Улика из прошлого - Валентина Владимировна Гасс

Эле даже захотелось протереть глаза. Никакого пистолета в рюкзаке не было!

Потом их без дополнительных объяснений посадили в железную клетку. Эле немедленно захотелось узнать подробности истории исчезновения существенных материальных предметов из отдельно взятых рюкзаков, но Никита вовремя её остановил, указав взглядом на присобаченную у притолоки камеру, мигающую красным кровавым огоньком. Наверняка устройство писало и звук, поэтому лишний раз распространяться о чём-либо этаком не следовало. Элис, верно считав посыл подельника, важно кивнула и сообщила, чтобы усыпить бдительность операторов камеры:

— Хорошая сегодня погодка, не правда ли?

— Да, вы совершенно правы, — подыграл ей Баженов. — Погодка и вправду неплохая…

«Преступников» промурыжили взаперти почти два часа. Наконец усатый полицейский, громко звеня чудовищной связкой ключей, отпер замок камеры и предложил пленникам:

— Дуйте в шешнадцатый кабинет, в конце коридора налево.

Эля с Никитой — что делать — отправились по указанному адресу; то, что им не назначили даже конвоя, рождало слабую надежду.

В кабинете за двумя рабочими столами сидели соответственно два полицейских. Один из них что-то печатал одним пальцем на клавиатуре компьютера. Почти после каждого удара он поднимал голову и разглядывал экран пузатого монитора. На вновь прибывших он не обратил никакого внимания. Второй же, напротив, сразу же замахал рукой, приглашая располагаться на двух деревянных стульях, стоящих возле его стола.

— Как же мы докатились до такой жизни? — поинтересовался сотрудник, почти весело переводя взгляд с одного «подозреваемого» на другого.

— Да вот, так уж получилось, — с ноткой извинения ответил ему Никита, всем своим видом показывая максимальное раскаяние.

— Капитан Бойко, — представился блюститель, переходя на казённый тон. — Старший дознаватель. — Его глаза хищно сузились, а от доброжелательности не осталось и следа. — Мы тут провели небольшое расследование и выяснили… — Он жестом фокусника извлёк откуда-то снизу знакомый блокнот и в раскрытом виде положил его перед собой. — Ваш? — Он упёрся взглядом в Элис.

— Д-да, — встревоженно подтвердила та. Честно говоря, за сегодняшний день произошло уже столько событий, что она устала удивляться и вопрос дознавателя встретила с чувством покорности судьбе.

— Тогда что вот это? — грозно поинтересовался капитан, развернув блокнот и пододвинув его к Эле.

— Что? — переспросила та.

Бойко потыкал пальцем на один из абстрактных рисунков.

— Вот! — уточнил он.

— Ка-картинка, — сказала Элис, заикнувшись.

— Если бы, — сокрушённо покачал головой капитан. — Это ведь секретный график раскрытия преступлений нашего отдела за последний квартал нынешнего года!

Дознаватель произнёс фразу с таким апломбом и пафосом, словно зачитывал обвинительное заключение с трибуны.

Элис в полнейшей прострации отшатнулась от дознавателя вместе со стулом. Она окончательно перестала понимать что-либо.

На некоторое время всё застыло в кабинете отделения полиции в немой сцене, даже коллега капитана на время перестал тыкать пальцем в клавиатуру.

Выдержав мхатовскую паузу, Бойко отчётливо хлопнул раскрытой ладонью по столу.

Элис вздрогнула.

— Ха-ха-ха-ха, — развеселился капитан. В его лице случилась неуловимая перемена, оно словно обмякло и расплылось на щеках брылями. — Поверили, — весело сказал он и улыбнулся. — Ей-богу же, Петрович, поверили!

Печатающий на клавиатуре коллега немедленно подгыгыкнул.

После этого капитан Бойко принялся от души смеяться. Он смеялся почти художественно, долго и искренне. Его смех переходил то в утробное гугуканье, то взлетал наверх регистра, плавно перетекая в повизгивающее хрюканье.

Бледная Эля из последних душевных сил наблюдала за этим непотребством, и единственным её желанием было встать со стула, подойти к старшему дознавателю и зарядить ему с правой крюка. Но тогда бы её уже точно посадили, а она всё же планировала закончить кое-какие дела на свободе.

Никиту, видимо, посещали похожие мысли, потому как он хмуро играл желваками и сжимал-разжимал кулаки, будто бы они у него чесались.

В итоге закончилось всё «административкой»: виновным в ДТП выписали весомый штраф, к которому присовокупили нарушения за отсутствие документов на машину и ненадлежащее оформление её регистрации. Покопанную развалюху отправили на штрафстоянку, и выкупать её оттуда тоже предстояло за денежки.

Когда Никита с Элей вышли на крыльцо отделения полиции свободными людьми, уже стемнело.

Они побрели по тротуару, пытаясь сориентироваться во времени и пространстве.

— Жрать охота, жуть, — признался Никита, прислушиваясь к урчанию в животе. — С утра маковой росинки не было!

— Давай в бургерную зайдём, — предложила Эля. — Я угощаю.

Баженов лишь хмыкнул.

— А куда испарился пистолет? — поинтересовалась Элис. — Я чуть в обморок не грохнулась, когда твой рюкзак осматривали.

— Ловкость рук, — самодовольно отозвался Никита. — Я его ещё в машине спрятал. Ну как спрятал…

— Не поняла, — наморщила лоб Эля. — В какой машине?

— Ну, в полицейской же. В которой нас везли в отделение. Хорошо, что нас, как белых людей, в обычную засунули, а не в автозак.

Тогда бы не получилось. А так я украдкой ствол достал и засунул им под сиденье.

— Чего-о-о-о? — не поверила Эля. — Ты оставил пистолет Штыря в полицейской машине?!

— А что делать-то оставалось? Другого шанса избавиться от него не представилось бы.

— А если они его найдут?

— Ну так что? Попробуй докажи, что это именно мы его туда засунули. Они же наверняка и других преступников возили, которые поболее нас на уголовников смахивают. Да и пока они его найдут. Я ж его глубоко засунул.

— Капец! А отпечатки?! Там же наши отпечатки!

— Я чё, совсем на идиота похож? — обиделся Баженов. — Я стёр всё, там у них тряпочка валялась в кармашке.

— Ёшки-матрёшки, — покачала головой Элис, немало ошарашенная услышанным.

— Меня сейчас другой вопрос интересует, — задумчиво пробормотал Баженов. — Как «пиджаки» смогли нас вычислить и на хвост сесть?

— А что тут неясного? — отмахнулась Эля. — Они же знали, где ты живёшь, это наверняка приятели Штыря, те, кто ехал тебя забирать у него.

— Не склеивается, — покачал головой Никита. — Они нам сели на хвост уже в Городе, когда мы прилично от дома отъехали. А во дворе никаких «роверов», да и вообще никого подозрительного не было, я это всё чётко срисовал. А уж про машину твою тем