Черное дерево - Мерседес Рон

двух мужчин, которые потягивали вино из бокалов, при этом не спуская с меня глаз.

Меня охватила дрожь.

– А со мной ты не хочешь поздороваться? – услышала я у себя за спиной голос Тами.

Я повернулась к ней, не веря глазам.

Она только что прилетела из Лондона и стала настоящей красавицей. Ее светлые волосы были собраны в километровый хвост; стройную фигурку обтягивало синее платье, а небесно-голубые глаза смотрели так же ласково, как в день нашего знакомства.

Я горячо обняла ее, и глаза наполнились слезами, я не смогла их сдержать.

– Успокойся… – со смехом произнесла она.

– Как ты, Тами?

– У меня все прекрасно, честно, – сказала она, отпуская меня и глядя прямо в лицо. – Все останется в памяти как дурацкое происшествие, о котором я буду рассказывать внукам.

– Я чувствую себя такой виноватой… – невольно вырвалось у меня.

– С какой стати? Ведь не ты же в меня стреляла.

Да, я в нее не стреляла. Но ее ранили по моей вине, по вине моего отца, из-за его проблем, из-за того, что он втянул в них меня и разрушил мою жизнь.

– Дорогая моя…

Услышав этот голос, я застыла на месте – не только потому, что не ожидала его услышать: я могла пересчитать по пальцам на одной руке, сколько раз он был на моем дне рождения. Но появиться здесь после всего, что он мне причинил…

Я обернулась, выпустив Тами, и столкнулась лицом к лицу с отцом.

– С днем рождения! – воскликнул он и крепко прижал меня к груди.

Я застыла, словно проглотила палку. В груди бушевала ярость. Мне хотелось закричать, оттолкнуть его, высказать все, что я о нем думаю, но бесхитростный взгляд сестры и ее счастливая улыбка вынудили воздержаться от этого.

Когда он отпустил меня, мне показалось, что я увидела в его карих глазах раскаяние, но он скрылся так поспешно, что я засомневалась, не был ли он плодом моего воображения.

– Потанцуешь со мной? – спросил Лайам у меня за спиной.

Я была рада, что нас прервали, и взяла протянутую руку Лайама. Звучавшая музыка не предназначалась для медленного танца, но мне было все равно, я просто хотела уйти от отца. Лайам провел меня на танцпол, и мы стали двигаться в ритме незнакомой песни.

Все вокруг ели, пили и танцевали, болтая и смеясь.

Интересно, кто-нибудь из них догадывается, как я несчастна?

– Что происходит? – прошептал он мне на ухо, а я увидела Маркуса, его взгляд был прикован к тому месту, где меня только что касался Лайам. – Что-то не так?

Я тут же отступила на два шага.

– Все в порядке, не стоит…

Лайам удивленно посмотрел на меня.

Я повернулась к нему спиной и направилась к Маркусу, допивавшему свой бокал. Я обняла его, положив голову ему на грудь.

– Спасибо за праздник, – соврала я. – Он просто великолепен.

Он помедлил пару секунд, затем повернулся ко мне и обнял, после чего моя тревога слегка улеглась.

«Пожалуйста, не вноси Лайама в свой черный список, прошу тебя…» – мысленно взмолилась я.

– Для моей принцессы – все самое лучшее, – сказал он, целуя меня в макушку.

– Мар, идем танцевать! – крикнула сестра, хватая меня за руку, и потащила на танцпол.

Тами присоединилась к нам, и мы танцевали, пока не подошли остальные друзья, чтобы поздравить и поговорить со мной, а главное, расспросить, почему я не появляюсь в университете.

«Личные проблемы», – отвечала я всем, кто задавал этот вопрос. Я не хотела и не могла углубляться в эту тему, лучше не говорить о том, почему все закончили второй курс, а я нет.

После танца Лайам держался подчеркнуто отстраненно и предпочел пить возле барной стойки, глядя на нас с Тами.

– Послушай… Что, в конце концов, между вами происходит?

Тами проследила за моим взглядом, и Лайам отвернулся, уставившись на свой бокал.

В глазах его на миг промелькнула печаль.

– Я совершила ошибку, когда закрутила с ним.

Меня разозлило, что она упустила шанс встречаться с таким замечательным человеком, как Лайам. Я схватила ее за руку, чтобы встряхнуть и заставить вести себя серьезно.

– Кончай свои глупости, Тами! Ты всегда делаешь глупости, когда боишься, – сказала я, скрестив на груди руки. – Не может быть, чтобы ты к нему ничего не чувствовала. Я знаю, что чувствуешь, достаточно посмотреть на вас. Дай ему шанс, чтоб тебя!

Она покачала головой и отошла под предлогом, что ей нужно в туалет.

Я воспользовалась этим, чтобы подойти к Лайаму.

– Послушай, прости за…

– Неважно, – ответил он, поднося бокал к губам. – Я знаю, ты мне все расскажешь, когда будешь готова.

– О чем расскажу?

– Кто в тебя стрелял, и почему ты до сих пор не вернулась в Нью-Йорк.

Я покачала головой, но он продолжил:

– Сколько кило ты потеряла? – спросил он вдруг. – Ты стала похожа на дурацких манекенщиц с подиума, которые тебе так не нравятся. Кожа да кости. Я по твоим глазам вижу, что, будь твоя воля, ты ни на минуту здесь не осталась бы. Это все из-за того придурка? Из-за его угроз? Из-за выстрела?

– Ради бога, Лайам, – перебила его я, испуганно озираясь. – Не говори так, ясно? У меня все прекрасно…

– Врушка!

Я глубоко вздохнула и поняла, что не могу лгать лучшему другу.

– Все намного сложнее, чем тебе кажется…

– К счастью для тебя, я очень умен.

Я покачала головой, и тут чья-то рука обхватила меня за талию. Лайам посмотрел направо и встретился взглядом с Маркусом.

– Он тебе досаждает, принцесса?

Лайам недоверчиво посмотрел на него.

– Что? Нет, конечно! – поспешила я заверить Маркуса.

– Я ее лучший друг, – яростно бросил Лайам.

– Друг или нет, ты больше не прикоснешься к моей невесте.

«Черт, черт, черт…» – стучало у меня в висках.

Этого еще не хватало.

– Этот придурок? Ты серьезно, Мар?

Я попыталась предупредить его взглядом, и мне стало по-настоящему страшно, когда я почувствовала, как напрягся Маркус рядом со мной. Но тут появилась Тами и встала рядом с Лайамом.

– Что случилось?

– Ничего, – поспешно ответила я.

Однако кое-что все же случилось, когда Маркус шагнул ему навстречу. Лайам сделал то же самое.

– Ты хоть знаешь, с кем разговариваешь?

– Знаю, что набью тебе морду, если еще хоть раз скажешь, что я досаждаю Марфиль.

Я бросилась между ними, видя, что они вот-вот подерутся, но Маркус схватил меня за руку и с силой оттолкнул, так что я споткнулась и чуть не упала.

Лайам и Тами изумленно распахнули глаза, и в следующую секунду я увидела, что по губе Маркуса