Кукушонок - Камилла Лэкберг

– Ты разговаривала с Вивиан? – Анна в ужасе затрясла головой. – Когда ты наконец перестанешь…

– На самом деле, я хотела поговорить совсем о другом. Вчера на празднике в отеле она сидела неподалеку от меня и упомянула о каком-то загадочном убийстве в Стокгольме в восьмидесятые годы.

– И ты не придумала ничего лучшего, как приставать к ней с расспросами в тот день, когда ее мужа нашли мертвым?

Когда Анна это сказала, Эрика подумала, что и впрямь, похоже, перегнула палку с Вивиан. То, что играло ей на руку как писателю – внезапное, всепоглощающее любопытство, доходящее порой до откровенной бестактности, – было не самой привлекательной стороной Эрики как человека. В то же время у нее не возникло чувства, что Вивиан обиделась.

– Так что с тем убийством?

– Женщина-транссексуал по имени Лола. И ее дочь. Я просидела в интернете полдня и почти ничего о них не нашла.

– И как это связано с Рольфом?

– Лола была его подругой, по словам Вивиан. Похоже, все произошло еще при жизни его первой жены. Вивиан никогда не встречалась с Лолой.

Анна задумчиво посмотрела на Эрику.

– Тебе не кажется, что ты не имеешь ни малейшего представления о том, куда суешься?

– Что ты имеешь в виду?

Эрика удивленно смотрела на сестру. Как бы там ни было, до сих пор Анна всегда была на ее стороне.

– Ты ведь знаешь про Марианну.

Теперь Эрика все поняла. Да, она была достаточно наслышана о Марианне, стокгольмской подруге Анны. Десять лет назад консервативная Швеция была потрясена, когда генеральный директор одного из крупнейших банков страны объявил, что отныне он не Чьель Сундхольм, а Марианна Сундхольм.

– Ее история многому меня научила, – Анна прикрыла глаза, подыскивая слова. – Столько предубеждений… позора… Это что-то вроде шоу в зоопарке, где люди глазеют на иной мир, так не похожий на их. На чем, помимо прочего, можно неплохо заработать. Вот ты, когда говоришь о Лоле, непременно отмечаешь, что она была транссексуалом. Так ли это важно?

Эрика не отвечала. Она поняла, что задела сестру за живое, притом что полностью была готова с ней согласиться.

Эрика была уверена в чистоте своих намерений. Тем не менее легко могла попасть впросак, потому что и в самом деле ступила на чужую территорию.

– Признаю себя полной невеждой, – согласилась она. – Но обещаю быть осторожной. Ни единого слова не опубликую без того, чтобы все тщательно не проверить и перепроверить.

– Договорились, – Анна улыбнулась и взяла сестру за руку.

Эрика вздохнула.

– Проблема в том, что у меня вообще не намечается никаких сдвигов. В Сети о Лоле ничего нет.

– Поезжай в Стокгольм.

Эрика подняла брови. Потом показала на играющих в комнате детей:

– У мужа расследование убийства, у меня эта банда… Вырваться в Стокгольм? Как ты себе это представляешь?

– Разве Кристина не жаловалась тебе, что проводит мало времени с внуками? Обратись к ней. Тебе ведь время от времени нужно ездить в Стокгольм, чтобы встречаться с издателями. Вырвись на пару дней. Я помогу Кристине, если что. Мы справимся.

– Уверена?

Эрика все еще сомневалась. Она, конечно, любила свекровь, но, как могла, избегала быть ей чем-то обязанной. Иначе рано или поздно та выставляла счет – например, в виде семейного праздника, на котором они с Патриком обязательно должны быть… Но в данном случае игра стоила свеч.

Анна подлила кофе себе и Эрике.

– Позвони Кристине и попроси присмотреть за детьми пару дней. А сама поезжай в Стокгольм.

Эрика кивнула.

– Так и сделаю. Заодно разузнаю что-нибудь о «Бланш».

– Что за «Бланш»?

– Клуб деятелей культуры и искусства. До меня доходили кое-какие слухи… Хочу проверить.

– Думаешь, это связано с убийством Рольфа? – спросила Анна.

Эрика откинулась назад и заглянула в гостиную.

– Может быть, а может, и нет. Разузнать не помешает. И потом, я не верю в совпадения.

– У тебя есть кого спросить?

– Попробую со своим издателем. Это довольно тесный мир.

– А насчет Лолы?

– Я уже связалась с Франком, это мой контакт в стокгольмской полиции. Написала, что хочу получить материалы одного расследования восьмидесятых годов. Попробую выйти на кого-нибудь, кто знал Лолу в то время. Поищу среди транссексуалов.

– Похоже, с поездкой в Стокгольм ты уже давно все решила, – улыбнулась Анна.

Эрика покраснела. Да, получается так.

На кухне появилась Майя, которая зажала нос двумя пальцами.

– От Флисан воняет, – пожаловалась она и с намеком посмотрела на Эрику. – Она ведь, кажется, тетина любимица…

Эрика вздохнула и встала из-за стола. Менять подгузник Флисан – это как раз то, что ей сейчас нужно.

* * *

– Но мы как будто только что поели… – Сюзанна потянулась на диване.

За панорамным окном хлестал ветер, посылая на стекло каскады брызг. Хеннинг предупредил, что на скалах скользко и нужно быть особенно осторожным, пробираясь между домами.

– Мы поедим, когда захотим, – отозвалась Луиза.

Вильям уснул у нее на коленях, и ноги онемели от тяжести. Они с Петером ставили ловушки на креветок, и это было темой разговора весь вчерашний вечер. Теперь Петер играл в шахматы со старшим сыном, который, судя по выражению лица, выигрывал.

– Нет-нет, мы поедим сейчас.

* * *

Элизабет поднялась и повернулась к Хеннингу, посапывавшему в кресле возле камина.

– Ужин… Хеннинг!

– Что? Мы ведь только что ели. Который теперь час?

– Начало девятого. Нужно поужинать, потом будет поздно для мальчиков.

– Да-да, уже встаю… Удобное кресло, но как же трудно с ним расставаться! – Хеннинг застонал и решительно встал на ноги. – Ну что ж, господа, прошу к столу.

– Но я почти выиграл, дедушка… – Макс разочарованно смотрел на Хеннинга.

– Продолжишь после ужина. Оставь все как есть и запомни, чей ход. – Луиза осторожно подвинула Вильяма у себя на коленях.

Как ни тяжело его будить, Нэнси уже приготовила спагетти с мясным фаршем вместо морепродуктов, специально для мальчиков. А это их любимое блюдо. Так что усадить Вильяма за стол будет проще, чем поднять.

– Боже, да здесь целое пиршество!

Уле хлопнул в ладоши от восторга, входя в столовую. Он весь день пил виски, отчего его лицо приобрело огненно-красный оттенок, особенно заметный на фоне белой рубашки.

Луиза выдвинула стул и села рядом с Петером. Омары, раки, крабы, креветки и устрицы, свежие багеты, лимоны, айоли, вестерботтенский сыр и восхитительный икорный соус из рыбного магазина во Фьельбаке. Это и в самом деле выглядело как продолжение вчерашнего праздника.

– Кто-нибудь может позвать Вивиан? – Элизабет, занявшая место во главе стола, призывно оглядела присутствующих.

– Я здесь, – объявила Вивиан с порога.

На ее лице