Двуликая правда - Евгения Игоревна Державина

сказала, что тяжело заболела. Потом случайно ее разговор с Настей, нашим юристом, услышал. Так вот, ничего серьезного у Анжелики и не было – она просто к женскому врачу бегала, а работа страдала! – Он осуждающе покачал головой.

– Она близко с этой Настей общалась?

– Да, дружили. Настя все про Анжелику знала. Первые дни врала мне, будто бы та и правда на похороны уехала. Потом уже вскрылось, что Анжелика ей все рассказала.

– О чем?

Леонид хмыкнул:

– О своих планах от мужа уйти.

– Настя все еще у вас работает?

– Нет, она в декрет ушла чуть ли не сразу, как Лика исчезла. Потом уволилась.

– Вы знаете, как с ней связаться?

Леонид продиктовал номер, Марк записал его в блокнот и снова посмотрел свой список вопросов.

– Кого еще из ваших сотрудников допрашивала милиция?

– Только меня и Настю.

– О чем вас спрашивали, не припомните?

– Их интересовало, кто где был. Все, кроме Лики, работали до семи, как обычно. Мне пришлось задержаться: заключения аудиторов планировал подписать. Ушел около восьми. Вахтер меня видел, – поспешно добавил Леонид и покосился на телефон Марка, записывающий разговор.

– Куда вы поехали из офиса?

– Домой, – с легким недоумением ответил Леонид, и Марк решил, что милиция, скорее всего, этим даже не поинтересовалась.

– Кто еще знал, что Лика взяла отпуск?

– Полина Раткина, еще один наш аудитор. Мне пришлось звонить ей и просить поработать из дома – она в то время болела.

– Какие отношения сложились между ней и Ликой?

Леонид усмехнулся:

– Да какие? Прохладные, можно сказать… Только не подумайте, что они прям ругались, нет – у нас был отличный дружный коллектив! – Он покосился на дверь, за которой по-прежнему раздавалось непрерывное клацанье клавиатуры. – Но у девушек была своего рода конкуренция. Когда Анжелика пришла – сразу стала незаменимой: брала на себя самые сложные случаи, после работы засиживалась, из дома частенько работала. Через полгода назначил ее старшим аудитором. Полина тоже неплохо справлялась, но по сравнению с Ликой проигрывала. А как опыта набралась, и ее до старшего повысил. Хороший работник, – подытожил Леонид.

Марк оживился:

– Значит, Полина по-прежнему здесь? Могу я с ней поговорить?

– Пожалуйста!

Леонид набрал секретарше – клацанье ненадолго прекратилось – и попросил вызвать Полину в приемную. Затем откинулся на спинку кресла и в молчании побарабанил пальцами по столу.

Поняв намек, Марк выключил диктофон и убрал мобильный в карман.

– Кстати, чем закончилась история с женским доктором? – поинтересовался он, подходя к двери вместе с Леонидом, который вызвался его проводить.

Тот развел руками.

– Да ничем. Хотел премии Анжелику лишить, но в результате так ей ничего и не сказал…

– Почему?

– Да как-то все не решался на такую деликатную тему заговорить. Да и… опасался, что дверью хлопнет. А ведь такие ценные кадры на дороге не валяются. Когда она с этим отпуском позвонила – грешным делом решил, что опять по врачам собралась. Но видите, как все получилось…

Марк кивнул. Эта девушка определенно умела настоять на своем, и ничто не могло помешать ее планам. Разумеется, кроме ее убийства.

Попрощавшись с Леонидом, он вышел в приемную. С дивана вскочила низенькая женщина с пепельно-русыми волосами, убранными в куцый хвостик.

– Полина? Очень приятно, Марк, – представился он. – Хотел поговорить с вами про Анжелику Мохову. Где мы можем это сделать?

Полина бросила взгляд на дверь в кабинет босса, потом сказала:

– Давайте у меня.

Она засеменила рядом с ним по узкому длинному коридору, ее макушка подпрыгивала где-то внизу. Видавший лучшие времена ковролин заглушал мелкую дробь каблуков. Вокруг стоял гул офисной жизни: за одной из приоткрытых дверей слышался дружный женский смех, за другой – приглушенный голос монотонно диктовал какие-то цифры. Где-то играло радио и ведущий обещал хорошую погоду на выходные.

Через минуту они зашли в просторную комнату, не уступающую размерами кабинету босса. Полина прикрыла за собой дверь.

– О чем вы хотели поговорить? – сухо осведомилась она, глядя на Марка снизу вверх.

