Эхо преступления, или Интервью с Царевной - Алёна Александровна Комарова

Сергей, как всегда по дороге на работу заехал в местный магазин. Ежедневный утренний список покупок состоял из одной позиции: пак минеральной воды. Бутылку для себя и пять для ребят, работающих на солнцепеке.

Он зашел в магазин и услышал, как Клавдия Никитична делилась вчерашними событиями:

— Девушку жалко. Погибла на месте. А я, значит, увидела — Ритка — соседка моя под машину попала. Я бегом к Семеновне. Забегаю, кричу, что Ритка погибла. Ой, девки, а крови-то сколько с нее вылилось. Я и не знала, что в человеке столько крови.

— Ой, бедная, девочка.

Сердобольный голос из оживленной очереди вернул его из ступора.

— Что ж это происходит-то? А?

— Выйти на улицу страшно.

— Средь бела дня под машину попасть можно.

— А если дитё какое? Ой-ё-ёй.

— А вы, бабоньки, держите своих детей рядом с собой — заметил подвыпивший мужчина. — Держите их за ручки.

— А вы бы меньше пьяными за руль садились — «бабоньки» нашли крайнего (не в очереди, в обвинениях).

— А я чего. Я не сажусь. Вон у бати велик взял, и то чуть Борис не повязал.

Сергей уже не слушал и не слышал. Он на негнущихся ногах вышел из магазина, добрел до машины, никак не мог понять почему она не открывается, потом все же понял, что надо нажать на брелоке кнопку для разблокировки дверей, сел в нее и поехал.

Как добрался до дома бабушки Риты, он не помнил, не осознавал и не контролировал. Он трясущимися руками открыл калитку и вошел во двор. Куда дальше идти он не знал, не понимал не отдавал себе отчет. Понимал, что нужно найти Надежду Семеновну и узнать где Рита, позволят ли ему с ней попрощаться.

— Серёж, Серёж, ты куда?

Он повернул голову в сторону её голоса, стараясь дольше сохранить в памяти нежные нотки.

Звук шёл из сада.

«Как это хорошо — поймал он себя на мысли. — Ей хорошо в яблоневых и персиковых деревьях».

— Серёжа, что с тобой? — голос стал тревожным — Серёж, я здесь.

И она вышла из зарослей, раздвигая малиновые кусты.

— Рита. Рита.

— У тебя такой вид…

Он кинулся к ней, не замечая колючего крыжовника и кустиков клубники.

— Серёжа, ты чего?

Он схватил её, поднял, обнял, прижал к себе.

— Рита.

— Серёжа, — пискнула она — ты раздавишь меня. Бабушка простит раздавленную клубнику, но меня — нет.

Он не отпускал, а прижимал ещё крепче.

— Серёж, ты чего?

— Я думал, ты умерла.

— С чего ты взял?

— Клавдия Никитична в магазине… сказала.

— С кровавыми подробностями — со знанием дела добавила Рита.

— Да.

— Серёж, мне, конечно, очень нравится быть в твоих объятиях, но мне кажется, я сейчас задохнусь, мне нечем дышать.

Он ослабил хватку, внимательно заглянул в её лицо, осознавая каждое слово, сказанное только что. Осознал, поставил на землю, прямёхонько на кустик клубники, отчего сразу запахло вкусной ароматной ягодой. И ответил:

— Нечем дышать.

И прильнул к ее губам.

То, что ждало их впереди, могли представить только влюблённые люди. Рита не понимала, как она попала в эту ситуацию. Ведь она ещё не узнала, где жена Сергея, а уже утонула в его объятиях. Не ожидая спасения, Рита попыталась выскользнуть из его рук. Но когда она услышала голос бабушки, вообще почувствовала себя несовершеннолетней десятиклассницей, которая была застукана с полуголым мальчишкой.

— Ритуля, солнышко моё, пойдём завтракать.

Рита прижалась к дереву, вытаращила глаза, попыталась отстраниться от Сергея. Быстро присела на корточки, потянув мужчину за собой.

— Тише — шепотом попросила Рита.

Оказавшись за зарослями кустов, она целомудренно расправила складки сарафана.

— Мы прячемся? — шепотом уточнил Сергей.

— Сидим тихо — хитро улыбаясь и прикрывая рот ладонью, шептала Рита.

Они как застуканные за обнимашками детсадовцы, прятались от взрослых. При этом угроза быть пойманными доводила их до смеха.

— Бабушка увидит. — И спросила, срывая ягоду с кустика — клубничку хочешь?

— Хочу. Разве ты не поняла? — развеселился Сергей.

— Я имею в виду ягодку съесть.

Она оторвала хвостик от клубники, положила ее ему в рот. Воспользовавшись тишиной, Рита быстро спросила:

— Ты развелся?

Он отрицательно помотал головой, прожевал клубнику и серьезно прошептал ей в шею:

— Я чуть не умер.

Рита удивилась. Он опять улыбнулся. Она так мило удивлялась, ему это нравилось. Сначала у нее округлялись глаза, они становились огромными, потом брови ползли вверх, и если уж совсем удивительное удивление, мог отрыться рот. Он заметил, что настроение её сильно испортилось.

— Там в магазине — постарался объяснить он — я подумал ты…

Он не смог это повторить.

Рита тяжело вздохнула и пояснила:

— Это не я. Оксана попала под машину.

— Так — он чуть не подскочил, Рита схватила его и потянула вниз, напомнив, что они еще прячутся от бабушки — Так, — тише сказал он — я не понял, все же кто-то погиб?!

— Да, — шепотом протянула Рита — Оксана, подруга моя, Царёва. Одноклассница.

— Сначала Анна, потом Оксана. Тебя ничто не смущает?

— Смущает. У Оксаны остался ребёнок. Ромочка. И Ромка пропал.

— Ромка, Ромочка, роман, — помотал он головой.

— Ну я тоже так думала. Много однокоренных слов. В общем, не важно. Вчера она погибла возле дома Васьки Карманова. В полиции говорят, что это несчастный случай.

— А ты, значит, думаешь иначе.

— Конечно, — чуть обидевшись, заявила Рита — автомобиль Васьки угнали. И на нем сбили Оксану. Водитель скрылся.

— Машину не найдут — задумался Сергей и пояснил — камер в деревне нет, только у меня на ферме и во дворе. Если машина была только в этой части деревни, то под камеры не попала.

Рита подумала, нужно ли говорить Сереже про рубашку и своё вчерашнее падение на улице Промышленной. Решила, что не станет его расстраивать по пустякам. У него и так сегодня много потрясений.

— А ты приехал бабушке соболезнования…?

— Не шути так — рявкнул он на нее.

Рита насупилась, покосилась на Сергея, взяла палочку под ногами и стала рисовать на земле закорючки. Долго молчать она не могла, поэтому, даже обидевшись, стала делиться своими догадками:

— Я думаю, Оксану и Аню убили по одной причине.

Рита с опаской взглянула на него и решила всей правды не говорить.

— Когда-нибудь полиция докопается до истины.

— Надеюсь, ты мешать им в этом не будешь — шепотом возмутился Сергей.

— А когда я кому мешала? — в тон ему возмутилась Рита.

На крыльце опять показалась бабушка, позвала:

— Рита, пойдем завтракать, а то время уже обедать, а мы еще не завтракали. И хахаля своего пригласи — с