Юлия Волкова - Алиби на одну ночь

— На Надежду Константиновну Крупскую она похожа, — сказал Колян. — Клиенты на ее лицо и клюют, особенно те, кто постарше. А кликуха у нее — от обратного. На доверии работает.

— С напарниками? — нахмурился Игорь.

— Нам это знать не обязательно, — уклончиво ответил Колян. — Знаю, что Вадик с ней в доле. А с кем они еще работают, не знаю.

— И где ее хата, тоже не знаешь?

— Она соседка Матвеевны, — встрял напарник, видимо, желая внести свою лепту в освобождение. — Они на Лиговке живут.

— Покажешь Матвеевну?

— Ну, — кивнул парень. — Она сегодня на площади бутылки собирает. В коричневой пальтухе с меховыми манжетами. У нее фонарь под глазом. Не спутаешь.

— Значит, Патрикеевна находит клиента на вокзале, — подытожил Игорь. — Ведет на точку. А там его обрабатывают уже по полной программе.

— Не видел, не знаю, — пробормотал Колян. — Но, вообще-то, похоже… Бабок у нее много. Видел я тут ее как-то на Невском в магазине. Прикид у нее черт знает на сколько тянет. На пару тонн бакинских, не меньше.

Пирогов выругался, достал ключи от наручников и освободил пленников. Напарник Коляна рванулся было, но разумный Колян его остановил. Пирогов довел парней до площади, где лишившийся чемодана любитель пива с воблой уже навел среди толпы серьезный шухер. Многие горе-пассажиры обрадовались, что кому-то не повезло еще больше, чем им, и теперь оживленно обсуждали происшествие. Милиции было не видно — ей, конечно, сейчас не до ограбления маленького человечка. Пирогов протиснулся сквозь толпу, продемонстрировал окружающим свое удостоверение и, взяв из рук Коляна чемодан, показал потерпевшему.

— Ваш? — строго спросил он.

— Ой… — Мужик радостно потянулся за своим имуществом. — Как же это?

— Где вы его потеряли?

— Как потерял? — взвился мужичок и начал рассказывать, как лишился чемодана.

— Следующий раз приковывайте его к себе цепью, — посоветовал Игорь. — А теперь, чтобы соблюсти порядок, перечислите предметы, которые находятся в чемодане.

— А вдруг там бомба? — проговорил из толпы какой-то шутник.

Окружающие шарахнулись в сторону. Любитель пива отдернул руку от чемодана и сделал шаг назад.

— А если они туда… действительно… подложили?

Такого осложнения Пирогов не ожидал.

— Да нет там никакой бомбы, — устало вздохнул он. — Содержимое чемодана проверено нашими сотрудниками.

И тут мужичок побледнел.

— Вы проверяли содержимое? — прошептал он.

— Конечно… — растерялся Игорь. Он уже жалел, что устроил этот громоздкий спектакль. А вдруг у этого скромника в чемодане миллион долларов упакован?

— О Господи!.. — пробормотал владелец чемодана. — Но вы должны понять… Мы живем в маленьком городке. Там таких изделий просто не бывает. Меня зять попросил…

Пирогов почувствовал, что его нижняя челюсть начинает опускаться.

— Ладно. Некогда мне, — грубовато проговорил он, чтобы придти в себя от неожиданного предположения. — Говорите, что там, я открываю чемодан, вы проверяете, все ли на месте, и мы расходимся.

— Но зачем же открывать? — испугался мужичок. — Люди кругом. Там… — Он привстал на цыпочки и потянулся к пироговскому уху.

Выслушав потерпевшего, Игорь не выдержал и расхохотался. Он представил себе реакцию воров в случае успешно завершенной ими операции. Интересно, как они стали бы пристраивать подобную продукцию?..

— Как ваш городок-то называется? — сквозь смех поинтересовался сыщик.

— Да не город это, а поселок, — пробормотал владелец чемодана. — Поселок Балуево. Зря вы смеетесь, — внезапно обиделся он. — У нас неподалеку ракетная база находится. Ну, всем понятно, что отсюда следует. Детишки не очень здоровые родятся. Бабы на мужиков в обиде. Уезжает народ из Балуева. Но где нас ждут? Вот меня зять и надоумил секс-шоп на рынке открыть, — внезапно проговорился балуевец.

Толпа встретила это признание дружным хохотом.

Глава 19

ПАТРИКЕЕВНА, ОНА ЖЕ Н. К. КРУПСКАЯ

— Шеф, вы гений! — восхищенно воскликнул Первушкин, когда сыщики снова собрались вместе. — Я прямо залюбовался, как вы чемоданчик увели.

— Хватит комплиментов, — деловито сказал Пирогов сотрудникам. — Рассказывайте.

