В лабиринтах дождя - Оксана Алексеевна Ласовская

— От болезней.

— От болезней никто не застрахован! А Вика — это просто несчастный случай!

— Угу, и от него тоже никто не застрахован!

— Вот именно!

— Лёш, объяснить можно всё, но вся семья умирает, понимаешь? — взвилась я. — Где гарантия, что со мной не произойдёт этот несчастный случай?

— Да замолчи ты! — разозлился Лёша. — Что ты каркаешь всё время? Мне уже в печёнках сидит слушать про твою смерть! Соберись, тряпка! Ты была совсем не такой, как мы познакомились! Сильная, уверенная! А сейчас? В кого ты превратилась сейчас?

— Что, уже не нравлюсь такая? Влюбился в одну, а на поверку оказалась другая?

— Ты мне любая нравишься, и я всё понимаю! Я прекрасно знаю, что такое терять близких, и понимаю твоё состояние сейчас! Но ты эгоистка, ты думаешь только о себе!

— Я?! — задохнулась от возмущения я.

— Ты! Как думаешь, мне легко слушать второй день подряд, что ты лапки сложила и умирать собралась? Легко? — всё больше и больше распалялся Лёша. — Эгоистка! Не зря о тебе все так говорят!

— Кто это все? — железным голосом спросила я, чувствуя, как сердце совершило кульбит и ухнуло куда-то вниз. Лёша помимо воли наступил на больную мозоль.

— Да все, кто хоть как-то знает тебя, все, с кем я общался по ходу расследования!

— То есть все те, кто знает и меня, и Вику, — констатировала я. — Спасибо, Лёша.

Он осёкся, видимо, поняв, что сболтнул лишнего. Я же спокойно поднялась и, выйдя в прихожую, открыла дверь.

— Уходи.

— Наташ…

— Лёша, уходи, я хочу побыть одна, — повысила голос я. — Я думала, ты меня и вправду любишь, и до этого момента у меня не было повода усомниться в твоих словах. Но сейчас… это удар под дых. Ты знал, как я виню себя за своё отношение к Вике, и эти муки совести — самые страшные из всех, потому что уже не у кого попросить прощения. И ты посмел мне это сказать!

— Наташ, при чём здесь Вика? — тихо спросил Лёша. — Я говорил только о тебе.

— Не надо сейчас лгать, хорошо? Я догадываюсь, что там тебе говорили обо мне. Я прекрасно всё осознаю и очень жалею, что я была такая. Я изменилась. Если ты этого не понял, то мне очень жаль. А сейчас уходи.

— Прости меня.

— Лёш, я хочу побыть одна! — крикнула я, боясь сорваться и зарыдать при нём. — Да уходи же ты! — толкнула я его.

Он молча надел куртку и вышел за дверь, напоследок внимательно посмотрев на меня. Я захлопнула за ним дверь и сползла по ней на землю. Такой истерики со мной не случалось уже давно. Я рыдала, кричала, била кулаками подушки. Джек и Мерс испуганно забились под диван и таращились на меня оттуда.

Наконец я выдохлась и утомлённо затихла. Мне было страшно как никогда. И одиноко. И обидно. И очень жаль, что я обидела Лёшу. Он столько для меня сделал, а я поступила, как последняя сволочь. Я заслужила этих его слов, представляю, каково это — слушать мои страшные речи. Если ещё и он уйдёт от меня, мне точно будет незачем жить.

Звонок в дверь несказанно обрадовал меня. Я даже забыла, как выгляжу, и побежала открывать. Но, к моему разочарованию, за дверью стоял не Лёшка, а Валера.

— Как ты посмел сюда явиться? — пылая справедливым гневом, возопила я, открыв дверь.

— Господи, что с тобой? — попятился бывший муж.

Я примолкла и бросила взгляд в зеркало. Да уж, я представляю собой ужасающее зрелище. Халат перевёрнут, на щеках чёрные дорожки туши, сами глаза превратились в щёлочки, на щеках горит нездоровый румянец, волосы всколочены и стоят дыбом.

— Тебе-то что? — подбоченилась я. — Как ты посмел явиться ко мне, после того как обокрал? Да я сейчас милицию вызову!

— Я тебя обокрал?! — возмутился Валерка. — Да, пытался, но ты же сама меня выгнала, видела, что я ничего не взял!

— Хочешь сказать, что позавчера ночью мою квартиру вскрыл не ты? — немного остудила пыл я.

— Нет, конечно! — воскликнул Валера, а я почему-то сразу ему поверила. — Наташа, что с тобой стряслось?

— Ой, Валерка! — всхлипнула я и сделала то, что меньше всего ожидала от себя, — повисла на шее у бывшего мужа.

— Тихо-тихо-тихо, — погладил он меня по спине и втолкнул в квартиру. — Рассказывай давай!

Я выплеснула на него всё: про гибель Вики, про наше расследование и про ссору с Лёшей. Валера слушал, как мне показалось, очень внимательно, задавал вопросы, а когда мой фонтан красноречия иссяк, крепко обнял.

— Успокойся, девочка моя, — зашептал он, — успокойся… Я представляю, как тебе сейчас нелегко! И этот негодяй… Как он посмел тебя бросить в такой момент? — Его губы коснулись моей щеки, затем уголка губ.

— Что ты делаешь?! — возмутилась я и с силой оттолкнула его от себя. — Ты с ума сошёл?

— Наташ, ты чего? — искренне удивился Валера. — Я же твой муж!

— Бывший муж! Ошибка молодости! Да я сейчас бы никогда за тебя замуж не вышла! Убирайся отсюда, зачем ты вообще пришёл?

— Я тебе посочувствовал, а ты вон как!

— Руки не надо распускать, понял?

— А я не руки, я губы, — усмехнулся Валера и двинулся на меня.

— Отойди! — взвизгнула я, по-настоящему испугавшись. — Убирайся из моего дома, чтобы духу твоего больше не было здесь! Я сейчас Лёшке позвоню! — Я схватила телефон.

— Ой, а он сломался! — нагло улыбнулся Валера и, выхватив мобильник из моих рук, опустил его в аквариум, который стоял у меня на тумбочке в прихожей. Рыбок в нём давно не было, а я всё забывала его выбросить. Как оказалось, зря…

— Валера, ты в своём уме? — попятилась я, не зная, что делать дальше, и решила всё же не злить его.

— Иди ко мне, — распахнул объятия он и в мгновение ока сграбастал меня в охапку.

— Отпусти! — завизжала я, отбиваясь от него и всей душой жалея, что впустила его в квартиру.

И тут случилось невероятное. Джек, наблюдавший эту картину спокойно лёжа на диване, с ужасным рычанием бросился на Валеру и вцепился ему в ногу. Валера совершенно по-бабьи взвизгнул и отпустил меня. Джек мотался у него на штанине и не разжимал зубы.

— Уйми свою псину!!! — завопил Валера и, с силой тряхнув ногой, всё же отцепил от себя отважного пёсика. Джек ударился об стену и очумело затряс головой.

— Смотри, смотри, что он сделал? — визжал Валера, с откровенным ужасом глядя на окровавленную ногу. — Его нужно усыпить!

— Я тебя сейчас усыплю! — рявкнула я. — Пошёл вон отсюда!

Что-то невнятно бормоча, Валера потащился к выходу. Закрыв за ним дверь, я опустилась перед Джеком