В интересах личного дела - Галина Владимировна Романова

девушек с фамилией Иванова. Отследи их дальнейший карьерный рост и по возможности нынешнее место работы и проживания. А также…

– Серьезно, Паша? – возмутилась Варя, нервным движением закладывая за уши пряди волос. – Ты уже задал мне работы до полуночи.

– Справишься. Тебе все равно дома делать нечего. Ты же одна, – беспечно отозвался Климов. – Найди мне так же обиженного уволившегося коллегу Степанова.

– Волков Игнат Андреевич, – буркнула она, пряча глаза. – Я тебе о нем уже рассказывала. Там ничего особенного.

Напоминание об одиночестве хлестнуло ее пощечиной. Тут же захотелось назло ему завести какие-то отношения, хоть самые никудышные. Хотя бы даже с фотографом Масловым.

Провожая ее до калитки, он приставал к ней с предложением снять портфолио. Много и путано хвалил ее внешние данные. Убеждал, что ей просто необходимо пересмотреть свое отношение к вещам, которые она носит.

Может, позвонить ему, якобы по делу? Согласиться на съемку, а попутно выудить фотографии, которые у него наверняка сохранились.

– Что Волков? – не понял Климов, в очередной раз задумавшись у магнитной доски.

– Обиженный сотрудник, уволившийся из клиники Степанова, Волков Игнат Андреевич. Записываю тебе адрес…

– Молодец, Воронова, – еще более рассеянно отозвался Павел, не отрывая глаз от фотографий на доске. – Может, он еще и в семнадцатой больнице работает после увольнения?

Варя застучала пальцами по клавишам и мотнула головой.

– Нет информации, майор. Может, он вообще нигде не работает.

– Выясним. Адрес гони…

Варя вложила в его пальцы бумажку с адресом и подняла взгляд на Климова. Он даже не смотрел в ее сторону! Был рассеян, задумчив и равнодушен. Вообще-то, она к этому должна была давно привыкнуть, но сегодня почему-то ныло в сердце как никогда.

– Вообще-то, я не могу остаться на работе до полуночи и искать бывших однокурсниц Степанова, – проговорила она спустя двадцать минут, следом за Климовым двигаясь к одежном шкафу.

– А что такое?

Он не удивился, не расстроился – по-прежнему остался равнодушным. Плакать хотелось, честное слово!

– У меня сегодня свидание, – зачем-то соврала Варя и потянулась за своей легкой курткой.

Климов уже успел ее достать и галантно распахнул за спиной. Варя послушно вдела руки в рукава и тут же отступила подальше к двери, застегивая молнию. Павел слишком горячо и шумно дышал ей в макушку.

– И кому так повезло? – прицепился он, топая за ней по пятам. – Кто это?

– Тебе зачем? – Ключи от машины подрагивали в ее руке, когда она нажимала на кнопку сигнализации.

– Ну… Я тут вдруг подумал, что ты могла бы все отменить и сопроводить меня к Волкову. Я как раз собирался навестить его дома. – Климов смотрел на нее остро и зло. – Так что, отменишь?

Проверка! Он издевается над ней. Просто решил устроить провокацию, поняв, что она врет. Он хороший сыщик.

– Нет, извини. Не могу, – делано улыбнулась Варя, забираясь в машину. – Это важно.

– В интересах дела? – не удержался Климов.

– В интересах личного дела, – фыркнула Варя и захлопнула дверь.

В зеркало заднего вида она видела, как Климов смотрит ей вслед, не торопясь усаживаться в свой автомобиль. И мысль, кольнувшая ее в сердце, заставила взяться за мобильник.

– Виктор? – уточнила она на всякий случай, позвонив Маслову. – Мы не могли бы встретиться сегодня? Да, можно около девяти. Кофе выпить. В ресторан?.. Гм-м… Хорошо, можно и в ресторан пойти. Только я плачу за себя сама. Уточните место…

Отключая телефон, Варя довольно улыбалась.

Если Климов надумает ее отследить, он не разочаруется. У нее будет самое настоящее свидание с мужчиной. В ресторане! И пусть оно сугубо деловое. Климов-то об этом не знает.

Глава 21

Гуля расхаживала по дому в короткой ночной сорочке. Запрещенная вольность, если учесть, что Сергей вдруг остался и не поехал на работу. Он не терпел, когда она бродила в неглиже.

– Вдруг к нам кто-то зайдет, а ты почти голая! – возмущался он, старательно огибая взглядом ее полураздетое тело.

– Кто? К нам никто не приходит, ни друзья, ни враги. Кто к нам может зайти, Сережа?

Он не отвечал. Ее упрек был справедливым: гостей он не жаловал. Считал, что ему общения хватает вне стен дома. А у нее была Ляля.

Ляли не стало, и дом вовсе опустел. Гуля настырно не одевалась, ходила по дому в чем спала. Сергей – в тесном спортивном костюме, и сегодня он почему-то не упрекал ее. Задумавшись над какими-то бумагами, сидел в кухне и даже завтрака не требовал, хотя она все давно приготовила.

– Почему ты сегодня не едешь в офис? – все же не выдержала она, подливая ему любимого чая.

– У нас сегодня будет гость. Не хочу оставлять тебя с ним наедине. Переоденься, малышка, – очень мягко, без нажима, попросил он. – Он скоро будет.

– А кто? – спросила Гуля уже от двери.

– Увидишь… – не стал вдаваться в подробности Сергей, потянувшись за телефоном и затеяв длинный разговор со своим заместителем.

Почему-то она сразу подумала о майоре Климове и странно разволновалась: не из-за предстоящего разговора в присутствии ее мужа, а из-за взглядов, которыми сопровождал каждый свой вопрос Климов. А ведь при этом ее муж тоже будет присутствовать.

Она решила, что не станет давать никакого повода для вольнодумства майора Климова и оделась очень скромно. Широкий темный балахон из тонкой шерсти до самых пяток. Строгая прическа. Мягкие домашние туфли.

– Умница, – похвалил Сергей, оглядев ее с ног до головы, когда она вошла в кухню. – Он уже подъезжает. Примем его в гостиной.

– Чай или кофе?

– Ни того ни другого. Я уже уточнял. Ему не до того. Он весь на нервах. Для него это слишком личное.

Странно…

Гуля покусала губы. Для Климова смерть Ляли была всего лишь работой, и он не выглядел нервным. Уж точно личным для него это дело не было – просто одним из многих.

Пришла мысль об Илье Буторине, но и ее Гуля отогнала. Маша – их общая подруга – звонила пару дней назад и рассказала такое!..

– У них роман в полном разгаре, – с печалью в голосе сообщила она. – Как только было установлено, что Инга не подмешивала ничего такого в глазные капли Ляле, Илюша сразу утешился.

– А она точно не подмешивала, в смысле, не меняла капли на воду? Или на то, что сожгло Ляле роговицу…

Стоило об этом вспомнить, Гуля сразу принималась плакать. А тут еще пришлось произнести вслух.

– Нет. Это не она, – твердым голосом ответила Маша. – Если кто-то и подменил, то это точно не Инга. Проверили все записи с камер, а в