Каникулы с вампиром - Наталия Николаевна Антонова

то Мирослава, всякий раз оказываясь в подобных домах, думала с состраданием: «Как же поднимаются больные и пожилые на тот же пятый этаж, когда уже и подъём на четвёртый нельзя было назвать подарком судьбы?»

– Ага, вас двое, – сказал мужчина, ждавший их на пороге квартиры.

На вид ему было лет шестьдесят – шестьдесят пять. Волосы седые, коротко постриженные, на лбу поперечные морщины, рот жестковат, но карие глаза яркие и живые.

– Здравствуйте, – улыбнулась Мирослава приветливо, – вы верно подметили, нас двое, я Мирослава Волгина и мой напарник Морис Миндаугас.

– Очень приятно, Александр Никитич Павлов, – проговорил мужчина, тщательно рассматривая предъявленные ими лицензии. После чего он проговорил: – Так что же это у нас получается, оказывается, вы Шерлок Холмс и доктор Ватсон, а не полиция.

– Получается, – с улыбкой согласилась Мирослава.

– Ну что же, не гнать же вас теперь, – проговорил хозяин, – заходите, раз пришли.

Переступив порог, детективы оказались в длинном коридоре. Сразу после шкафа с одеждой в коридоре располагалась дверь в одну из комнат. Дальше виднелась ещё одна дверь с левой стороны, а вправо уходило ответвление коридора.

Хозяин отвёл их в комнату, располагавшуюся с правой стороны. Усадил на диван. Придвинул к дивану кресло и сел напротив.

– Признавайтесь, – сказал он с серьёзным выражением лица, – кто из вас Шерлок Холмс, а кто доктор Ватсон?

– Мы оба Шерлоки, – улыбнулась Мирослава.

– Разве так бывает? – спросил он.

– В жизни бывает всё, – перешла на серьёзный тон Мирослава. – Александр Никитич, мы пришли поговорить с вами о вашем соседе Борисе Горшкове.

– То, что вы ко мне пришли не на блины, а о Борьке расспрашивать, это и ежу ясно. Только много ли я о нём знаю?

– Наверное, что-то вам всё-таки известно.

– Только то, что он не особо утруждал себя работой, да с девками хороводился, – ответил Павлов.

– Он приводил их сюда?

– Нет, хозяйка квартиры, Прасковья Макаровна, была против. Но вот одна сюда всё-таки приходила. Борис меня даже с ней познакомил и представил своей невестой.

– Как звали эту девушку?

– Её звали Светлана. Премиленькая такая. Соответствует своему имени, вся светленькая, вежливая, улыбчивая.

– То есть она вам понравилась?

– Я бы сказал – да, – немного подумав, ответил мужчина.

– А больше к нему никто не приходил?

– Приходил, и часто, дружок его Герман. Чёрненький такой.

– Афроамериканец? – спросил Морис удивлённо.

Мирослава невольно улыбнулась.

– Да нет, – отмахнулся Павлов, – просто смуглый, черноволосый и глаза чёрные, так и бегают! А когда присмотришься, то становится понятно, что он просто немного косит.

– И какое на вас произвёл впечатление Герман?

– Я с ним особо не общался, только здоровались, если сталкивались на лестнице. А так он всё поучал Борьку.

– Поучал?

– Ну да, Борька-то курил. Выйдут они, бывало, на балкон, Герман и точит его: «Что ты, Боря, всё с одного места работы на другое скачешь, так никакой карьеры не построишь».

– А что Борис?

– Он говорил… – Павлов замялся, а потом сказал: – Если прилично и нормальным языком сказать, то смысл такой – Борису карьера не нужна. Ему и так хорошо.

– Понятно, – пряча улыбку, сказала Мирослава, – а ещё о чём они говорили?

– Герман советовал Борису держаться за Светлану, говорил, что ему дураку в кои веки повезло.

– А Борис?

– Смеялся и советовал Герману, женись-ка ты на ней сам.

– А Герман?

– Герман сердился очень и грозил Борису.

– Грозил? – в один голос спросили детективы.

– Ну да, – слегка удивился их реакции сосед.

– Чем?!

– Тем, что скоро у него операция и, исправив глаза, он отобьёт у него Свету и женится на ней, а Бориске останется только локти кусать.

– И вы не знаете, исправил ли Герман косоглазие?

– Чего не знаю, того не знаю. Зато знаю, что он работает в банке.

– Откуда?

– Да как-то он пришёл, Борьки не было, а я по лестнице поднимался, в магазине нагрузился, язык на плече. Герман увидел меня, сбежал два пролёта и сумки мои дотащил до двери. Я его поблагодарил и спросил: «Чего, мол, у двери стоишь». А он пожаловался, что с Борисом созванивался, тот в это время обещал быть дома. Но дверь никто не открывает.

– Почему же он ему не перезвонил?

– Перезванивал, да тот больше не отзывался. Я и пригласил парня зайти ко мне. Чего стенку-то на лестничной площадке подпирать. Чайник на плиту поставил, нарезал хлеба, котлеты у меня были, разогрел, опять же, варенье на стол поставил. Ну и закусили мы. А потом и разговорились. Я на свою нищенскую пенсию пожаловался. А он возьми мне и предложи: «Александр Никитич, приходите к нам в банк «Матвеевский», я вам вклад под хорошие проценты пристрою».

– И что же вы, пошли?

– Я ему сразу сказал, что денег у меня кот наплакал. А он говорит: «Не важно, Александр Никитич, приходите. Перед тем как идти, позвоните мне, я вас встречу».

– И что?

– А то! Герман выполнил, что обещал. Положил мои крошечные деньги под самый большой для пенсионеров процент.

– Вы могли бы это сделать и без него.

– Мог, конечно, – согласился Павлов, – только голова-то уже не варит так, как надо. А тут я не сомневался и до сих пор спокоен.

– А после смерти своего соседа вы встречались с Германом?

– Приходил он один раз вместе с родителями Бориса. Они забрали из квартиры вещи сына. Полиция и хозяйка разрешили. Тогда-то он на минуточку и ко мне забежал. Я стал его расспрашивать, что и как. Он сказал, что Бориса убили. Но подробности ему не известны. Обещал попозже ко мне забежать.

– Забегал?

– Пока нет, – покачал головой Александр Никитич и добавил: – Герман старика не обманет. Раз обещал, то придёт. Только время выберет.

– А у вас есть его телефон?

– Конечно, я же вам говорил, что звонил ему, перед тем как в банк идти.

– Вы об этом прямо не говорили. Но почему же вы ему теперь не позвоните?

– А зачем же надоедать человеку, – удивился Павлов, – чтобы он подумал, что деда любопытство замучило?

– Вы по-своему правы.

– Я по-всякому прав! – твёрдо заявил мужчина.

– Хорошо, Александр Никитич, спасибо вам, что уделили нам время. Мы пойдём.

– Только вот помочь-то я вам ничем не помог, – с сожалением проговорил Павлов.

– Кто знает, – загадочно обронила Мирослава.

Сам того не понимая, Павлов натолкнул или, вернее, укрепил её в мысли о том, что в ловушку вампира попадают мужчины, которые, вопреки народной пословице «от добра добра ищут», то есть имея жён, подруг, невест, ищут чего-то острого на стороне и находят-таки приключения на все части своего тела.

А Александр Никитич, проводив детективов, отправился