Загубленные души - Наталия Николаевна Антонова

поскрипывающему на лёгком морозе.

Андриана ни разу не была возле школы номер одиннадцать, поэтому она сначала обошла её кругом. Здание школы было стандартным и не вызывало нареканий. Не понравилось Андриане то, что поблизости было мало деревьев, да и выглядели они какими-то худосочными, несмотря на лежавший на их ветвях снег. Глаз радовала только синяя ель, росшая недалеко от школьного крыльца.

Входить вовнутрь Андриана не спешила, так как знала, что в вестибюле её встретит суровый охранник. Это раньше вход в школы был свободным, никому тогда даже в страшном сне не могло присниться, что школы придётся охранять от психов, маньяков и террористов-одиночек, врывающихся в мирные здания и открывающих огонь на поражение по детям и учителям. В общем, ужас, который, к сожалению, стал реальностью.

Андриана Карлсоновна набрала номер мобильного Вадима Горчакова. Звонить ему раньше и предупреждать о своём приходе она не хотела.

Горчаков сразу отозвался, и до слуха сыщицы донёсся школьный звонок. Перемена только-только начиналась. От этого такого родного звука, который казался ей не менее сладким, чем соловьиные трели, у неё защемило сердце и к глазам подступили слёзы. Всё же тридцать пять лет учительского стажа давали о себе знать.

И, как ни странно кому-то покажется, Андриана любила свою работу. Любила она и детей, причём всех, от самых прилежных учеников до сорванцов, которые больше на голове ходили, чем слушали то, что говорит учитель. Но именно им, последним, она как раз и уделяла больше внимания и была несказанно счастлива, когда ей удавалось вложить в их головы хотя бы крупицы знаний.

Между тем мужской голос в трубке проговорил:

– Алло! Алло! Говорите! Я вас слушаю.

– Простите, Вадим Григорьевич, – проговорила она, осознав, что задумалась и Горчаков вот-вот отключит связь, не дождавшись её ответа, – вас беспокоит Андриана Карлсоновна Шведова-Коваль. Мне нужно поговорить с вами.

– Мы знакомы? – спросил он.

И она догадалась, что он быстро перебирает в памяти всех, кого мог встретить на каких-либо учебных мероприятиях.

– Нет, к сожалению, мы не знакомы, – сказала она, – хотя я тридцать пять лет проработала учителем физики и была завучем. – Она назвала номер школы. – Но после ухода на пенсию я сменила профессию.

– Вот как, – сказал он. И она догадалась, что он произнёс это только из вежливости.

Побоявшись, что Горчаков сейчас отключится, она быстро проговорила:

– Не могли бы вы уделить мне немного своего времени?

– Я, право, не знаю, – замялся он, теряясь в догадках, что же от него нужно бывшей коллеге.

– Я жду вас внизу, – добавила она. – Но поговорить нам, наверное, лучше вне школы.

– Почему? – спросил он.

– Лишние вопросы коллег вам, я думаю, не нужны, – проговорила она несколько загадочно.

– Так у вас ко мне что-то серьёзное? – встревожился он.

– Да, – призналась Андриана, – серьёзное.

– Хорошо, – решился Горчаков, – я сейчас спущусь.

Прошло не более пяти минут, как из дверей в вестибюль вышел молодой подтянутый мужчина. Он был в пальто. В руках он держал шерстяную шапку.

«Значит, смирился с тем, что я хочу вытянуть его за пределы школы», – подумала она.

Увидев Андриану в вестибюле, Горчаков спросил:

– Это вы мне звонили?

– Да, я. Здравствуйте, Вадим Григорьевич.

– Здравствуйте, – ответил Горчаков. – Мы поговорим на улице?

– Лучше в кафе, – быстро ответила она. – Я прошла одну остановку до вашей школы пешком и заметила, что в доме, здесь, совсем рядом, – она махнула рукой, – есть маленькое кафе.

– Да, – согласился он. – Оно так и называется «Малютка». Пойдёмте! – И он пересёк вестибюль и, открыв дверь, придержал её: – Прошу вас.

– Спасибо. – Андриане, как и всякой нормальной женщине, была приятна вежливость мужчины.

При слове, точнее при произнесённом вслух названии кафе «Малютка», Андриану кольнуло в сердце. Это показалось ей чуть ли не предзнаменованием.

«Какие глупости приходят в мою голову», – одёрнула она себя.

Они быстро дошагали до кафе, которое вполне соответствовало своему названию, – в небольшом зале было всего шесть столиков.

Столик для них выбрал Горчаков. Андриана не стала спорить. По тому, как он обратился к официантке, она поняла, что учитель истории бывает в «Малютке» часто.

Когда Горчаков протянул ей меню, она ответила:

– Я не голодна. Выпью только чашку чая.

– И возьмите пирожок с яблоками, – посоветовал он. – Пирожки у них изумительные. Если вы, конечно, не боитесь за свою фигуру.

– Боюсь, и даже очень, – отшутилась она, – если я поправлюсь, то при моём росте превращусь в шар, и моему поклоннику придётся перекатывать меня с места на место.

Он рассмеялся в ответ искренним мальчишеским смехом и заказал для неё целых два пирожка.

– Теперь я знаю, как вы на самом деле ко мне относитесь, – проговорила она с притворной ворчливостью.

Но он уже решил перевести разговор в серьёзное русло:

– Вы сказали, что долгое время учительствовали в школе, после чего переменили профессию. Не сочтите за излишнее любопытство, но всё же, что же вас заставило переменить её?

– Пенсия, – ответила она кратко.

– В смысле? – не понял он.

– Сидеть на пенсии оказалось скучно. Да и велика ли пенсия учителя, даже если у него большой стаж?

– Наверное, нет. Но вы могли снова вернуться в школу.

– Я не захотела входить в одну реку дважды.

– И чем же вы занялись?

– Я стала частным детективом.

– Кем-кем вы стали? – изумился он.

– Частным детективом.

– О господи! – Он вытер лоб салфеткой.

– Ваша реакция ставит меня в затруднительное положение, – проговорила Андриана Карлсоновна.

– Напрасно! Любой человек, по-моему, отреагировал бы так же.

– Не скажите, – покачала она головой.

– Что же вас привело ко мне?

– Мне нужно задать вам несколько вопросов о вашей бывшей невесте.

– О Марине? – на этот раз ещё больше удивился Горчаков. – Марина-то вам зачем?

– Разве вы не знаете о случившейся с ней беде?

– Знаю! – отрезал он. – Марина вышла замуж за папика с криминальным прошлым!

– Вы имеете в виду Пряшникова? – спросила Андриана.

– Кого же ещё! – презрительно фыркнул он.

– Но почему вы так уверены, что у Геннадия Евгеньевича криминальное прошлое?

– А вы думаете, что он приобрёл супермаркеты на свои кровные, честно заработанные?

– Я не знаю, – ответила Андриана.

– А если включить логику?

– Вадим Григорьевич, – попросила Андриана чуть ли не жалобно, – давайте оставим тёмное прошлое Геннадия Евгеньевича на его совести.

– А вы, что же, думаете, что она у него есть?

Андриана развела руками.

– Лично я в этом сильно сомневаюсь.

– Тогда пусть делами Пряшникова занимаются правоохранительные органы. – Андриана начала испытывать нетерпение.

– Я двумя руками за.

– Вот и отлично! Я же хотела спросить вас о Марине. Что она за человек?

– Откуда мне знать? – пожал он плечами.

– Она была вашей невестой, –