когда ее не стало?

– Неудивительно, что кто-то решил надругаться над телом после смерти. Наверняка какая-то обиженная баба решила ей отомстить, – бубнил Сергей, постукивая пятками по полу. – Или даже подруга, которая теперь заняла ее место.

– Инга? – воскликнула Гуля и качнула головой. – Нет. Ей не надо. Она теперь счастлива и спокойна. Добилась, чего хотела. Нет… Здесь что-то другое, и Ляля может быть вовсе ни при чем. Все дело было в той женщине – Светлане Роговой. Ее хотели напугать, предупредить или даже убить, просто не вышло сразу. Она смертельно перепугалась, но выжила. А мертвая Ляля просто подвернулась – нужно было ее тело.

Хлопов, все это время молчаливо стоявший возле окна, неожиданно заходил кругами по гостиной.

– Недалеко от истины… – проговорил он вполголоса. – Вполне может оказаться, что вы правы как никто. Светлану хотели убить именно так, а она выжила. Перепугалась, но… выжила. Вы молодец, Гуля!

Она вдруг почувствовала невольную гордость. Ее давно уже никто не хвалил. Раньше только Ляля, и то не часто. И она решила продолжить свою мысль, которую часто обдумывала, оставаясь в одиночестве.

– Их же ничто не связывает, понимаете? Ничто и никто, кроме того званого вечера, на котором Ляля оказалась случайно. Но и на нем они не контактировали. Просто проходили мимо друг друга, и все. Это не то. Все не то. И времени сколько прошло! Их ничто не связывало, – повторила она, чтобы закрепить мнение о том, что она молодец.

Но Хлопов неожиданно воздержался от похвалы и полез в карман пиджака. Он достал фотографию и, держа ее изображением к себе, проговорил:

– Возможно, вы несколько заблуждаетесь, Гуля, и кое-что их все же связывало. А правильнее – кое-кто. Взгляните, пожалуйста. Вы не узнаете этого человека?

Хлопов протянул ей фотографию. Прежде чем ее взять, она вопросительно посмотрела на мужа. Тот кивком дал разрешение.

– Не отвечайте сразу. Внимательно посмотрите, Гуля. Может быть, вы когда-то видели его с Лялей или…

– Я его знаю, – выпалила она, рассматривая фото. – Это Лялин знакомый. Хороший знакомый.

– Насколько хороший? В смысле, близкий? – Губы Хлопова судорожно задергались.

Гуля вдруг почувствовала, что ноги ее плохо держат. Она вернула гостю фотографию, ушла в угол, где настороженно притих ее Сережа, и села к нему на подлокотник кресла. Дождалась, когда он обнимет ее за талию, и только тогда произнесла:

– Ляля с ним спала время от времени. Утверждала, что лучшего любовника в ее жизни не случалось.

– Вот шлюха, а! – возмутился Сережа, и его ладонь собственнически легла ей на колено. – Хорошо, что ее больше нет в твоей жизни.

– Она… Она говорила вам, как часто они встречались? – Хлопов согнул снимок пополам и убрал в карман пиджака.

– Этого я не знаю.

– Где они познакомились? Когда? Или их затяжной роман начался еще там, на малой родине? – ноздри аккуратного носа Хлопова раздувались от судорожного дыхания. – Постарайтесь вспомнить, Гуля! Это важно!

– Они жили на соседних улицах, – не стала скрывать она. – Это совершенно точно. И знакомы были давно. Здесь – в Москве – как-то нашли друг друга. Подробностей не знаю. Но совершенно точно, они были любовниками.

– Когда? – неприятным скрипучим голосом спросил Хлопов, отворачиваясь.

– Что – когда?

Гуля