Наталия Левитина - Любовница отменяется, или Тренчкот

– Ну…

– Я отдала Аслану десять лет жизни, я все для него делала! При разводе он оставил мне эту квартиру и пообещал выплачивать ежемесячно энную сумму.

Какой западный подход!

Значит, и у Кумраева есть крупицы благородства. Кто мешал ему выставить опостылевшую жену на улицу с одним чемоданом?

– А на ваш банковский счет он случайно не перевел крупную сумму? В качестве отступных? Ну, как это голливудские звезды делают? – тщательно маскируя сарказм, поинтересовалась я.

Насмешки Эльмира не заметила. Она немного подумала, потом с явной неохотой ответила (мне почему-то показалось, она чувствует себя обязанной отвечать на мои вопросы. Как странно!):

– Да, он перечислил кое-что на мой счет. Ну, конечно, совсем не ту сумму, которую жертвуют экс-супругам голливудские звезды.

– Да это так, к слову пришлось.

– Нет, Аслан не был скуп. Он был щедр. Правда, за свою щедрость требовал многого. Но Юля! Он не упомянул меня в завещании!!!

Последний вопль прозвучал трагически.

– Не упомянул в завещании?! – подпрыгнула я. – Не упомянул?!

– Нет!

О боже!

Только не это!

Я искренне расстроилась. Никогда еще известие о том, что кого-то забыли включить в завещание, не ранило меня так сильно. Аслан, Аслан, ну как же так?! Забыл о жене. Получается, Эльмире было невыгодно убивать супруга? Жила припеваючи на алименты, а теперь осталась с разбитым корытом!

Но на стройку-то к Аслану приходила не я, а Эльмира! И с дизайнером нос к носу столкнулась именно она. Не я! Выходит, Эльмира укокошила курицу, несущую золотые яйца! Кормильца, так сказать.

Вот и пойми после этого женщин!

А может, здесь нет убийства? И Кумраев на самом деле погиб в результате несчастного случая? Они с Эльмирой ругались, самозабвенно и неистово, как могут ругаться люди, связанные десятью годами совместного заключения… Аслан оступился и рухнул в яму. И точка.

– А кого Аслан упомянул в завещании?

– Юля! Вы что?! Он вообще не оставил завещания.

– Наверное, не предполагал так быстро отдать концы, – пробормотала я.

– Простите?

– Да так…

– И теперь все достанется этой глупой пустышке, его сестре! Других-то родственников нет!

– Неужели? Я думала, у Аслана – целый клан родственников. Восточный мужчина все-таки.

– Да. Но Лиза в этом списке – самая первая. А я осталась ни с чем! Я отдала ему десять лет жизни, пожертвовала карьерой, отказалась от ребенка…

– Вы отказались от ребенка?

– Аслан не хотел детей, он их не любил.

– Вот как.

– Да, я осталась ни с чем. Теперь еще и без денег. Как вы думаете, можно будет выкрутиться из этой ситуации?

– Я думаю, что…

– А его сестричка, она же все истратит на кокс! Промотает деньги впустую, да еще и умрет от передозировки в каком-нибудь грязном туалете!

Лиза?!

Этот голубоглазый истеричный ангел?

М-да… Теперь мне стала понятна Лизина экзальтированность и непредсказуемость. Все объяснялось достаточно просто, даже ее цистит.

– Ну, вот, когда я все вам рассказала, жду вашего решения, – резюмировала Эльмира. – Хотите еще кофе?

– Кофе отличный, спасибо.

– И еще мы не обсудили вопрос оплаты. Какую сумму вы обычно берете?

– Извините, – замялась я. – А о чем, вообще, речь?

Эльмира насторожилась:

– Как о чем? Так есть ли у меня шанс доказать, что я имею полное право на наследство? Ну, хотя бы на часть? Вы обещали проконсультировать меня.

– Я?! – в ужасе вскричала я.

– Вы, – кивнула Эльмира.

– Я… Нет, ну, конечно, могу, если вы настаиваете…

Бог мой, да на какие только темы не консультировала я народ! Вполне компетентно рассуждаю о биодизельном топливе, вегетососудистой дистонии, особенностях поведения трясогузок и успехах китайского автопрома.

– Простите, не понимаю… – встревожилась Эльмира.

– Извините за прямоту, но дело вы продуете. Однозначно.

– Нет!

– Увы, но это так. Скорблю вместе с вами.

– Постойте, Юлия, значит, вы отказываетесь брать мое дело?

– Зачем мне его брать?!

Эльмира несколько минут молча пожирала гостью взглядом. Потом ее красивое лицо озарила вспышка понимания.

– Вы, вообще, кто? – прошипела она и вскочила с кресла. – Вы Юлия Шульман, адвокат?

Надеюсь, она не запустит в меня кофейником?

Нет, не запустит – он слишком дорогой.

– Нет, я – Юлия Бронникова, журналист.

– Тогда что вы делаете в моей квартире?!