— Тут целая фирма работает, — начал Первушкин. — Бабушки на первом этапе, мальчики на втором. А заправляет всем какой-то Зарип. Его даже Вадька побаивается, а Вадька — не фраер какой-нибудь. Похоже, нашего клиента они прихватили.

— А точнее? — нахмурился Пирогов.

— Точнее не скажу, — честно ответил Первушкин и склонил свою лохматую голову. — Фотку никто не признал.

— Фотку мои бойцы опознали, — успокоил его Игорь. — Они говорят, что Краснова увела какая-то Патрикеевна, которая на Надежду Константиновну Крупскую похожа.

— Патрикеевну знаю, — посерьезнел Валька. — Она раньше в паре с Матвеевной работала, бутылки собирала. А потом в гору пошла. Говорят, она клиентов поприличнее выбирает, а потом их от нее на свалку вывозят. В виде трупов, естественно. А эта Надежда Константиновна кто такая?

Пирогов с грустью посмотрел на юношу и, вспомнив старый анекдот про «жену товарища Крупского» тяжело вздохнул:

— Ты шоколадки фабрики имени Крупской никогда не ел?

— Да не успел он, — вмешался Томашевич. — Фабрику-то уже давно переименовали…

— Слушай, Володя, — задумчиво проговорил Пирогов. — Может быть, нам Первушкина в какой-нибудь Оксфорд отправить? С его нынешним образованием из него полноценный сыщик не получится. Вот скажут ему, что фигурант на Ленина похож, ну и кого он искать станет? Ведь дело пострадает.

— Ленина я знаю, — обиделся Валька. — Он напротив Финбана[6] в виде памятника стоит. А еще он книжку написал, «Философские тетради».

— И ты эту книжку читал? — удивился Игорь.

— Ну… — кивнул Первушкин. — Ничего себе книжка. Интересная. Я ее давно читал, когда только беспризорничать начал. На помойки в основном всякую дрянь выбрасывают, но попадаются и крутые книжки. Например, кто-то Энгельса выбросил. Тот о происхождении семьи и государства написал. Просто супер…

Взрослые сыщики в унисон прокашлялись и посмотрели на Вальку с трепетом.

— Не надо его в Оксфорд, — проговорил Томашевич. — Там его только испортят.

— Я тоже так думаю, — кивнул Пирогов. — Ему бы вот только по географии двойку в вечерней школе исправить… Так значит, клиентов от Патрикеевны в виде трупов вывозят? — спросил он у Первушкина.

Тот кивнул.

— Тогда идем к Патрикеевне, — тяжело вздохнул Игорь. — Надеюсь, что мы не опоздали. Валька, ты можешь узнать ее адрес?

— Да сейчас я у той же Матвеевны спрошу, — отозвался юный сыщик.

Автомобильное движение было по-прежнему перекрыто, поэтому до дома Патрикеевны они добирались пешком. У подъезда Пирогов остановился.

— На почтальонов мы не похожи, — задумчиво сказал он. — Да и не ходят почтальоны по трое. Кого изображать-то будем?

— А зачем нам кого-то изображать? — спросил Томашевич. — Зачем вообще чужую работу делать? Мы адрес, где клиент скрывается, выяснили? Выяснили. Сообщаем информацию заинтересованным лицам и идем отдыхать.

— Так-то оно так, — протянул Пирогов. — Это очень хорошее предложение. И, я бы даже сказал, правильное. Только хочется мне с Красновым первым поговорить.

— О чем? — удивился Томашевич. — Успел ли он камень продать? Или зачем так жестоко с женой поступил?

— Да нет, — отмахнулся Игорь. — Это пусть Мелешко выясняет. Вместе с Чагиным. Меня другое интересует — как он дошел до мысли к Лабушкину в «Армаду» обратиться? Сам не мог что-нибудь придумать? И самое главное — откуда он об «Армаде» знает? Неужели Лабушкин рекламу по почтовым ящикам рассовывает?

— Хотите чужой опыт перенять? — усмехнулся Томашевич.

— Да нет, просто интересно…

— Наверное, об этом агентстве в криминальных кругах все знают, — вмешался в разговор Первушкин.

— Но раньше Краснов никакого отношения к криминалу не имел, — возразил его наставник.

— Может, раньше и не имел, — согласился Валька. — Но стал же преступником.

— Почему ты в этом так уверен? — удивился Томашевич.

— Не был бы виноват, не сбежал бы, — проворчал Валька.

— А если он боится не следствия, а преступника? — спросил Пирогов.

— Какого преступника? — пришел черед удивляться Первушкину.

— Может быть, за семьей Красновых идет охота, — объяснил Игорь. — И Краснов об этом знает. Может, после покушения на Ирину ему тоже угрожали. В общем, хочется мне ему несколько вопросов задать.

— Тогда пошли, — вздохнул Томашевич. — Неизвестно, правда, захочет ли он на эти вопросы отвечать.

— Да и сможет ли? — ухмыльнулся Первушкин.