Герои старого кино - Галина Владимировна Романова

машин на проспекте и полчаса двигалась, никуда не сворачивая. Это уже другие камеры видеофиксации подтвердили. Но вот потом…

Потом эта машина свернула на дублер. Въехала на территорию большого автомобильного рынка и пропала.

– На проспект она больше не выезжала, – подсказал сотрудник ГИБДД, помогавший им в поисках. – Значит, либо в отстойник загнали. Либо выехала другим путем.

Других путей оказалось аж четыре. И только в одном месте была видеокамера.

– Извините, ребята, – развел руками молодой симпатичный капитан. – Чем мог…

Вика молча расхаживала за его спиной, грызла костяшку правого указательного пальца. Имела такую скверную привычку.

– А что по камерам близ адреса, с которого был совершен угон? – прицепилась она. – Там они есть?

Камеры были, но ни на одной не засветилась машина с приметной наклейкой на крыше.

– А если еще дальше от этого адреса? Радиус побольше захватить, а? – не хотела она сдаваться. – Как-то машина заехала под окна к Анне Стоговой. А она менеджер, который продавала эту машину тем же днем. Совпадение? Вряд ли.

– Так, ребята! – задрал руки капитан и головой замотал. – Вы меня простите, но это работы на неделю. А у меня своей невпроворот. Могу материалы скинуть на почту. Ищите!

– Отлично. Спасибо! – засияла Вика.

Калинин смотрел с тоской. Его перспектива таращиться в монитор до рези в глазах не вдохновляла. Он предпочитал работать на земле.

Они двинулись к выходу, но Вика снова встала столбом.

– Понимаю, это сверхнаглость, но не могли бы вы…

И она принялась рассказывать ему историю Вадима Дмитриева. Как у того сломалось колесо на инвалидной коляске. И он упал буквально под колеса машины. Но, слава богу, остался жив. И даже более того: в его позвоночнике пошли какие-то процессы после неожиданной травмы. И теперь он, возможно, встанет на ноги.

– Но дело вовсе не в нем, а в медальоне, который…

И снова последовал подробный рассказ о Степкиных злоключениях. Правда, она не сказала капитану, что парень, которого затолкали в черный внедорожник, ее племянник. И что за пару дней до этого он мог угнать машину, ради которой она и притащилась на другой конец Москвы.

– Хорошо. Посмотрю, что можно будет сделать, – улыбнулся ей капитан, впечатленный ее рассказом. – Если что-то найду, перешлю по почте…

Они ушли. Сели в машину. И только потом Калинин спросил:

– А наши эксперты ничего не нашли за тот день, когда Степку твоего похитили?

– Предположительно похитили, – поправила его Вика. – И наши эксперты ничего не нашли.

– Почему?

– Потому что я к ним не обращалась.

– Почему? Жизнь родного племянника для тебя…

– Потому что я сначала узнала, что он с другом угнал машину у какого-то авторитета. Потом у нас появился труп Вити Апрелева. А уже потом я услышала от господина Куницына, что Степку буквально затолкали в машину на его глазах подозрительные типы. И пригрозили господину Куницыну…

– Я это знаю. Слышал от него самого. Он так и не объявился? Мы же с тобой проездили задаром, когда хотели еще раз с ним поговорить.

– Объявился. Звонил мне на личный номер. Сказал, что улетел с женой в длительную командировку куда-то на Сахалин. Сам напросился. Подальше от всего. Но он больше ничего не может сообщить нам полезного, с его слов. И просил его не беспокоить по пустякам.

– Один малый у него под колесами валяется, второго на его глазах похищают – это пустяки? – вытаращился на нее Калинин. – Вот я бы из вредности ему шкурку его лощеную попортил.

– Не надо.

Вику снова покоробило желание коллеги нагадить кому-то. Сначала откровенно радуется неприятностям Осипова. Теперь вот за Куницына принялся.

– Он не виноват ни в первом случае, ни во втором. Просто оказался не в том месте не в то время. И если подобным образом «наказывать» каждого, кто тебе не понравился, вредности не хватит, коллега.

Поняв, что что-то не то сказал, Калинин закрыл рот и молчал до отдела. А там сразу куда-то уехал. Докладывать было некому. Ей не стал. Они в одном звании, и должность у них одна. Вика снова обзвонила всех фигурантов: Марину Ульянову, ее отца и Анну Стогову. Ничего не поменялось. Телефоны были выключены.

Интересно, ей уже надо начинать волноваться за эту исчезнувшую троицу или погодить?

Решила набрать учительскую. Рабочий день. Марина должна была быть в школе.

– А ее нет! – удивленно воскликнула учительница английского языка.

Она так и представилась, когда сняла трубку:

– Воробьева – учитель английского языка.

– Соколова – майор полиции, – ответила ей Вика. – Могу я услышать Ульянову Марину Александровну?..

Никто из учителей не знал, почему Ульянова не на занятиях. Побежали к директору. Та передала через учительницу английского языка, что Ульянова взяла отпуск.

– Когда взяла? – пристала Вика к бедной училке.

– Да не знаю я! – вспылила та. – Поговорите с директором. Сейчас я продиктую вам ее номер телефона…

Директриса минуту выясняла, откуда у полиции ее личный номер.

– Мы работаем, – ответила Вика туманно, не пожелав выдать училку.

– Понятно… – недовольно отозвалась директриса. – Что вы хотели?

– Где Ульянова Марина? Почему она не в школе?

Вика закатила глаза. Она в десятый раз за сегодня задает этот вопрос. А у нее неотсмотренного материала на десять часов – только что пришло письмо на почту. А если еще пришлют за тот день, где Степку похищают, ей неделю из-за стола не встать.

– Ульянова взяла отпуск, – нехотя пояснила директор школы.

– С чего вдруг? В разгар учебного года! – удивилась Вика.

– У нее спросите. Мне она объяснить не пожелала.

– Она приезжала или…

– Или! Приехать ей было некогда. Позвонила мне, сказала, что это срочно. В смысле, отпуск ей нужен. Я еще подумала, что это как-то связано с гибелью ее жениха. И вызвалась помочь. Она ответила отказом.

– На сколько она взяла отпуск?

– Пока на неделю.

– А где она вообще? Дома ее нет. Отец ее тоже куда-то пропал. Спросить некого. А она нужна мне срочно, – немного приврала Вика.

То, что Марина никудышный свидетель, она уже поняла. Не расскажет, даже если и будет знать, что рассказать. Ей бы тогда пришлось выдать либо отца, либо покойного жениха. А они для нее – святые!

– Я не знаю, она не сказала. Но в стране точно. Ее загранник у меня в столе. Мы собирали их для одного важного мероприятия. Марина свой не забрала. Собиралась в понедельник. И не вышла. Отпуск запросила. У вас все? Мне, простите, дико некогда!

Вика поблагодарила ее и отключилась. Открыла почту, загрузила файлы. Их было двадцать. Решила, что просмотр подождет, ей срочно нужен кофе. И желательно с булочкой. А еще лучше, если булочек будет две.

Она