Тик-так - Александр Руж

но Максимов больно шлепнул ее по руке.

— Отойди! Нет, это не змея…

— А что?

— Сейчас увидишь.

Он натянул рукавицы и аккуратно взялся за прут. Высвободил его из складок зюйдвестки. К пруту были прикреплены два проводка, уходившие в глубь рундука.

— Так я и знал…

Алекс поворошил тряпки и вытащил из них тускло блестевшую сферу размером с арбуз. Переместил ее вместе с прутом на стол, покачивавшийся в центре кубрика.

— Лейденская банка? — догадалась Анита.

— Да. Только усовершенствованная. Ее еще называют «банкой смерти». Что-то вроде конденсатора Фарадея. Сейчас разберем.

— А это не опасно?

— Она уже разряжена, но береженого Бог бережет…

С этой присказкой Максимов, не снимая рукавиц, повертел сферу так и эдак, повернул ее верхнюю часть против часовой стрелки и разъединил две полукруглые половинки.

— Так и есть! — он достал из нижней чаши вощеную пластинку и еще какую-то требуху. — Эта штука имеет свойство накапливать электрический заряд большой мощности. Теперь ты понимаешь, как все было?

— Понимаю. Накамура открыл рундук, ему попалась на глаза медная палка, которую он туда не клал. Он схватился за нее и получил удар током…

— Знатно придумано! Как думаешь, он выжил?

Ответ на этот вопрос они получили, когда вышли из кубрика (причем Максимов нес на вытянутых руках уже обезвреженный шар-конденсатор). Руэда в окружении Рамоса, Карла и Джимбы стоял на коленях перед лежащим боцманом и делал ему массаж сердца, нажимая на грудную клетку. Все его старания оказались бесплодными — жизнь покинула бренную оболочку японца, чтобы никогда в нее не возвратиться.

Безнадежно вздохнув, капитан поднялся и жестом повелел унести тело. Максимов пояснил, как произошло убийство.

— Электричество? — Руэда вынул из кармана табакерку. — Наш преступник прогрессивен, вы не находите? И к тому же изобретателен — всякий раз подбирает новый способ лишения жизни.

Табачной пыли было на донце, он всю ее вытряхнул в трубку. Максимов снял рукавицы, постучал пальцем по конденсатору.

— Меня заботит другое: каким образом он проник в кубрик и установил этот аппарат? Мы бы заметили.

— Необязательно, — возразил Руэда и поднес к трубке зажженную спичку. — Вы забываете, что после обнаружения течи возникла суматоха. Кто-нибудь мог воспользоваться ею.

— Кто же?

— Да хоть я. Когда заделывали пробоину, я стоял на руле, а все вы были в трюме, — он подумал и развил мысль: — Могла это сделать и ваша служанка, которую посылали за факелами…

— Она в электричестве, извиняюсь, ни уха, ни рыла!

— …а также вы сами.

— Что?

— Вы оставались на палубе в полном одиночестве, пока я вас не сменил. Чем не возможность?

У Алекса дыхание перехватило от такой наглости, руки зачесались запустить в сеньора Руэду массивным конденсатором, однако разум воспротивился варварскому акту. Еще и Анита поспособствовала мирному разрешению наметившегося конфликта:

— Не ссорьтесь, господа! Вы упускаете из виду, что этот шар могли подсунуть в рундук Накамуры гораздо раньше. Кто знает, когда он в последний раз туда заглядывал? Сегодня утром? Ночью? Вчера вечером? Это важно, сеньор Руэда. Преступник мог смонтировать электрический капкан еще до вашего приказа всем держаться на палубе.

Капитан не нашел возражений.

— Да, это верно, сеньора… Мне и в голову не пришло.

— Я кое-что нашла в трюме. Обещала показать Алексу, но так и быть, покажу заодно и вам.

И опять она вошла в кубрик. Прошлась по подгнившим доскам, притопнула ногой раз, второй. Звуки разнились — возле стола, ближе ко входу, пол был однозначно тоньше. Анита подозвала Максимова.

— Ковырни здесь чем-нибудь.

— Чем? — он похлопал себя по бокам. — У меня ничего нет.

— Возьмите, — сеньор Руэда протянул ему широкий обоюдоострый нож.

Алекс, присев на корточки, простукал костяной рукоятью квадрат площадью примерно полтора на полтора фута, отогнул острием край доски, и она легко отделилась от пола.

— Да здесь лаз!

Под доской была пустота, откуда пахнуло сыростью и крысами — характерные ароматы трюма.

— Как видим, проникнуть на первый этаж судна можно не только через люк на палубе, — откомментировала Анита. — Вы знали об этом, сеньор Руэда?

Капитан баюкал в руке трубку и выпускал струйки дыма из ноздрей. Он не казался ни удивленным, ни обеспокоенным, ни застигнутым врасплох.

— Нет, сеньора. Эту шхуну я купил три месяца назад и не успел изучить как следует.

— Тогда вам тем более полезно будет совершить маленькую экскурсию.

И Анита ящеркой соскользнула в лаз. Под ним — конечно же, неслучайно — возвышалась башня из поставленных друг на друга бочонков, что позволяло совершить спуск без лестницы.

Алекс в очередной раз восхитился наблюдательностью жены.

— Что тебя навело на эту идею?

— Бочки стоят неравномерно. И если их поставить такими вот штабелями, то во время шторма они могут упасть. Обычно на кораблях так не делают, поэтому я и стала размышлять, что за этим кроется.

— Замечательно, сеньора, — одарил ее капитан квелым комплиментом. — Но что из этого проистекает?

— Показываю дальше. Идите за мной.

Они гуськом дошли до следующей башни, наполовину разрушенной, но все же вытянувшейся достаточно высоко.

— Над ней такое же отверстие, прикрытое доской, — заверила Анита. — Тренированный человек вполне способен до нее дотянуться и попасть в кормовую каюту.

— В нашу? — поразился Алекс.

— В каюту сеньора Рамоса, — поправила Анита. — А если мы пройдем немного в обратную сторону, то увидим третий штабель. С его вершины открывается путь в покои сеньора капитана.

— Фантастика! Проще говоря, ют, полубак и кубрик соединяются с трюмом?

— Да. И люди, находящиеся на палубе, никоим образом не отследят тайных передвижений. А теперь напрягите память. В каком из помещений, которые я перечислила, совершались убийства?

Максимов наморщил лоб и загнул указательный палец на левой руке.

— В нашей каюте застрелили африканца.

— Так… Еще!

— В трюме умер этот… как бишь?.. который из Шотландии. — Алекс загнул средний палец.

— Мак-Лесли. Еще?

— В кубрике — Накамура… — он загнул безымянный палец и умолк.

— Все, — заключила Анита. — Санкара, Хардинга и Париса, то есть Деметру, убили на палубе. В каюте капитана не погиб никто.

Сеньор Руэда понимающе улыбнулся краешком рта.

— По вашей логике, если в моей каюте никого не убивали, значит, убийца — я?

— Необязательно. Просто примечательное обстоятельство, вот я и обратила на него внимание…

Лязгнув крышкой люка, в трюм просунулся Рамос и произнес, глядя в темноту:

— Капитан! Вы здесь? Не пора ли отпустить ребят на свободу? Накамуру мы тоже подготовили.

Формулировка «отпустить на свободу» показалась Аните изящной и вместе с тем надуманной. Едва ли «ребята» в лице Хардинга и Накамуры, а с ними и Деметра, так уж рвались покидать этот мир. Но их мнения не спросили — истребили