Больные люди - Михаил Олегович Бабиенко

Через три станции метро отсюда, если быть точным. Сестра со мной живёт. В школу ходит неподалёку.

— И легко вам живётся? — спросила Лена, опершись рукой о раковину.

— Более-менее. Только с работы вот поздно прихожу. Приходиться вставать рано и завтрак с обедом готовить, а после работы — ужин.

— О. Тяжело тебе, наверное, быть одним хозяином в доме? — с какой-то жалостью спросила Лена.

— Да не то что бы. Сестра мне помогает, как может. Что-то уже готовить умеет. Посуду моет, уборку помогает делать.

— Ну, хорошо. А как досуг проводишь?

— Ну, в основном читаю. По выходным езжу в библиотеку.

— В центральную? — оживившись, спросила Лена.

— Да, именно туда.

— Так я тоже туда часто хожу!

— О! Какой совпадение. — усмехнулся я.

— Может, будем ходить вместе? — заинтересованно спросила Лена.

Я этому вопросу не смутился. А стоило бы.

Она подошла ближе.

— А почему бы и нет. — ответил я, улыбаясь.

— Может, сошлись бы благодаря общим интересам. Могли бы начать встречаться. Тебе же легче будет, если я тебе буду помогать по дому? А как удачно сложилось, что мы на одну работу ходим…

Тут в её речи появился тот самый игривый тон, которого всегда стоит опасаться. Но даже это меня сперва не смутило. Лишь когда она потянула ко мне руку, я напрягся.

— Погоди… Что? — спросил я растерянно.

Только я это произнёс, как она опустила свою руку и схватила меня за… скажем так, место пониже пояса. Дыхание сразу участилось, на лбу выступил пот, а я попытался вырваться. Но Лена прижала меня к стене, всё ещё держась за то место, за которое она меня схватила.

— А я смотрю, твоя детская наивность никуда не делась! — со смехом сказала она. — Даром, что член вырос! Ты так ребёнком и остался!

Она засмеялась. Это был тот самый звонкий смех, который посещал меня в кошмарах долгие годы и только в университете прекратил напоминать о себе. И вот снова! Клянусь, я думал, что помру от инфаркта прямо на месте, либо же просто свалюсь в обморок. Я попытался было оттолкнуть Лену руками, но она будто приросла к полу и не двигалась с места. Кажется, прошла вечность, прежде чем она отпустила меня и отошла в сторону. Я присел на пол и схватился за грудь, стараясь сделать массаж сердца (хотя я даже не представляю, как его правильно делать). А Лена тем временем отошла к двери и, повернувшись, сказала:

— Думал, что отстану от тебя после школы? Что ж, а я думаю иначе.

Уже вплотную подойдя к двери, она добавила:

— Кстати, не советовала бы тебе жаловаться начальнику. Ты уж очень удачно хватал меня за плечи, так что следы остались. Если расскажешь, то я скажу, что ты меня домогался. Посмотрим, кому поверят: милой и невинной девушке или нелюдимому и неразговорчивому пареньку.

Когда она вышла, я тут же подумал: «Ага, не дождёшься! У нас везде камеры стоят, так что всё записано!». Но тут же я посмотрел на потолок и понял ужасное: «А в туалете камер-то нет!». Их ведь и не должно быть. Получается, что никаких доказательств нет.

Тот же день, 21:00

Когда я пришёл домой, то узнал, что сестра сделала уборку и даже попыталась приготовить мне омлет. Уборка была, на удивление, очень тщательной, а омлет получился очень вкусным. Я похвалил свою сестру и спросил, нужна ли ей помощь с уроками.

— Нет, Саш, я сама. Там всё легко.

— Ну, как знаешь. — ответил я. — Зови, если что.

— Так точно! — сказала она и отсалютовала. Я усмехнулся.

После тяжёлого рабочего дня я хотел просто посидеть и почитать книжку. Взглянув на одну из них, я задумался: «Мне бы нужно пойти да продлить их в библиотеке…». Библиотека… И тут я снова вспомнил сцену с Леной в туалете. Весь оставшийся день я заваливал себя работой, слушал музыку на телефоне и пытался вести разговор ни о чём с коллегами, лишь бы забыть эту сцену. Я думал, что хотя бы усталость поможет мне забыться. Но тут, похоже, нужен крепкий алкоголь, не меньше. А я, к сожалению, не пью от слова совсем.

И вот у меня снова прокручивается в голове та сцена: каждая фраза звонко отдавалась в ушах, каждый миг вставал у меня перед глазами. От напряжения я забился на кровати в комочек, закрыв лицо руками… Да, кто-то скажет, что так поступают только дети, но я готов оправдаться: все мы когда-то были детьми, и многое из того, что было с нами в детстве, остаётся с нами на всю жизнь. Да, в детстве я тоже часто по ночам сворачивался в комочек на кровати, закрывая глаза руками, а иногда и обхватывая колени. И да, как можно догадаться, происходило это от Ленкиных издевательств. Может, она права: я так и остался ребёнком? Тем беззащитным, нелюдимым, неготовым постоять за себя ребёнком, который был идеальным объектом для издевательств и который из-за своей робости никогда не давал отпор… НЕТ! Я УЖЕ ВЗРОСЛЫЙ! Я СТАЛ ДРУГИМ! Я. СТАЛ. ДРУГИМ!

Никогда нельзя думать, что твой враг прав. Если ты так думаешь, значит, ты проиграл.

16 сентября, 12:00

Сегодня выходной. Очень кстати, ибо я совсем не спал вчерашней ночью: в голове проносились все те издевательства, что я перенёс от Лены в школе. Считай, она своим появлением открыла до того недоступную и надёжно запечатанную в недрах мозга видеотеку. И аудиотеку заодно…

Что ж. Конечно, это тяжело вспоминать, но я всё же напишу здесь обстоятельства моего с Леной знакомства и начала наших, так сказать, «взаимоотношений».

Я учился тогда в средней школе. Мне 14 лет, я занимаюсь старательно, но не особо выделяюсь среди одноклассников. Я не участвовал в олимпиадах, не был мастером спорта. Обычный, ничем не примечательный ребёнок. К тому же, я не особо дружил с ровесниками и больше держался один. Я любил брать в школьной библиотеке книги и зачитываться ими на перемене. Вот и весь мой досуг между уроками.

И тут в моей жизни появилась она. Лена. Девочка откуда-то с севера страны, со светлыми прямыми волосами, с румяной кожей, с зелёными глазами и с надменным взглядом. Она была хороша собой и держалась грациозно, как какая-то аристократка. Я уже тогда мысленно предрёк: «Она станет местной знаменитостью». И не прогадал. Она была хороша почти во всех предметах, в том числе и в физкультуре. Она была в секции по баскетболу и выигрывала на многих соревнованиях. С ней дружили многие мои одноклассники. Кроме, конечно,