Роберт Фиш - Обнаженная с Копакабаны

Да Силва снова рассмеялся, сунул большой палец под подбородок и, стянув с головы резиновую маску, вытер залитое потом лицо.

— Господи, ну и дела! Доктор Хоуард?

— Да, — взгляд молодого человека вернулся к телу на земле. — Не понимаю…

Да Силва сделал жест, как бы его представляя.

— Это был мистер Джек Гренделл. Думаю, вы его знали.

— Знал! — Лицо Хоуарда при воспоминании ожесточилось, затем глаза его подозрительно сощурились. — А вы кто?

— Меня зовут да Силва, я комиссар полиции. Если сомневаетесь, могу предъявить документы, да и самолет на посадочной полосе принадлежит военно-воздушным силам. У меня к вам, в свою очередь, есть множество вопросов. Но предлагаю вернуться к самолету, там будет удобнее.

Он оглядел мужчину с ружьем.

— Вы выглядите, как местный житель.

Антон не обратил внимания на его реплику и хмуро посмотрел на Хоуарда.

— Это те люди, которых вы ждали?

— Нет.

Охотник рассвирепел.

— Ну, Карлос! — Он испытующе взглянул на да Силву. — Но вы его заберете в Рио?

— Обещаю.

— Тогда я вам больше не нужен, — раскинув руки, он осторожно привлек Хоуарда к себе, стараясь не причинить ему боли. — Отправляйтесь с Богом.

Хоуард ответил таким же объятием и отступил назад.

— Знаете Антон, — протянул он, — пока мы шли, я на какое-то мгновение подумал, что вы… — он запнулся, — что вы, возможно, тут замешаны. Что, может быть, вы даже поручили Гренделлу…

Охотник свирепо сдвинул брови.

— Что поручил? Пристрелить вас?

— Нет! Я имею в виду мост.

— Взрыв моста ничего не решает. Так называемую цивилизацию остановить невозможно. Это эпидемия, от которой пока нет никакого лекарства. Перед ней можно лишь обратиться в бегство. Как раз только на это у меня ума хватает.

Вдали раздался крик, потом он повторился, и минуту спустя на поляну выбежал запыхавшийся Вильсон с револьвером в руке.

— Я слышал два выстрела… — Он вытаращил глаза, взгляд скользнул от неподвижной фигуры к двум незнакомцам. В голосе зазвучал металл. — Эй вы, с ружьем…

Да Силва тяжело вздохнул.

— Успокойся. Мы возвращаемся к самолету.

Прочитав немой вопрос в глазах Вильсона, он хрипло выдавил:

— Не смотри так на них. Гренделла застрелил я.

— Ты? Почему?

Да Силва поднял обвисшее тело, взвалил его на плечо и двинулся в обратный путь, коротко бросив:

— Он был нехорошим человеком…

14

Комиссар да Силва, напряженно выпрямившись, сидел перед знакомым письменным столом в Итамарати и разглядывал широкую спину государственного секретаря. Его не удивляло, что госсекретарю, даже отвернувшись, удавалось выразить свое неодобрение неподвижной линией массивных плеч и сплетенными за спиной пальцами.

Молчание затягивалось, госсекретарь, не отрываясь, смотрел в окно. Наконец он повернулся и снова занял место за письменным столом, сурово взирая на своего визави.

— И все же, комиссар, вам должно быть ясно, что вы убили сотрудника иностранного посольства, как бы вы не пытались это объяснить.

Да Силва смело выдержал его холодный взгляд.

— Я знаю, сэр. У меня вовсе не было намерения его убить. Я целился в бедро, но он спустил курок раньше меня и резко пригнулся.

Лицо госсекретаря оставалось непроницаемым.

— Факт остается фактом: он взорвал мост и при этом убил человека. Гражданина Бразилии. — Несмотря на всю серьезность момента, слабая улыбка тронула губы комиссара. — Правда, у нас никто бы его не хватился, но дело в принципе… Кроме того, он пытался убить американца, похитить американку, и думал, что добился своего. Не говоря уже о том, что он стрелял в меня.

— Надеюсь, вы сможете это доказать?

— Смогу. Он напоследок прохрипел: «- Да как ты выжил, черт возьми?» На мне была маска — одна из тех резиновых масок, с которыми в Соединенных Штатах грабят банки. У нас их надевают на карнавале. Я попросил её раскрасить по фото, найденному в сумке мисс Хоуард. Гренделл решил, что стреляет в человека, которого уже убил.

— Во-первых, я не знаю, о чем вы говорите, а во-вторых, хотелось бы надеяться, что вы найдете более веские доказательства, чем только ваша версия последних слов убитого, — нахмурился госсекретарь. — Может быть, попытаетесь для начала убедить меня?

