Игорь Рябов - Пуля уже в пути (СИ)

— Например, напиться вдрызг в автозаводской забегаловке и устроить там пьяный дебош с мордобоем. А потом чтобы обязательно менты появились и уволокли всех в вытрезвитель. Окромя меня.

— Тебя-то первым и заберут с такой ангельской внешностью, — Новиков сунул мне в руки два паспорта. — Ты когда последний раз в зеркало смотрелся?

— А что оно из себя представляет?

— Давайте серьезнее, ребята, — вмешался Михай. — Все-таки ваши жизни на кону стоят. И скажем честно, ставки не в вашу пользу.

Я раскрыл первый паспорт и, вглядываясь в свою образину на фотографии, прочитал вслух:

— Ричард Уиллис. Гражданин Канады. А почему не Брюс?

— Слабоват ты для крепкого орешка, — ответил Новиков, презрительно фыркнув. — Бери то, что есть.

— Зато он у нас вылитая копия последнего бойскаута. — Ксюха потрепала меня по загривку, как преданного пса, намекая на один из фильмов с участием любимого артиста. — Такой же несносный грубиян.

— Руки прочь! — незамедлительно подтвердил я и отдернул в сторону голову, углубившись дальше в изучение документов. — Женат. А это ещё зачем?

Возмущение было наигранным, но Николай воспринял его всерьез.

— А ты дальше посмотри и все поймешь без лишних слов.

Я перелистнул ещё страничку и обнаружил следующую запись.

— Ага! Нашел. Имею дочь Джоан.

Открыв второй паспорт, я мельком его просмотрел и отдал Ксюхе.

— Держи, это твое. Я буду тебя звать малышкой Джо. Ты не возражаешь, дочурка?

— Только попробуй! — возмутилась девчонка, грозно сдвинув брови к переносице.

А я победоносно ощерился из-под усов, прекрасно зная, как она не любит, когда её называют малышкой.

— А ты кто такой? — Я вопросительно уставился на Новикова. — Почему не знаю? Кто впустил в дом постороннего?

Засыпав его градом вопросов, я устроился поудобнее, немного повеселев оттого, что дело вроде бы стронулось с мертвой точки. Новиков, не открывая своей паспортины, уверенно произнес:

— Я Ральф Баркин…

— Еврей, что ли? — поинтересовался я, ухмыляясь. — Я же с самого начала говорил, что ты служишь в "Моссаде".

— Какая разница, кто я?! — вскипел Новиков.

— Абсолютно никакой, Ральф, — согласился я. — Только вот имя тебе выбрали какое-то собачье.

Он покраснел, как вареный рак, а я продолжил подначивать.

— Но выбирать не приходится. Какая работа — такое и имя. — И, став совершенно серьезным, поинтересовался, понизив голос до таинственного шепота: — А легенда у нас какая?

— Какая ещё легенда?! — возмущению Николая не было границ.

— Ну как же! — Я вытаращил глаза и гордо выпятил грудь, словно бравый фельдфебель. — Как у всех шпиенов, должна же быть легенда. И обязательно пароль. Что-нибудь о славянском шкафе…

Новиков обалдело пялился на меня, не понимая, как с таким придурком можно было сбежать от мафиков и удачно уйти от погони. Откуда понять ему, что все это просто защита от поганой жизни, что досталась именно мне. И уж лучше придуриваться, изображая клоуна, чем лить слезы. И евреев я уважаю, впрочем, как и другие национальности. Нет плохих народов, есть плохие люди.

— Ладно, забыли. И что дальше нам готовит проказница судьба?

— А вот дальше все очень сложно, — начал объяснять диспозицию Михай, кашлянув в кулак. — Обложили вас со всех сторон, это мы установили точно. Наша мафия слишком тесно переплелась с властью, так что порой и не различишь, кто из них кто. Вот и ищут вас на государственном уровне. Попытаться пересечь границу в сторону любой республики СНГ сродни добровольной сдачи в плен. Именно на этих направлениях вас усиленно и караулят.

— И что же нам тогда остается?

— Придется избрать долгий окружной путь. Они ждут, что вы постараетесь поскорее покинуть Грузию, вот вы её и покинете. Только направитесь совсем не в том направлении, в каком предполагают мафики. А туда, куда они и представить не могут. Потому-то и понадобились западные паспорта. Там они привычнее наших и не вызывают подозрений.

Михай осушил банку с пивом и продолжил. Я внимательно впитывал в себя все, что он говорил.

— Завтра с самого утра вы все отправитесь на яхту. Она уже ждет в порту на отдаленном рейде. На ней доберетесь до Турции, а там вас встретят…

— Турция — это совсем не Россия, — разочарованно протянул я.

— Другого пути нет. Зато там вас не ищут, и местные ребята помогут лучше, чем здесь. Возможностей и опыта у них поболее нашего. Вот и весь план. А на счет легенды, — он усмехнулся, — не беспокойся. Ты бизнесмен, путешествующий с дочкой и племянником. Неожиданно возникла срочная необходимость по делам вылететь в Россию. Вот и пришлось пристать к ближайшему берегу, чтобы прямиком отправиться всем семейством в аэропорт. Турецкие визы, как ты должен был уже заметить, стоят в паспортах там, где им и положено быть. Причем они настоящие.

