Лето не вечно - Анна Князева

class="p1">– Все – это что?

– Короче. – Решив не ходить вокруг да около, Бойко заговорила решительным голосом: – В прошлую пятницу, в свой выходной, Клевцов был в комнате у Зудиной. Он специально отпустил ее с кухни.

– Вам откуда это известно?

– Я договорилась с девчонками и тоже раньше ушла.

– Зачем?

– Как зачем?! – взорвалась Бойко. – Чтобы застукать их на горячем! Я же не дура! Догадывалась! Видела, каким масленым глазом Тимофей смотрел на нее!

– Клевцов ваш любовник? – задав этот вопрос, Ульяна пошла напрямик.

– Был. – Женщина опустила голову. – Пока не зацепился за эту шалаву Зудину.

– Выходит, что Клевцов ходок?

– Не то слово! Кобель!

– Ага… – Ульяна помолчала, потом спросила: – Что произошло в ту самую пятницу?

Собравшись, София Бойко начала рассказывать обстоятельно и со всеми подробностями. Было видно, что ее глубоко волнуют детали произошедшего, но она старается держать себя в руках.

– Ну пришла я в общежитие для обслуги, постучалась к Зудиной. Долго стучала, минуты через две она мне открыла. Вижу – сама помятая, заглянула через плечо, постель разобрана. «Ах ты, говорю, сучка!»

– Клевцова вы не увидели?

– Да мне и видеть его не надо! Нюхом чуяла, что он у нее!

– Что было дальше?

– Эта стерва захлопнула дверь! Чуть руку мне не оттяпала.

– И как поступили вы?

– Начала барабанить кулаками. Но они все равно не открыли. Тогда я притащила из комнаты стул и села перед их дверью.

– И долго вы так сидели?

– До утра!

– То-то удивились ваши сотрудницы, когда вернулись с работы, – усмехнулась Ульяна.

– А мне плевать на них! Пусть не суют носы в чужие дела!

– Ну хорошо, утром в субботу они вышли из комнаты…

– Тут уж я поправила прическу этой гадине! Оттаскала за волосы, как последнюю тварь.

– И как отреагировал на это Клевцов?

– Никак. Ушел в свою комнату, потом отправился на работу.

– Здорово. – Ульяна покрутила головой и поморщилась. – Вы, значит, с Зудиной деретесь, а ему плевать?

– Я ж говорю, кобель!

– Кто-нибудь может подтвердить ваши слова?

– Да все наше общежитие! Все видели, некоторые даже смеялись, как будто с ними такого не бывало.

– Сможете дать показания?

– Смогу.

– И что же, вы нисколько не обиделись на Клевцова? – удивилась Ульяна.

– Жалко дурака. Я слышала ваш разговор и поняла, что дело серьезное. Не знаю, в чем вы его подозреваете, но уверена, что он не виноват.

Ульяна встала и задумчиво прошлась по кабинету. Потом обернулась и снова заговорила:

– Спасибо за то, что решили рассказать, возможно, это поможет следствию. Но у меня есть вопрос.

– Какой?

– Зудину специально обварили кипятком?

– Не знаю, как это вышло… – София Бойко виновато склонила голову, но Ульяна была уверена, что никакого раскаяния та не испытывала.

– Понимаете, что вам за это придется ответить?

– Понимаю. – Вывернув голову, женщина по-птичьи, искоса, зыркнула на нее. – Только ведь Зудина простила меня.

– Да ну… – недоверчиво проронила Ульяна.

– Я была в больнице. Отнесла конфет, помидоров. Она так и сказала: «Черт с тобой, Софка».

– Не понимаю такого великодушия.

– А я понимаю. Мы с ней теперь обе брошенки. – София вдруг поникла и загрустила. – Клевцов ее бросил. Я ж говорю, кобель!

Глава 14

Лето не вечно, вейте гнезда

«Клевцов не убийца, это факт», – размышляла Ульяна. Он не убивал Конюхова, но с коллекционером пока неясно.

