Созвездие смерти - Со Миэ

жена, тем сильнее он впадал в бешенство, поэтому не видел смысла разговаривать с ней.

Сперва надо установить, где и когда пропала Сеён. Шок прошел, на его место пришел холодный расчет. Мысли возникали быстро, как молнии. Он пятнадцать лет проработал прокурором и, как никто другой, знал, как работает следствие. У Чэхёка не было четкого плана действий, но, если вспомнить дела, которые он вел в суде, можно выработать стратегию.

Важнее всего – безопасность Сеён.

Похититель связался первым. Значит, существовала вероятность переговоров. Надо выяснить, где они находились, и в этом поможет телефон Сеён.

Чэхёк листал свой список контактов и наконец нашел нужного человека. Следователь Ли Кёнхван. Они неплохо общались еще со времен молодости, когда вместе работали. Он был лучшим в своем деле. Раньше в прокуратуре Кёнхван отвечал за цифровую криминалистику, но, по слухам, ушел в отставку и устроился в частную охранную компанию.

– О, старик! Чем я заслужил такую честь в такую рань? – пошутил он.

– Мне нужно отследить номер телефона.

Услышав напряжение в голосе Чэхёка, Кёнхван сразу посерьезнел и перешел к делу:

– Прямо сейчас?

– Да.

– Давай номер.

Чэхёк продиктовал нужные цифры.

– Чей он? – поинтересовался Кёнхван.

Немного подумав, Чэхёк решил раскрыть правду. Может, товарищ поможет ему вернуть Сеён в целости и сохранности…

– Моей дочери.

– Надеюсь, ничего серьезного? Или…

– Неизвестный прислал сообщение, что похитил ее.

– Похитил? – Кёнхван еле сдерживал удивление.

– Похоже на то. Сейчас ее телефон недоступен.

– Послушай, – осторожно начал его товарищ, – а это может быть связано с твоим последним делом?

Люди считают, что прокуроры обладают невероятной властью и авторитетом, но им приходится взаимодействовать с разными преступниками, что подвергает их жизнь опасности. Им часто присылают угрозы, в зависимости от тяжести наказания. Но и это в прошлом. Сейчас он обычный юрист в компании.

– Уже проверил – никакой связи, – ответил Чэхёк.

– А звонили тебе с телефона дочери?

– Да. Наверное, похититель подумал, что иначе выдаст себя.

– А в полицию?..

– Сам знаешь, они не умеют работать тихо. Сеён может пострадать.

Если Чэхёк обратится в органы, то больше не сможет ничего предпринять. Ему придется доверить все полицейским и нервно ждать. Мужчина этого не хотел.

Еще его волновали журналисты. «Дочь бывшего главного прокурора похищена»… Только сам этот факт поставит всю полицию с ног на уши, что станет идеальной кормушкой для журналистов, которые, как гиены, кружат вокруг полицейских участков в надежде урвать эксклюзив. Как бы он ни пытался скрыть все это, рано или поздно новость появится на первых полосах газет.

Обычно, когда общественность узнает о похищении, преступник испытывает желание показать всем, что он совершил, и убивает жертву. Чэхёк выступал прокурором по такому делу – как только расследование сделали открытым, живым ребенка вернуть не смогли.

– Тогда я попробую отследить местоположение телефона твоей дочери и перезвоню, – пообещал Кёнхван.

Чэхёк, беспокойно кружа по спальне, предупредил коллег, что не придет на работу, и направился в ванную. Ему нужно было проснуться и соображать побыстрее. Для этого требовалось сохранять хладнокровие и быстро выяснить, где находится преступник и чего хочет.

Он взял щетку из стакана, стоявшего на полочке, и выдавил пасту. Ему казалось, что он спокоен и рационален, но его рука тряслась. Только тогда Чэхёк осознал, насколько встревожен.

Больше всего его пугало, что он не знал, в каком состоянии сейчас Сеён. Как бы мужчина ни уговаривал себя остыть и успокоиться, эмоции его не слушались, а воображение рисовало картины одну хуже другой. Перед глазами появились фотографии с мест преступлений, которые Чэхёк видел множество раз в своей работе. Он потряс головой и постарался отогнать дурные мысли.

«Моя дочь вернется домой в целости и сохранности. Она вернется. Я сделаю все для этого», – успокаивал себя мужчина, смотря в зеркало и думая о Сеён.

Он даже не помнил, когда они в последний раз встречались взглядами. Живя в одном доме, отец и дочь сидели в своих комнатах, что не позволяло им поглядеть друг на друга и поговорить.

Умывшись и выйдя из ванной, Чэхёк услышал звонок телефона. Это была жена.

– Вчера вечером Сеён вышла с занятий, но домой не вернулась. Я уточнила у директора курсов и охраны нашего комплекса.

– Когда ты виделась с ней в последний раз?

– В последний раз? Не пугай меня… – Его жена чуть ли не плакала, чем заметно удивила Чэхёка.

– Повторяю, когда ты с ней виделась?

– Вчера утром, когда отвозила на уроки.

– И куда ты поехала, оставив ее одну?

– Мне стало нехорошо, захотела проветриться… А что?

– И из-за чего же тебе стало нехорошо? – ухмыльнулся Чэхёк.

– Я вообще-то тоже нервничаю из-за ее экзаменов.

Чэхёк, потеряв дар речи от возмущения, решил, что им больше не о чем разговаривать.

Он не знал, что чувствовал к жене год назад, но сейчас не испытывал к ней ни симпатии, ни интереса. Ей никогда не понять душевных терзаний и стремлений бывшего мужа. Если б не Сеён, она даже не позвонила бы.

– Я отключаюсь, – произнес Чэхёк.

– Подожди! – закричала она. – Я буду в Сеуле через два, максимум через три часа.

Он молча повесил трубку.

* * *

Выйдя из дома, Чэхёк отправился прямиком к зданию, куда Сеён ходила на курсы. Несколько дней назад она рассказала ему, где именно будет учиться. Вместе с секретарем Чэхёк нашел очень много хороших отзывов об этом учебном заведении.

Здание находилось в центре района, где сконцентрировались разнообразные курсы и кружки. Чэхёк припарковался неподалеку и пошел к зданию, осматривая дорогу. Вдоль улицы были установлены камеры видеонаблюдения. Он подумал, что, если повезет, сможет просмотреть записи с них.

Работник курсов был глубоко потрясен – вероятно, после звонка матери Сеён. Увидев Чэхёка, он попросил подождать и позвал директора. Работник обратился к нему как к прокурору, и Чэхёк не стал разубеждать его. Возможно, так ему удастся добыть больше информации. Вскоре появился директор и быстро увел Чэхёка в свой кабинет.

К ним сразу же вошла секретарь с подносом, на котором стояли чашки с чаем. Чэхёк начал выходить из себя – сейчас не время ни для проявлений вежливости, ни для чаепития, ни для обмена любезностями с руководством. Однако директор, похоже, не воспринимал ситуацию всерьез.

– Не переживайте, все будет хорошо, – произнес он, усаживаясь в кресло.

– Я хочу поговорить с охранником, дежурившим прошлой ночью, – заявил Чэхёк.

– Конечно, он скоро будет. Но…

– Но?..

Директор понизил голос и с заговорщическим видом подался к собеседнику, словно хотел доверить тому страшную тайну. Чэхёку стало интересно, что же сейчас ему скажут.

– Такое часто случается, –