Седьмой пациент - Микито Тинэн
– Болит?
Сюго потянулся к укутанной в свитер девушке, дотронулся до ее живота – и тут же почувствовал что-то теплое и скользкое. Взглянув на свою ладонь, он увидел густую алую жидкость.
Кровь? Много, много крови…
– Откуда столько… – пробормотал он – когда в лоб уперлось что-то твердое.
– Вот отсюда, – весело произнес клоун, прижимая к голове Сюго ствол массивного револьвера. В голубоватом свете ночных ламп ухмылка маски казалась особенно зловещей.
2
– Давай, доктор, вылечи девчонку. У вас же тут больница, не? – проговорил клоун, по-прежнему держа Сюго под прицелом.
– …Это ты ее подстрелил? – спросил Сюго – и сосредоточенно выдохнул, изо всех сил пытаясь унять поднимавшуюся изнутри панику.
– Так я сказал уже! – фыркнул клоун и небрежно пихнул свою жертву ногой. Та вскрикнула от боли.
– Не смей! – Сюго, вскочив на ноги, шагнул вперед, чтобы заслонить девушку, но клоун лишь издевательски помахал перед ним револьвером.
– Ишь, какой герой! Борца за справедливость из себя строишь? Ладно, хватит – вон девкой лучше займись!
С опаской косясь на клоуна, Сюго взял раненую за запястье. Пульс прощупывался вполне отчетливо – она, конечно, потеряла много крови, но, по крайней мере, не была в состоянии шока. Тем не менее заняться раной требовалось срочно.
– Я заберу ее в операционную. Каталку! – обернулся Сюго к медсестрам. Те прижались друг к другу и не двигались с места. – Шевелитесь! – рявкнул он, выходя из себя, и Хигасино, вздрогнув, боязливо засеменила вглубь приемного отделения.
– Эй, ну-ка стой! – негромко произнес клоун, и медсестра застыла прямо посреди шага, будто ее внезапно разбил паралич. – Ты сбежать, часом, не надумала? – В вопросе читалась угроза, и Хигасино замотала головой так отчаянно, что кожа на загривке заходила ходуном.
– Она просто прикатит каталку, чтобы отвезти девушку в операционную!
– Не надо, – резко возразил клоун. – Сам ее отнесешь.
Сюго, нахмурившись, взглянул на раненую. Та была миниатюрной – наверное, поднять ее он сумеет… Как бы только кровотечение не усилилось…
– Помогите… – прошептала она слабеющим голосом.
Ну что ж. Решившись, Сюго подхватил девушку под спину и колени.
– Простите. Сейчас может быть больно. – С этими словами он, напрягшись, рывком оторвал ее от земли. Девушка застонала. – Мне нужна операционная. Куда идти? – обратился он к медсестрам. Ему самому помнилось, что где-то здесь, на первом этаже, имелось подобное помещение.
Медсестры неуверенно двинулись к металлической двери. Хигасино достала из кармана халата связку ключей и повернула один из них в замке; дверь со скрипом отворилась. Хигасино, как будто продолжая колебаться, щелкнула выключателем, и люминесцентные лампы осветили коридор длиной метров десять.
Сюго обернулся – клоун стоял у него за спиной, теперь видимый во всех подробностях: высокий, выше самого Сюго, в котором было метр семьдесят пять сантиметров росту, и весьма мускулистый – мышцы круглились даже под рубашкой.
Губы в центре нарисованного рта снова шевельнулись:
– Ну, чего вылупился, доктор? Тащи ее лечить. Понял? Если она умрет, вам всем крышка!
Клоун навел револьвер сначала на Сюго, затем по очереди на обеих медсестер. Сасаки издала звук, будто икнув, – ее побелевшие губы подавились криком.
– Понял.
Держа девушку на руках, Сюго двинулся по коридору. Кто этот клоун? Чего он добивается? Впрочем, сейчас главным было спасти раненую.
