Двуликая правда - Евгения Игоревна Державина

class="p1">Марк покопался в папке и вытащил нужные бумаги.

Геннадий кивнул:

– Да, эти. Обратите внимание: везде указан один и тот же грузовой автомобиль и один и тот же водитель – некий Севрюков. Кажется, ничего такого? Однако ваш аудитор догадался проверить накладные с другими подрядчиками «Дилеммы» и обнаружил тот же грузовик и все того же Севрюкова в бумагах еще одной фирмы – ООО «ЛогистикТоргСервис». Это уже оранжевые стикеры, видите? Причем контракты с ними были на существенно меньшие суммы, чем с «БелЛини».

Он включил поворотник и свернул на узенькую улицу с односторонним движением. Справа за забором высились деревянные домики Московского зоопарка, и Марк некстати вспомнил, как ходил туда с Лизой лет шесть назад: к ее разочарованию, почти все животные спали и она толком никого не увидела.

Оторвав взгляд от окна, Марк переключился на яркие стикеры, пламенеющие на полях.

– То есть эти конторы состояли в сговоре? – догадался он.

– Похоже. – Геннадий съехал с дороги и, миновав шлагбаум, припарковался возле элитного фитнес-центра. – Получается, фирме «БелЛини» платят больше других, а везет все тот же Севрюков из «Логистик». Но и это еще не все! – проговорил он голосом продавца из «Магазина на диване». – Позволите?

Заглушив мотор, он забрал у Марка папку и выудил бумагу с логотипом известной страховой компании.

– Это отказ в страховой выплате двумя годами ранее. Тогда в аварию попал служебный автомобиль директора «Дилеммы», но за рулем находился не сотрудник фирмы, а некая Надежда Кукушкина, поэтому в страховке им отказали. И знаете, кто это? – Геннадий выдержал небольшую паузу и торжественно произнес: – Директор и единственный владелец «БелЛини»!

Не скрывая удивления, Марк посмотрел на Геннадия:

– Да ну!

– Сам не поверил, когда увидел. Думаю: что ж вы, ребята, так подставились-то? Бог знает, как этот акт попал к вашему аудитору, но тот сопоставил данные и понял, что Кукушкина разъезжала на служебном автомобиле «Дилеммы», при этом являясь директором их основного подрядчика по перевозкам, которому доставались самые выгодные заказы! Смахивает на схему имитации хозяйственных связей. Попросту – отмыва денег. Кстати, в две тысячи двенадцатом «БелЛини» тихо закрылась.

Марк удивленно развел руками:

– Отличная работа. Спасибо, Геннадий!

Тот скромно улыбнулся:

– Да то не я! Это ваш аудитор хорошо порылся, настоящий профессионал. Может, контакты дадите? Нам такие ох как нужны.

– С радостью бы, но… сам его ищу.

– Жаль. Рад был сотрудничать. Если понадоблюсь, всегда к вашим услугам!

Они крепко пожали друг другу руки. Геннадий выбрался из машины и выпрямился во весь свой двухметровый рост, напомнив Марку складной зонтик, который наконец разложился в несколько приемов. Достав с заднего сиденья спортивную сумку, аудитор махнул на прощание и скрылся за стеклянными дверями фитнес-центра.

Марк вышел с парковки и открыл навигатор, чтобы вернуться к метро. Из припаркованного неподалеку черного «Мерседеса» донеслась знакомая симфония – кажется Рахманинов. Вместе с мелодией из приоткрытого окна вылетали тонкие струйки сигаретного дыма.

Марк достал старенькие проводные наушники, выбрал на телефоне плейлист с классической музыкой и пошел в направлении Пресненского Вала, попутно переваривая разговор.

Значит, Сухинов выяснил, что Лика нашла нарушения в бумагах «Дилеммы», и хорошенько прижал ее босса. А тот потребовал от Лики изменить аудиторское заключение. Да и успела ли она вообще его подготовить? Возможно, до последнего сомневалась, как поступить: настаивать на своем и потерять хорошую должность или согласиться и потерять самоуважение. Поэтому и скрывала от матери и сестры неприятности на работе.

Пока Марка не было, квартира будто преобразилась: повсюду горел свет, в комнате бубнил телевизор и умопомрачительно пахло. Клара появилась из кухни в облаке пряно-чесночного аромата. Одетая по-домашнему – в короткую футболку и спортивные штаны, – она выглядела уютно и вместе с тем особенно сексуально.

Марк притянул Клару к себе и какое-то время наслаждался ощущением ее теплых податливых губ.

– Эй, кто-то соскучился? – проворковала она.

– И чертовски голоден.

