Дороти Сэйерс - Неприятности в клубе Беллона

- Чушь! - грубо перебил поверенного Роберт. - От моих приятелей нисколечко не убудет, ежели я и порадел малость о себе. Я, безусловно, знаю, что мошенничество - не самое достойное занятие, но, черт подери! - у нас куда больше прав на стариковские денежки, чем у этой девчонки. Держу пари, она-то в Великой Войне не участвовала, верно, папаша? Ну да, все это дело пошло прахом, зато пока воевали, то-то здорово было!

- Вижу, что любая попытка воззвать к вашим лучшим чувствам - лишь пустая трата времени, - ледяным тоном отозвался мистер Мерблз. - Однако, я полагаю, вы сознаете, что мошенничество уголовно наказуемо?

- Ну, да... досадно, не правда ли? Ну, и что нам теперь по этому поводу делать? Прикажете мне явиться с повинной к Притчарду? Или Уимзи прикинется, что, только взглянув на тело, обнаружил нечто в высшей степени непонятное? Ох, кстати, совсем из головы вон... чем там закончилась эта авантюра с эксгумацией? Я ведь о ней и не вспомнил. Послушайте, Уимзи, этого-то вы и добивались? Вы уже знали, что я плутую, и надеялись таким образом вытащить меня из этой скандальной истории?

- Отчасти.

- Чертовски благородно с вашей стороны. Знаете, когда вы отослали меня на станцию Чаринг-Кросс на пару с этим сыщиком, я ведь догадался, что вы что-то обо мне прознали. И едва не попался! Я решил притвориться, что еду за Оливером, - да вы помните! - и тут заметил в поезде эту вашу вторую ищейку. У меня прямо мурашки по спине забегали. И что же мне оставалось? Либо прекратить шоу, либо обозвать Оливером какого-нибудь безвредного старикашку, - так сказать, в доказательство собственной безупречной честности, понимаете?

- Ах, вот в чем дело! Я так и подумал, что у вас должна быть веская причина.

- Ну, да; а потом, когда меня вызвали в Париж, я подумал, что обвел-таки вас всех вокруг пальца. Но, как я теперь понимаю, все было спланировано заранее. Послушайте, Уимзи, а зачем, собственно? Вы просто хотели отплатить мне той же монетой, или как? Зачем вам понадобилось удалить меня из Англии?

- И в самом деле, лорд Питер, - сурово проговорил мистер Мерблз. Надеюсь, что уж хоть мне-то вы объяснение предоставите?

- Ну, чего же тут непонятного? - удивился Уимзи. - Фентиман душеприказчик своего деда. Если бы мне удалось убрать его с дороги, вам не удалось бы отменить эксгумацию.

- Упырь! - воскликнул Роберт. - Да вы, верно, кормитесь трупами.

Уимзи возбужденно рассмеялся.

- Фентиман, - проговорил он, - много ли вы сейчас дадите за шанс вернуть эти полмиллиона?

- Шанс? - воскликнул майор. - Никакого шанса вообще нет! О чем вы?

Уимзи неспешно извлек из кармана листок бумаги.

- Письмо пришло вчера вечером, - сообщил он. - И, ей-Богу, друг мой, вам несказанно повезло, что смерть старика обернулась для вас невосполнимой утратой. Вот что пишет мне Лаббок:

"Дорогой лорд Питер, вот, решил заблаговременно черкнуть вам пару строк и сообщить результаты вскрытия, проведенного над трупом генерала Фентимана. Что до официального повода расследования, могу сказать, что в желудке остатков пищи не обнаружено; значит, в последний раз покойный поел за несколько часов до своей кончины. Важно другое: следуя вашим собственным, крайне туманно сформулированным предположениям, я провел анализ кишок на содержание яда и обнаружил следы присутствия большой дозы дигиталина, принятой незадолго до смерти. Как вы сами знаете, для человека со слабым сердцем подобная доза не могла не оказаться роковой. Причем симптомы, - замедление сердечной деятельности и коллапс, - практически неотличимы от сильного сердечного приступа.

Мне, разумеется, неизвестно, каково ваше отношение к делу; в любом случае, я от души восхищаюсь вашей проницательностью, подсказавшей вам выступить с предложением провести анализы. Между тем, вы, разумеется, сознаете, что я обязан сообщить о результатах вскрытия государственному обвинителю".

Мистер Мерблз словно окаменел.

- Боже милосердный! - воскликнул Фентиман. - Боже милосердный! повторил он. - Уимзи... если бы я только знал... я ведь и не подозревал даже... я бы и за двадцать миллионов к телу не притронулся. Яд! Вот бедолага! Кошмар что такое! Теперь я припоминаю, что в тот вечер старик жаловался на слабость, но я и не думал... Послушайте, Уимзи, вы ведь верите, правда, что я и понятия не имел? Однако... что за ужасная особа... я так и знал, что от девицы добра не жди. Но яд! Это уж чересчур. Господи помилуй!

Паркер, до сих пор внимавший рассказу с беспристрастностью по-дружески настроенного зрителя, просиял улыбкой.