– Вы сами меня впустили. Вы сказали: «Юлия? Заходите!» И я пришла.

– Какая глупая ситуация, – опустилась обратно в кресло Эльмира. – Я ждала адвоката. Договорилась с ней о встрече как раз на это время. Но вы-то зачем здесь?

Чтобы избежать расстрела, пришлось сочинять на ходу. Использовала обычный прием, еще ни разу меня не подводивший:

– Видите ли, я пишу для журнала «Стильная Леди». Нам всегда нужны героини – жительницы нашего города, современные, молодые, успешные. Свободные от предрассудков. И мне посоветовали взять интервью именно у вас!

Эльмира хмыкнула. Видимо, мысленно сопоставила свой образ с портретом, нарисованным мной. Очевидно, сравнение она выдержала и безоговорочно причислила свою персону к сонму богинь – «современных, молодых и успешных». О, да, я знаю – ни один комплимент не отражает сути нашего собственного отношения к себе, и сколько бы сахара и меда ни положили в блюдо лести, никогда не помешает добавить в него еще и литр патоки!

Эльмира одарила меня вполне благосклонным взглядом.

– И кто же порекомендовал вам обратиться ко мне?

Изначально, предвидя этот вопрос, я планировала упомянуть Лизу. Но так как выяснилось, что о Лизе Кумраевой в присутствии Эльмиры лучше не вспоминать, назвала первое попавшееся имя.

– Нонна Кратова.

– Нонна Кратова? – задумалась Эльмира.

– Да, она.

– Постойте… Это… Это владелица магазинов «Колибри»?

– Точно.

– Но я с ней не знакома!

– Не может быть! – замахала я руками. – Как же, как же! А вот она прекрасно вас запомнила, вы произвели на нее впечатление. Вы встретились на приеме, организованном по поводу… по поводу… Ой, никак не вспомню, помогите мне…

– Ах, ну да, наверное, – закивала Эльмира. – Там было столько людей! Как интересно. Говорите, эта известная предпринимательница меня запомнила?

– Конечно! У самой Нонны я уже взяла интервью. Теперь – у вас. Поэтому, когда вы начали мне все это рассказывать, я поняла, что мы уже, так сказать, в процессе.

– Как неловко получилось! Зачем вам моя история, все это грязное белье…

– Что вы! Это история сильной женщины, преодолевающей обстоятельства.

– Вы так считаете? – грустно посмотрела на меня Эльмира.

– Конечно. Но, впрочем, если вы не хотите, то я не буду писать.

– Правда?

– Воля ваша.

– Юля, вы поймите, у меня сейчас не тот период, чтобы давать интервью журналу «Стильная Леди». Хороший журнал, я его покупаю. Но о популярности я не мечтаю.

– Эльмира. Я очень вас понимаю. Вам сейчас очень, очень трудно! Я очень, очень вам сочувствую!

Богатейший лексикон матерого журналюги!

– А вас не уволят, если вы не сделаете это интервью?

– Ну, по крайней мере, ногами пинать не будут.

– Жаль, конечно, ведь вы впустую потратили столько времени.

– Увы!

– Но, может быть, в следующий раз? Через некоторое время? Вдруг мне все же удастся отсудить себе что-нибудь? Тогда бы я могла открыть собственное дело.

– Понятно…

На том и расстались.

Пока мы плотно общались с Эльмирой, на улице посветлело и наконец перестало моросить. Я опрометчиво притормозила под огромным тополем – и мокрый воробей, взволнованно покинувший ветку, обрушил на мою голову град ледяных капель. Пришлось бежать.

На остановке я достала сигарету, карточку Нелюбина и набрала его номер.

– Анатолий Кириллович, это Юлия Бронникова.

– Приветствую. У вас новости? Неужели? Внимательно слушаю.

Богатый баритон следователя щекотал барабанную перепонку – но звучал не очень-то доброжелательно.

– Я нашла женщину, купившую в магазине точно такой же сиреневый плащ!

– Вот как.

– Да-да! Ваш любимый бренд – Блюберри. Клетчатая подкладка, десять пуговиц. Классический тренч!

– Ну, и?

– И даме, купившей плащ-близнец, в отличие от меня не нужен черный парик. Она и так брюнетка. С прической каре.

– И?

– И! – зло выпалила я в трубку. – Неужели не догадываетесь? Это бывшая жена Аслана Кумраева!

– Хм… – озадаченно хмыкнул Нелюбин.

Наконец-то удалось добиться от него адекватной реакции. Он явно удивлен. Конечно, не догадывался, что и у Эльмиры Кумраевой припасен в шкафу аналогичный плащ от Блюберри. Про очки в стиле Жаклин Кеннеди даже не говорю – у любой гламурной бездельницы найдутся такие.

– Эльмира просто брызжет злостью, вспоминая про Аслана. Именно она, а не я, была на стройке. Не знаю, что там у них произошло. Наверное, повздорили. Меня это теперь не касается. Я выполнила вашу работу. Дальше – как-нибудь сами!