— Едва ли в этом есть нужда, — самодовольно заявил да Силва. — Доктор Хоуард дал подробнейшие показания. И подписал их. Так что я убежден, с американской стороны проблем не будет.

Лицо государственного секретаря омрачилось.

— Знаете, комиссар, иногда вы меня просто удивляете! Слышать такое от человека, которого я считаю весьма интеллигентным! Читал я эти показания. Там сказано, что Гренделл пришел к Хоуарду в университет, предложил выгодное дельце на праздники, что Хоуард обрадовался и согласился, и так далее, и тому подобное… Ховард был предупрежден, что дело следует держать в тайне и никому о нем не говорить, даже своей семье. Потом там идет перечень минералов, которые хотел исследовать Гренделл, чтобы найти подтверждение своим оценкам. Потом вдруг — бах! — Гренделл невесть с чего внезапно выхватывает оружие и стреляет в Хоуарда. После этого Хоуарду удается добраться до опушки леса, где его обнаружил какой-то охотник, и снова и так далее, и так далее…

Госсекретарь тяжело вздохнул.

— Может быть, вы мне скажете, комиссар, где там говорится, что Гренделл взорвал мост? Или убил какого-то бразильца? Или совершил хоть что-то, что оправдало бы его убийство вами? Самое серьезное, в чем его можно обвинить — в покушении на жизнь человека, который остался в живых!

В суровой отповеди госсекретарь явно выплеснул большую часть своего раздражения и продолжал уже спокойнее.

— Позвольте кое-что сказать вам, комиссар. В политике не всегда решают факты. Сегодня, учитывая, что ваш друг Вильсон в посольстве все знает, и принимая во внимание дружественные отношения между нашими странами, это дело можно действительно трактовать именно так и считать закрытым. Завтра в Вашингтоне и Бразилиа могут прийти к власти новые люди, которые взглянут на него совершенно иначе. И снова вспомнят старые обиды. На такой случай рекомендуется иметь факты неопровержимые и однозначные.

Прочтя мораль, он улыбнулся.

— Ну, ладно, комиссар, вернемся к исходному пункту. Попытайтесь меня убедить.

Да Силва упрямо тряхнул головой.

— Я не знаю, как это сделать, если смотреть с вашей точки зрения. Никаких свидетелей взрыва нет.

— Свидетелей частенько не бывает, но преступников все-таки ловят. Я предлагаю вам хотя бы попытаться. С чего вы вообще заподозрили Гренделла?

— Будь у меня хоть капля разума, я все равно пришел бы к такому выводу при первой же с ним встрече, — откровенно ответил да Силва. — Начав его расспрашивать, я вскользь осведомился о геологических условиях в окрестностях Санта Изабель в Мату Гроссо, и он переспросил: «- В районе Аква Бранка?» Серьезный промах с его стороны, но ему повезло: мне пришлось прикинуться слепым — или, вернее, глухим. Рассуждал я следующим образом. Названия Санта Изабель нет ни на одной карте, в том числе и на геологической. Только люди, живущие там, и те немногие, кто там побывал, знают, как называется эта деревня!

— Имей я хоть малейшее понятие, о чем идет речь, комиссар, возможно, вам скорее удалось бы убедить меня, — спокойно заметил госсекретарь. — Или, по крайней мере, проинформировать.

— Да, сеньор, — Да Силва улыбнулся, но тут же снова стал серьезным. — Я расскажу историю с самого начала.

Начав со встречи с Вильсоном в рождественский вечер после своего возвращения с осмотра взорванного моста, он рассказал обо всем, включая нападение на Джилл Хоуард, её спасение и перестрелку в квартире Вильсона.

— Один из её участников работал в строительной компании Каксиас. Человек, погибший в джунглях, — его звали Сампайо — работал в то же самое время в той же самой фирме, и причем взрывником. Одним из объектов, на котором ему довелось потрудиться, был летний дом в Петрополисе для некоего мистера Джека Гренделла.

Да Силва сделал короткую паузу.

— Кроме того, Сампайо работал и на строительстве этого моста. Об этом мы узнали в компании, его сооружавшей.

Государственный секретарь внимательно слушал. Да Силва откашлялся.

— Имя Джека Гренделла стало для меня единственным связующим звеном между строительной компанией Каксиас и неким лицом, занимавшимся радиоактивными минералами, так что, естественно…

— Минералы? — Госсекретарь нахмурился. — Радиоактивные?

— Об этом я вам ещё не докладывал. Обувь, которую я привез с места взрыва и по которой мы сумели опознать Сампайо, вызывала сумасшедшую реакцию счетчика Гейгера. Она явно контактировала с радиоактивными минералами…