- Молодчага, старина! - заорал он, в избытке профессионального энтузиазма хлопая Питера по спине. - Это же самое настоящее уголовное дело, и ты провел его - лучше некуда. А я и не знал за тобой этакой терпеливой настойчивости! Заставить их провести эксгумацию, надавив хорошенько на майора Фентимана - мастерский ход, просто мастерский! Отличная работа! Превосходная работа!

- Спасибо, Чарльз, - сухо отозвался Уимзи. - Рад, что хоть кто-то меня ценит. Что ни говори, - язвительно добавил его светлость, - а Притчарду нос мы утерли.

При этих словах даже мистер Мерблз слегка оживился.

Глава XV.

Тасуем и сдаем.

Спешно проконсультировавшись с власть имущими Скотленд-Ярда, детектив-инспектор Паркер взял дело Фентимана в свои руки - и сей же миг отправился советоваться с Уимзи.

- Что натолкнуло тебя на мысль о яде? - полюбопытствовал инспектор.

- Главным образом, Аристотель, - сознался его светлость. - Он, знаешь ли, говаривал, что всегда следует предпочесть вероятную невозможность невозможной вероятности. Разумеется, не было ничего невозможного в том, что генерал тихо-мирно скончался в самый неподходящий момент. Однако куда эффектнее и куда вероятнее предположить что все подстроено заранее! Выгляди ситуация еще более немыслимой, я и то с пеной у рта восклицал бы: убийство! А на самом-то деле ничего немыслимого тут и нет. Взять хоть этого Притчарда и девицу Дорланд. С какой стати они так упорно не желали идти на компромисс и проявляли такую мерзкую подозрительность, как не потому, что располагали некоей закрытой информацией? В конце концов, в отличие от нас с Пенберти, они даже тела не видели.

- Тогда возникает вопрос: кто виновник? Естественно, первой я бы заподозрил мисс Дорланд.

- У нее наиболее веская мотивировка.

- Ага. Ну что ж, будем рассуждать методично. Старик Фентиман, по всему судя, чувствовал себя здоровехоньким вплоть до половины четвертого, когда он отправился на Портмэн-Сквер; так что яд ему, очевидно, дали между половиной четвертого и восемью часами. Ведь Роберт Фентиман обнаружил деда мертвым около восьми. Так с кем старик виделся в этот промежуток времени?

- Секундочку! Вот здесь я позволю себе небольшое уточнение. Старик принял яд между половиной четвертого и восемью часами; но получить его вполне мог и раньше. Например, предположим, что кто-нибудь подбросил отравленную пилюлю в его склянку с мятными леденцами на соде, или чего уж он там употреблял. А провернуть это дело могли в любое время.

- Ну, только не заблаговременно, Питер. Предположим, старик скончался бы слишком рано, и леди Дормер об этом прознала бы?

- Никакой разницы. Ей даже завещание не пришлось бы менять. Доля мисс Дорланд осталась бы неизменной.

- И верно. Что-то я сглупил. Ну, так почему бы не попытаться выяснить, не принимал ли старик регулярно какого-нибудь медицинского средства? А если да, то у кого была возможность подбросить отравленную пилюлю?

- У Пенберти, например.

- У доктора? Да, надо внести его имя в список возможных подозреваемых, хотя ни тени мотива у него нет. Однако же мы впишем его в колонку, озаглавленную: "Благоприятная возможность".

- Правильно, Чарльз. До чего люблю твою методичность!

- Противоположности сходятся, - заметил Паркер, расчертив тетрадку на три колонки. - "Благоприятная возможность". Номер 1 - доктор Пенберти. Если таблетки, или пилюли, или что бы уж это ни было, выписывал сам Пенберти, возможность ему представлялась просто-таки сказочная. А вот если лекарство это - из тех, что покупаются в аптеке уже готовыми, в запечатанных пузырьках - тогда дело другое.

- Что за чепуха! Он всегда мог попросить взглянуть на пилюли: так сказать, своими глазами убедиться, что они - как раз то, что нужно. Я настаиваю на кандидатуре Пенберти. Кроме того, он - в числе тех людей, что виделись с генералом в критический временной промежуток, - назовем его "период приема", - так что возможностей у доктора было хоть отбавляй.

- Твоя правда. Ну что ж, записал. Хотя мотива у него по-прежнему нет...

- Такие пустяковые возражения меня не остановят. Возможность у него была - следовательно, добро пожаловать в список! Ну, что же, следующий кандидат - мисс Дорланд.

- Да. Ее мы помещаем в колонку "Благоприятная возможность", а также и в колонку "Мотив". Мисс Дорланд, безусловно, была крайне заинтересована в том, чтобы избавиться от старика; мисс Дорланд виделась с ним в "период приема"; и почти наверняка угощала его чем-нибудь, пока генерал находился в доме. Так что она в нашу схему отлично вписывается. Единственная трудность в случае мисс Дорланд состоит в том, что добыть препарат для нее было бы крайне затруднительно. Дигиталин просто так в аптеке не купишь, знаешь ли.