Альпаки и алиби - Рейми Джеймс
Он пропустил ее слова мимо ушей, и я решила сыграть роль хорошего полицейского.
– Простите, Уэйд. Мы поможем вытащить прицеп.
– Спасибо, – пробурчал он, уже менее раздраженно, но все еще не глядя мне в глаза.
– Но только если минутку с нами поговорите, – добавила я, надеясь, что он не попытается скрыться снова. Пусть сейчас он мог разве что убежать, я бы не удивилась такому повороту событий.
Он тяжело вздохнул и нахлобучил красную кепку на голову.
– Я ничего не знаю.
– Мы просто хотим задать пару вопросов о Поттсах, – сказала я.
Уэйд вытер пот со лба.
– Я работаю на мистера Поттса. Не хочу говорить о нем ничего, что может стоить мне работы.
Я подняла бровь.
– Значит, боитесь очернить только мистера Поттса? А как насчет миссис Поттс?
Он быстро заморгал, тяжело сглотнул и наконец выдавил:
– Миссис Поттс была прекрасной женщиной. Не знаю, кто мог бы сказать о ней плохое. – По его щеке скатилась слеза, он быстро ее смахнул. – Она всегда была добра ко мне. Из всех моих клиентов она была самой щедрой: всегда приносила лимонад и хорошо платила. – Он горько усмехнулся. – На Рождество даже испекла мне печенье.
– А мистер Поттс? – спросила я.
Его выражение лица мгновенно изменилось, он нахмурился.
– Мистер Поттс – неприятный человек. Он плохо обращался с женой. Если кто и заслужил получить спицу в глаз, так это он, а не она.
Таких ярких эмоций я от него не ожидала. Но Мисти-Дон и бровью не повела. Она внимательно посмотрела на Уэйда.
– Мистер Поттс плохо обращался с женой? В каком смысле?
Он покачал головой и стал отсоединять прицеп.
Мы с Мисти-Дон переглянулись и пошли ему помогать. Вскоре прицеп снова стоял на дороге.
Внезапно Уэйд остановился и резко поднял голову.
– Мистер Поттс – тиран. Постоянно унижал жену. Она была уверена, что он изменяет – сама мне говорила. Он не заслуживал такой женщины, как миссис Поттс. А еще он ужасный скряга. Когда она хотела сделать небольшую подтяжку лица, он сказал, что даст денег только на уменьшение живота, а про остальное и думать запретил. – Уэйд сердито закрепил прицеп, запрыгнул на квадроцикл и добавил: – Если бы она умерла не в магазине пряжи, я бы поставил деньги на то, что ее убил мистер Поттс.
– Ого, – вырвалось у меня.
Мисти-Дон молча отогнала гольф-кар. Я подошла к Уэйду, он уже завел квадроцикл.
– Большое спасибо, что поговорили с нами.
Он коротко кивнул, и я заметила в его глазах слезы.
Глава 23
– Ну и ну, – протянула Мисти-Дон, когда мы залезали обратно в гольф-кар.
– Да уж, – согласилась я, тяжело выдыхая. – Такого мы явно не ожидали услышать.
Мисти-Дон направила кар вниз по склону.
– Ладно, давай разложим по полочкам. Уэйд сказал, что Руби считала, будто мистер Поттс ей изменяет. Если это правда, то нам нужно присмотреться к официантке из клуба, верно?
– Да, это очевидная зацепка, – кивнула я.
Она бросила на меня взгляд и озорно улыбнулась.
– К счастью, моя сеть сплетен принесла улов. Я узнала ее имя. Мила Ди. Угадай, как ее звали в универе? – Она не дала мне ответить. – Мелодия. Нелепее не придумаешь!
– Для взрослой женщины – да, но для студентки – в общем, ничего, – попыталась я смягчить оценку.
Мисти-Дон закатила глаза.
– Ты слишком мягкая, когда сплетничаешь. В общем, Мила бросила универ, проучившись всего семестр, и перебралась сюда к тете Этель, потому что родители отказались ее содержать.
– Вот почему ее никто не знает. Она только приехала.
– Именно, – кивнула Мисти-Дон, поворачивая к дому. – Этель устроила ее официанткой в загородный клуб, и, судя по слухам, она из тех, кто становится миленькой любовницей какого-нибудь богача. – Она сделала паузу. – В ее случае, премиленькой. – Ее смех эхом разнесся по гаражу.
– Откуда ты все это знаешь? – изумилась я, пораженная, как быстро она собрала информацию.
– Я своих источников не раскрываю. Прости, Сэди, – она подмигнула. – Люблю тебя, но не хочу ни с кем ссориться. Скажем, это сорока вчера принесла на хвосте.
– Ладно, не буду настаивать, – я покачала головой. Такое серьезное отношение к источникам сплетен меня развеселило. – Как нам выяснить, где Мила была в ночь убийства Руби?
– Позвонить в клуб и спросить ее? – предложила Мисти-Дон.
– Можно попробовать.
Я достала телефон и набрала номер.
– Мила? – переспросила женщина на другом конце провода, когда я попросила позвать официантку. – Ой, нет, голубушка, Мила по воскресеньям не работает. Ее тетя Этель – прихожанка церкви Святого Искупителя и не пропускает ни единой службы. Сегодня Мила там как пить дать.
– Спасибо большое, – сказала я и положила трубку. – Похоже, Этель намерена превратить Милу в убежденную христианку. Не позволяет ей работать по воскресеньям.
Мисти-Дон расплылась в хитрой улыбке.
– Похоже, сегодня мы посетим церковь Святого Искупителя.
– Что? – растерялась я. – Разве службы проходят не по утрам?
– По утрам, но мы идем не на службу. Мы идем на церковный обед. – Она хлопнула в ладоши, явно довольная собой.
– Церковный обед? Это еще что такое?
– Воскресное мероприятие. Буквально обед на территории церкви. Но будь готова: как только мы появимся, нас попытаются завербовать. Делай вид, что достаточно заинтересована, чтобы они не стали давить на тебя по полной.
– Поняла.
Мисти-Дон зашла предупредить Раджа и Рию, что ненадолго отлучится, и вскоре мы уже сидели в «Хонде».
– Ну что, поехали! – с восторгом воскликнула подруга.
Проезжая мимо дома на углу, я заметила мужчину, которого видела накануне, – тогда он сидел на шезлонге в шортах, шлепках и с банкой пива. Но сегодня он оделся в костюм с галстуком.
– Что это за тип? – поинтересовалась я. – Он и вчера сидел.
– Ленивый Лу? Он всегда сидит там, присматривает за улицей. Ты заметила, что он принарядился и сменил пиво на плевательницу? В церковь он не ходит, но по воскресеньям всегда появляется в приличном виде из уважения к соседям.
Я только покачала головой. Никогда не перестану удивляться местным порядкам.
* * *
Мы свернули на извилистую дорогу, ведущую в Серный источник – один из старейших районов Хмельвилля. И его название, на удивление, соответствовало реальности. Серный источник построили вокруг бумажной фабрики, которая в конце 1800-х стала первым крупным промышленным предприятием в округе Эшвуд. Район получил свое название из-за природного источника, впадавшего в местную реку. Фабрика не работала уже много лет, но вода в источнике до сих пор сохраняла сернистый запах, который становился