Он заметил, что женщина так и осталась стоять возле входа. Она явно отвела ему роль нежеланного гостя и всячески это подчеркивала.

– Расскажете, какие отношения у вас были с Анжеликой?

– Наверное, вы уже слышали об этом от других? У нас не было никаких отношений.

– В чем это проявлялось?

– Да особо ни в чем – мы почти не общались.

Марк махнул рукой в сторону большого стола, заваленного папками и ежедневниками:

– Это кабинет Анжелики?

Полина поджала бледные губы.

– Это мой кабинет. Возможно, когда-то она здесь работала.

– Вы не заметили чего-нибудь странного в ее поведении перед исчезновением?

– Я за ней не наблюдала.

– Зачем вы приезжали к Анжелике на барбекю?

Полина открыла было рот, но, так ничего и не сказав, прошла к своему столу.

– Всех приглашали, – наконец произнесла она, усаживаясь на крутящееся офисное кресло. – Сплочение коллектива и все такое.

Марк приподнял брови:

– Вы могли и не ехать.

Полина скривила губы в усмешке.

– Леонид дал понять, что не могла.

– Когда вы в последний раз видели Лику?

– Не помню. Я тогда долго болела, недели две не ходила на работу. Так что пропустила все самое интересное, – проговорила она с неприкрытым сарказмом.

– То есть вас не было в офисе второго ноября?

– Нет, – отрезала Полина. – Мне нечего рассказать вам об Анжелике. И мне надо работать… – Она демонстративно развернулась в сторону монитора, где на черном экране парила заставка «Перерыв».

По дороге к метро Марк предпринял еще одну попытку дозвониться до Сухинова. Выслушав заученный ответ секретаря, он нажал на отбой и уже хотел убрать телефон в карман, как внезапно остановился посередине тротуара.

Открыв фотографии Ликиной тетрадки с абстрактным узором, он прочитал: «Он не оставит меня в покое. Придется уйти».

Похоже, Марк наконец понял, что она имела в виду.

Глава 15

Вернувшись домой, Марк принялся наводить порядок перед приездом Клары. Он пропылесосил свои тридцать три квадратных метра, вытер пыль и рассортировал выстиранную одежду, а на случай, если Клара решит привезти вещи, подготовил место в шкафу и даже распаковал новые полотенца, несколько лет хранившиеся на самой дальней полке.

Протирая в прихожей пол, Марк наткнулся на игральный кубик от нард, который, видимо, выпал из кармана пальто. На верхней грани чернели шесть кругленьких точек. Хмыкнув, Марк сунул его в карман ветровки, чтобы при случае вернуть Мамаеву.

Около пяти вечера позвонил аудитор, готовый поведать о своих выводах по поводу документов «Дилеммы». Оставив сверкающую квартиру в ожидании гостьи, Марк поехал на встречу.

В шесть тридцать он уже стоял на тротуаре возле съезда с Садового кольца, наблюдая за пешеходами, наконец покинувшими душные офисы и спешащими навстречу выходным. Слепящее солнце, прячась за сталинской высоткой, оставляло на небе золотистый след уходящего дня.

Пузатый кроссовер, отделившись от бесконечного потока автомобилей, свернул на Баррикадную и плавно остановился возле Марка. Он уселся на пассажирское сиденье и пожал руку худому мужчине в серо-полосатом костюме. Несмотря на объемный салон, тот едва ли не упирался головой в потолок, в то время как острые колени поджимали руль.

Когда-то аудитор Геннадий Орлов дал экспертное заключение для статьи Марка, а после выхода публикации внезапно получил работу в крупном холдинге. С тех пор он считал, что у Марка в долгу, и с радостью откликнулся на его просьбу.

– Не возражаете, если мы прокатимся? – спросил Геннадий. – И по пути поговорим? Тут недалеко.

– Без проблем. – Марк достал из рюкзака папку «Дилеммы».

– Ваш аудитор постарался на славу! – с восхищением произнес Геннадий, выруливая на дорогу. – Я лишь прошелся по его отметкам и собрал воедино всю картинку. Итак. Компания «Дилемма-М» занималась перевозками и бо́льшую часть заказов отдавала своему подрядчику ООО «БелЛини». Это заметил ваш аудитор и, судя по всему, решил пристальнее проверить первичку «БелЛини»: договоры, акты, накладные. И нашел определенную закономерность. Если хотите, я покажу, – предложил он. – Найдите товарно-транспортные накладные, которые с салатовыми стикерами.