«Надо бы все проверить», – сказала она себе и вышла из кабинета. Заглянула на ресепшен, там ей сказали, что Руднева в своем кабинете.

– Это весьма кстати… – пробормотала Ульяна и направилась к ней. Войдя, с порога сказала: – Ольга Францевна, мне нужно знать, работал ли Клевцов вечером… – Она замолчала, прикидывая, в какой день недели убили коллекционера, и, вспомнив, продолжила: – Работал ли он в прошлую среду вечером.

Руднева заглянула в календарь и уверенно заявила:

– Работал! Я сама допоздна крутилась на кухне. По пятницам, если помните, мы празднуем день именинника. В прошлую неделю их набралось пятнадцать. В упомянутую вами среду готовили торты и десерты. С кухни ушли во втором часу ночи.

– В том числе Клевцов? – осведомилась Ульяна.

– Он уходил последним вместе со мной.

– Ясно. – Она ненадолго задумалась и спросила: – Можно я воспользуюсь вашим компьютером?

– Пожалуйста. – Руднева развернула к ней ноутбук.

Порывшись в программах, Ульяна отыскала банные списки и выбрала один, где были фамилии Клевцова и Конюхова. В программе расселения нашла его номер.

– Ага… – пробормотала она. – Алейников Александр. Так и запишем.

Ульяна записала на листок телефон и уже собралась уйти, однако Ольга Францевна ее задержала:

– Помните, вы просили меня разузнать через доверенного человека, что происходит на кухне?

– Ну? – Ульяна остановилась и выжидательно посмотрела на Рудневу.

– Так вот: Клевцов крутил романы с обеими поварихами. Отсюда – ревность, и мы имеем несчастный случай на производстве.

– Об этом я уже слышала, – бегло заметила Ульяна. – Несчастный случай оформили?

– Куда же теперь деваться? – вздохнула Ольга Францевна. – Еще одно пятно на репутации пансионата.

– Не забудьте оформить официальное письмо на имя жалобщицы. В нем извинитесь от имени руководства пансионата, поблагодарите и сообщите, что указанные недочеты нами выявлены и устранены.

Руднева возмутилась:

– Недовесов не было!

– Это не важно, – сказала Ульяна. – Иногда лучше извиниться, чем доказывать свою правоту. Как только подготовите документ, я сама вручу его скандалистке.

– Будет сделано, – с обидой в голосе ответила Ольга Францевна.

Ульяна вышла в коридор и направилась к своему кабинету. Войдя, она села за стол и набрала номер Алейникова, дождалась, когда тот ответит, и заговорила:

– Здравствуйте, Александр, с вами говорит директор пансионата, где вы недавно отдыхали. Меня зовут Ульяна Сергеевна.

– Здравствуйте, – растерянно произнес Алейников. – Что-нибудь не так? Почему вы звоните?

– Только не подумайте, что у меня к вам какие-то претензии. Их, конечно же, нет, – поспешила объясниться Ульяна.

– Тогда в чем дело?

– У меня есть несколько вопросов, на которые хочу получить ответы.

– От меня? – еще больше удивился Алейников.

– Для этого и звоню. – На этой фразе Ульяна потеряла терпение и, по обыкновению, пошла напрямик. – В один из дней вы посетили пансионатскую баню, ту, что в охотничьем домике.

– Ну, да, хорошо помню. Понравилось.

– На ваше время в списке значится пять человек, – напомнила Ульяна.

– Пятеро и было, – подтвердил Алейников.

– Среди них некто Конюхов Максим, плотный пятидесятилетний мужчина, и Тимофей Клевцов – высокий, крепкий, в тех же годах.

– Обоих помню, мы с ними после парной выпивали в комнате отдыха. А что вас конкретно интересует?

– По-вашему, они были знакомы до этого?

– До того, как пойти в баню? – спросил Алейников.

– Ну да, – подтвердила Ульяна.

В трубке ненадолго возникло молчание,