Холодный ветер - Пейдж Шелтон

ты-знаешь-кого. Твоего папу. Да что за хрень, скажу, как есть – он знал Эдди.

– Что?

– Он сказал, что… пару лет назад видел Эдди.

– Что? – уже громче сказала я. Ее слова никак не укладывались у меня в голове. – Да ну, Милл, если ты нашла того самого Леви Брукса, который точно злодей – он ведь спалил амбар, – он тебе наверняка лжет. – Мне уже было пофиг на шифровку имен. Нужна была полная ясность.

– Не думаю – я сейчас как раз все проверяю. Он мне травил байки про папу и себя, как они в молодости прокручивали разные делишки. Они дружили. Брукс говорил, что встречался со мной и тебя видел, когда ты была девочкой. Я такого не помню, а ты?

– Тоже нет.

– Будь спок, я не собираюсь верить ему до конца. Я просто все проверяю. Это больше похоже на правду, чем остальное. Нужно, чтобы ты не проболталась Мэйджорс на этот счет. Сейчас это правда важно. Пожалуйста.

Голова у меня гудела. Было много вопросов, но я знала, что Милл будет делать то, что ей заблагорассудится. Может, она и правда что-то нашла.

Мы с Милл были одной командой. Чудно́й, конечно. И существующей только потому, что проницательный дедушка понял: хоть мама меня фактически бросила, как и папа, она все еще меня любит и всегда будет возвращаться. Это доказывали ее поступки. И когда она была мне нужна, она всегда была рядом.

Попытавшись с минуту покопаться в себе и прикинуть последствия событий, которые я и осознать еще не могла, я сказала:

– Хорошо, обещаю.

– Молодчинка! Мне пора бежать. Нужно кое-что сделать. Пришли другой номер, если сюда звонить не стоит.

– Сделаю. Люблю тебя, Милл.

– Сильнее, чем сладкие «Чириос»[5], малышка. До связи.

Она повесила трубку, а я еще долго сидела с телефоном в руке и кружащейся головой.

Мы не обсудили одну мысль, которая начала потихоньку проступать у меня в голове. Раз Милл мне дозвонилась, то меня способен отыскать любой человек, кому это позарез нужно. Абсолютно любой.

Но не стоило забывать, что Милл Риверс – это совсем не «любой».

Я положила телефон на базу и откинулась на спинку стула Виолы. Взглянула на старые электронные часы на краю стола – еще только половина шестого утра. Моим в Сент-Луисе надо бы получше понимать разницу во времени с Аляской. Мысленно я улыбнулась, хоть по-прежнему вся была на нервах.

Как только Мэйджорс пришло в голову оставить записку на виду, хоть она и знала, что мама скоро придет? Она должна бы понимать, что Милл вечно ищет улики.

В задумчивости обводя взглядом стол Виолы, я наткнулась практически на предмет своих размышлений: записка, небрежно нацарапанная в углу блокнота. «Адрес девочек: Брайн, в конце деревни». Несложно запомнить. Похоже, вселенная хочет передать мне послание.

Мысленно я отгородилась от моря информации, что вылила на меня Милл, и вышла из офиса, думая только об адресе в Брайне.

В вестибюле Виолы не было, но какие-то звуки доносились из столовой. Вроде не такие страшные, как той ночью; тем не менее я поспешила на шум. Не успела я завернуть за угол, как почуяла аромат завтрака.

– Ешь яичницу, – сказала Виола Эллен.

Они сидели рядышком за полностью заставленным едой столом.

– Бет, раз ты встала, заходи и присоединяйся. У нас полно всего, – сказала Виола.

Прошло всего семь часов, но Эллен уже выглядела другим человеком. Лицо все еще в прыщах, но уже не серое; глаза сидят в глазницах не так глубоко. Кожа по-прежнему болезненно-восковая, но дело явно идет на поправку.

Я села напротив них и положила себе яичницы.

– Вам лучше? – спросила я Эллен.

– По сравнению с тем, что было, – ответила она. – Еще не хорошо, но уже лучше.

– Понимаю.

Эллен гоняла еду по тарелке. Я была готова поспорить – даже безо всяких оснований, – что Виола заставила Эллен все это приготовить, лишь бы поднять с кровати и чем-то занять, отвлечь.

– Я помню, что было вчера. Простите, – сказала Эллен, взглянув на меня. Потом торопливо добавила: – Прежде я такой не была.

Я кивнула, не став уточнять.

– Я попала в переплет, подсела на всякую гадость только в тридцать пять. А до того капли в рот не брала. Правда.

– Бывает, увы, – ответила я. Сердце мое рвалось ее утешить, но разум велел не торопиться с сочувствием.

– Я повредила спину. Всего-то потянула мышцу. Доктор прописал таблетки, и мне пришел конец. Не могу поверить, что это было взаправду, – продолжила Эллен.

– У вас есть семья? – спросила я. Можно ли задавать личные вопросы, я не знала, но Виола не стала буравить меня косыми взглядами.

Эллен кивнула.

– Вообще была. Не думаю, что удастся ее вернуть. Муж ушел и забрал нашу одиннадцатилетнюю дочь. – Глаза ее наполнились слезами. – Тогда мне было все равно. А сейчас нет – больно так, что и представить нельзя.

– Значит, и завтра будет не все равно. Заботьтесь отдельно о каждом дне, не глушите чувства всякой гадостью – и однажды вы их вернете, – сказала я.

– Не думаю, – повторила Эллен.

– Они же стоят того, чтобы попытаться? – спросила Виола.

– Конечно, – фыркнула Эллен.

– Ешь яичницу, – снова сказала Виола.

Эллен моргнула. Я чуть улыбнулась ей и принялась за еду.

Я очень надеялась, что Эллен найдет в себе силы бросить, но она находилась лишь в самом начале пути. До меня дошло, насколько идеально ей подходил Бенедикт; остальной мир будет не на ее стороне. Я ничего о ней не знала, но хотела в нее верить. Может, и смогу, но пусть пройдет пара дней.

Эллен ухватила на вилку немного яичницы и осторожно проглотила.

– Со звонком все получилось? – спросила Виола.

– Получилось, спасибо большое.

– Бет выпускает местную газету. – Виола повернулась к Эллен. – Печатает объявления о занятиях, которые проходят в нашем общественном клубе. Сегодня будет вязание. Не хочешь сходить?

– Никогда не пробовала вязать, – ответила Эллен.

– Я тоже не рукодельница, – заметила я. – Занятия ведет Серена, она очень терпеливая. Иногда приходит Бенни, это сестра Виолы. А лучшая вязальщица в городе – слепая девушка, Джанелл, она приходит с мамой, Ларри. И мужчины заходят – когда бывают в городе, в перерывах между вахтами на буровой, она дальше к северу. Отличная тусовка. Если хотите, схожу с вами.

– Правда? – переспросила Эллен.

– Без проблем. Хотите?

– А это можно? – спросила она у Виолы.

– Конечно, если считаешь, что справишься. А попробуешь сбежать, без одежды умрешь. Помни об этом.

Эллен кивнула, вилка замерла в воздухе.

– Ладно, я пойду.

За пару минут я смогла заметить тень личности,