– Тогда пошли есть.

– Голод может быть разный… – Он скользнул ладонями ниже и погладил ее бедра сквозь тонкую хлопковую ткань.

Клара обвила его шею руками и всем телом прижалась к нему.

«А сегодня всего лишь пятница, – с удовольствием подумал Марк, оставляя дорожку из поцелуев на ее шее, – и впереди целых два дня только вдвоем».

– Ой, у меня же все сгорит! – взвизгнула Клара и выскользнула из его жадных объятий. – Пойдем ужинать, пока горячее.

Марк обреченно вздохнул и отправился мыть руки.

На кухне его ждал накрытый стол: Клара приготовила ризотто с курицей и грибами и разлила по бокалам белое сухое вино. Похоже, кулинарный талант она унаследовала от матери – получилось действительно вкусно.

Они ели и болтали, будто обычная семейная пара. Клара устроилась на стуле, подобрав под себя ноги, и рассказывала про новых питомцев, которыми пополнился их приют. Обычно она забегала туда после работы или в обеденный перерыв, чтобы проверить своих подопечных.

– Ты бы видел глаза этого несчастного ньюфаундленда, когда его мыли! Так дрожал, бедняга… Теперь надо найти ему дом. Может, забрать его к себе? Правда, не знаю, как он с остальным зверьем уживется…

– Представляю эту громадину в твоем огороде – он же там не поместится, – произнес Марк, с улыбкой глядя на Клару. Он всегда восхищался ее добротой и отзывчивым сердцем. Дай ей волю – она бы приютила у себя несчастных животных со всего Подмосковья. Однако они требовали внимания, времени и немалых средств, которых, как он знал, у нее особо и не было.

– Ну, я еще не решила… А ты чем сегодня занимался?

– Узнал кое-что интересное по делу Лики.

Клара заинтересованно приподняла брови:

– Расскажешь?

– Даже покажу!

Он сходил в прихожую и принес папку «Дилеммы». Положив ее на пустой стол – Клара уже отнесла тарелки в раковину, освободив место, – он извлек файл с отчетностью.

Из папки выскользнул мятый листок и приземлился возле стула Клары. Та проворно за ним наклонилась.

– Что это? – спросила она, разглядывая сделанную маркером надпись.

– Это?.. – Марк замялся. Он не собирался рассказывать ей об угрозах, однако теперь придется все объяснить. – Записка.

Глаза Клары расширились:

– Тебе угрожают!

– Да это все ерунда, не обращай внимания.

– Марк! Но… кто?

Отпираться не было смысла.

– Я считаю, это один из бывших клиентов Лики, директор фирмы «Дилемма-М» Анатолий Сухинов, – признался Марк.

Клара нахмурилась:

– Приехали. И почему?

– Лика обнаружила у них серьезные нарушения. Возможно, он ей угрожал. Поэтому она решила спрятать документы у твоей мамы – все это время они хранились у нее в кладовке.

– Нарушения?! – переспросила Клара, глядя на раскрытую папку, словно увидела там ядовитую змею.

– Судя по всему, будучи директором «Дилеммы», Сухинов работал по мошеннической схеме с подставными конторами и отмывал крупные суммы, – пояснил Марк. – Несколько лет все шло гладко, и тут оказалось, что «к ним едет ревизор». То есть аудитор. – Марк усмехнулся, однако на лице Клары не отразилось и тени улыбки. – Сухинов, конечно, занервничал. А потом его бухгалтер и вовсе накосячил: случайно отдал документы по страховке, которые аудитору видеть не полагалось. В общем, Лика сопоставила данные и все выяснила. Если бы ее отчет попал к владельцам «Дилеммы», они бы поняли, что директор – вор. Он мог серьезно встрять, даже присесть. Думаю, Сухинов кинулся к начальнику Лики. Наверняка отвалил немало денег, чтобы в аудиторском заключении не нашлось места правде. Но Лика уперлась.

– И теперь ты думаешь, что… – Клара замолчала.

– Да. – Марк посмотрел ей в глаза и медленно произнес: – Я думаю, что он мог убить Лику. Хотя и не уверен в этом на сто процентов.

– Но стал бы он делать это, не убедившись, что компромат уничтожен? – Она махнула рукой в сторону папки. – Да и Лика не потащила бы все это к маме, рискуя подставить ее под удар.

– Я тоже думал об этом. Но дело в том, что в коробке были только копии. А оригиналы могли храниться у Лики дома. Ее босс упоминал, что их так и не нашли.

Клара приоткрыла рот, но, ничего не сказав, уронила руку с запиской на колени.

Марк встал и прошелся по кухне.

– Если я прав,