— До первой серьезной проверки документов, — кивнул я. — Так я вам и поверил. А затем я превращусь из путешествующего бизнесмена в обычного арестованного с двумя сообщниками. Я слышал, что турецкие тюрьмы ещё хуже наших, российских. А о ненависти охранников к не мусульманам вообще легенды ходят.

— Знакомство с ними вам вряд ли грозит. Документы и на самом деле настоящие, только фотографии ваши вклеены. Так что поводов для беспокойства вроде бы нет.

— Хотелось бы в это верить, только сказка стара.

Не знаю, как у других, но моя ночь прошла в бессоннице. Я ворочался в душной темноте. Измучившись, встал и, отдернув шторы, уставился в звездное небо, словно искал там поддержки и совета.

Ранним утром, наскоро позавтракав, мы отправились в порт. На этот раз не на разбитой колымаге, а на новеньком такси, что должно было соответствовать нашему теперешнему имиджу.

Я предполагал увидеть что-то небывалое, но мои ожидания не оправдались. Яхта была самая обычная. Средних размеров, с парусами, колыхавшимися на ветру, и мощным мотором. Команда состояла всего из двух человек: хозяина этой посудины, бородатого морского волка, и его помощника с внимательными карими глазами. Оба они, хоть и были турками, прекрасно говорили по-английски. Только мне это было до лампочки. Я предоставил право общения с командой Новикову, а сам растянулся на койке, в предоставленной нам каюте. Почти сразу же после нашего прибытия на борт судно, отдав швартовы, покинуло гавань. И, взяв курс на юго-запад, ушло в открытое море.

Погода стояла прекрасная, и можно было бы наслаждаться неожиданно подвернувшейся прогулкой. Оксанка, собственно, этим и занималась, сразу же исчезнув наверху. В конце концов и я выполз на свежий воздух, отдававший морской свежестью, устав маяться в каюте. Ксюшка увлеченно вцепилась в штурвал, а наглый помощник капитана придерживал её за талию и что-то пытался ей рассказывать. Не понятно только, зачем. Она так же хорошо знала английский, как я суахили.

Закурив, я растянулся на корме, с интересом наблюдая за проносящимися мимо волнами.

— А я яхтой управляла! — Рядом приземлилась Ксюшка, возбужденная и радостная.

— Хорошо, что не долго. — Положив подбородок на кулаки, я продолжал смотреть на волны. — А то вместо Турции пришлось бы с пингвинами обниматься и "Северное сияние" на брудершафт лопать.

— Да ну тебя! — Ксюха поднялась на ноги. — Вечно ты ворчишь.

— Старый я и трезвый, вот и ворчу, — раздалось ей в след. — И не знаю, что нас ждет впереди, но явно не медовые пряники.

Это я уже пробубнил себе под нос, размышляя о том, как нас встретит берег турецкий.

Через день он и на самом деле нас встретил. И, на удивление, пока все шло гладко.

Выгрузившись в маленьком портовом городишке, мы не оказались заброшенными и забытыми. Как и обещал старый Михай, нас встретили. И, что самое главное, обошлось без досужих расспросов. А паспортный контроль и вообще, можно сказать, отсутствовал. Стоит ли удивляться, что заграница как медом намазана для всевозможных террористов. Власти бы ещё официально их приглашали в гости на пару недель, порезвиться на просторе.

Нас посадили в черный "Мерседес", и машина, резво набрав скорость, понеслась по пыльной дороге в сторону столицы. По уже сложившейся традиции, которую никто почему-то и не пытался нарушить, Новиков уселся на переднее сиденье, рядом с водителем. А нам с Ксюхой опять достались задние места. Разговаривать никому не хотелось, и я с интересом наблюдал за проплывающим в окошке пейзажем.

Долго ли мы так ехали, затрудняюсь вспомнить. Вероятно, долго, только время, казалось, застыло, как и огненный диск на белесом небосводе. Я дымил сигаретой, даже не поинтересовавшись, будет это кому-нибудь мешать или нет. А Новиков вполголоса что-то живо обсуждал с водителем, словно не хотел, чтобы мы с Оксанкой поняли, о чем речь.

Анкара, вероятно, красивый город, не лишенный восточной прелести и самобытного колорита. Только я этого совсем не увидел. Да и не горел желанием. Нас отвезли в небольшую гостиницу и оставили одних, предупредив, что выходить из номера и шляться по окрестностям не рекомендуется. Новиков и наш водитель, прихватив паспорта, скрылись в неизвестном направлении. Отсутствовали они немногим более двух часов, но вернулись с богатым уловом. В паспортах стояли российские визы, удивительно быстро полученные, а рядом лежали билеты на самолет Анкара — Новосибирск.