В глубине слева обнаружилась автоматическая железная дверь с небольшим окошком – операционная, видимо, находилась там. Сюго чувствовал, как рука становится влажной от крови.
Выложенный плиткой коридор, кажется, использовался как кладовка: вдоль стены стояли электрокардиограф, старая лекционная доска, были свалены какие-то картонные коробки. Наверняка и стерильная зона в таком же состоянии. Впрочем, выбирать не приходилось.
Сюго прошел мимо умывальника для дезинфекции рук и, встав перед операционной, нажал ногой на педаль. Металлическая дверь неспешно открылась, и одновременно внутри зажегся свет.
– Ого! – Пораженный Сюго застыл на месте: он ожидал увидеть заброшенное помещение с устаревшим оборудованием, но за дверью его встретило нечто совсем иное.
Стены и покрытый линолеумом пол сияли чистотой, на полках аккуратно выстроились ряды медицинских препаратов и флаконы с физраствором. Стола было почему-то целых два, и возле каждого у изголовья – современное оборудование для наркоза. Обстановка напоминала какую-нибудь крутую клинику, оснащенную по последнему слову техники.
Как такое чудо могло оказаться в этой обшарпанной больнице, куда пациенты попадали на реабилитацию? Сюго был так шокирован увиденным, что из ступора его вывел только стон девушки, которую он по-прежнему держал на руках.
Не время удивляться – нужно действовать. Подойдя к столу, он аккуратно уложил на него пострадавшую и обернулся к медсестрам:
– Ножницы!
Хигасино, взяв инструмент с полки в дальнем конце операционной, подала его Сюго.
– Ставьте капельницу и запускайте физраствор на полную, – велел он.
Хмуро кивнув, старшая из медсестер прикрикнула на свою коллегу, так и застывшую у входа:
– Ты тоже не стой на месте!
Сасаки, мелко дрожа, осторожно приблизилась к столу.
– Одежду придется разрезать, – сказал Сюго. Дожидаться ответа он не стал – и одним движением, начиная с груди, располовинил хирургическими ножницами окровавленный свитер и блузку под ним. В холодном свете обнажилась белая кожа и светло-розовый бюстгальтер; и девушка инстинктивно попыталась прикрыться.
– Руками не машите, я капельницу ставлю! – резко одернула ее Хигасино, и раненая замерла с напряженным лицом.
Сюго включил бестеневую лампу на потолке и немного приспустил на пациентке длинную юбку. Под ярким светом было видно огнестрельное ранение в верхней части живота – сантиметров пятнадцать, с рваными краями, сочащееся кровью.
Присмотревшись, нахмурившийся было Сюго почувствовал облегчение: похоже, пуля задела только кожу, подкожный жир и мышцы, не проникнув в брюшную полость. Значит, можно обойтись минимальным вмешательством – просто зашить рану под местной анестезией.
– Поправится хоть? – раздался голос за спиной, и Сюго обернулся. У входа прислонился к стене клоун.
– Думаю, да, – кивнул Сюго и тут же отдал распоряжение Сасаки, с растерянным видом стоявшей рядом: – Стерильный бинт!
– Никаких мне «думаю»! Чтоб точно поправилась! Не то вам всем конец! Старайся давай!
Косясь на клоуна, угрожающе размахивающего револьвером, Сюго прижал к ране бинт. Девушка тихо вскрикнула.
– Потерпите чуть-чуть. Все будет хорошо.
Красивое лицо сморщилось от боли, но пациентка чуть заметно кивнула.
– Как вас зовут? – продолжал Сюго, чтобы хоть немного отвлечь ее от происходящего.
– Манами. Кавасаки Манами. В «Манами» два иероглифа – «любовь» и «красота», – чуть слышно проговорила она.
– Манами-сан [3], значит. Вы знаете этого человека? Это ваш знакомый?
Девушка слегка качнула головой:
– Нет… Я в магазин шла. Он вдруг набросился… Я побежала, и вот… – Вспомнив случившееся, Манами содрогнулась всем телом.
– Доктор, капельницу я поставила, – тихо
