Лето не вечно - Анна Князева

– В такое трудно поверить.

– А вот я не удивлюсь, если выяснится, что именно Марго является инициатором этой заварушки или даже участницей преступления. – Он снова посмотрел на Ульяну. – И не мотай головой! Об этом стоит подумать.

– Если надо, подумаем, – скорее, чтобы отвязаться от него, сказала Ульяна.

– О черт! – Богданов резко затормозил. – Что за идея – вести дорожные работы, не оставляя проезда!

Дорогу, по которой они ехали, и в самом деле перекопали по всей ширине. Рабочий в каске и сигнальном жилете встал перед автомобилем и замахал руками, перенаправляя их.

– Что будем делать? – забеспокоилась Ульяна.

Богданов резко вывернул руль и съехал с асфальтированной дороги на проселочную, куда отсылал рабочий.

– Поедем через Белую Голову. – Он вдруг замер, а потом нажал на педаль газа, и машина на бешеной скорости понеслась по буграм и ухабам.

Несмотря на то что была пристегнута, Ульяна схватилась обеими руками за переднюю панель:

– Сдурел ты, что ли?!

– Держись! – Богданов был собран и зол. – Как я раньше не догадался!

– Что?! О чем ты не догадался?! – прокричала Ульяна и, стукнувшись на ухабе плечом, взмолилась: – Пожалуйста, тише!

– Белая Голова! Неужели не сообразила? – Он повторил по слогам: – Го-ло-ва.

– Ты про записку? – наконец-то догадалась она. – Что за Белая Голова? Расскажи!

– Место у дороги, недалеко от реки. Еще в девяностые, когда в Зареченске снесли памятник Ленину, мальчишки укатили его голову туда. С тех пор так и повелось, если про рыбалку – клев у Белой Головы. Ну а если по проселку – тогда мимо Белой Головы. Так, чего ни коснись.

– Людное место? – осведомилась Ульяна.

– Редкая глушь, – ответил Богданов и замолчал, сосредоточившись на дороге.

Минут через пять они оказались на месте. Он выскочил из машины и нырнул в кусты. Ульяна бросилась за ним и сразу же догнала. Еще не достигнув цели, они тревожно переглянулись.

Ульяна достала из кармана косынку и прижала к носу.

– Там труп…

Богданову и самому был знаком этот запах. Скривившись от омерзения, он скомандовал:

– Идем!

Вскоре они увидели огромную белую голову, которая лежала в траве, на небольшой поляне. Двигаясь на запах, Ульяна и Богдан подошли к акациям, которые росли на краю поляны.

– Кажется, здесь. – Богданов поворошил ветви и констатировал: – Вот он.

– Конюхов? – не приближаясь, поинтересовалась она.

– А черт его знает. Лицо объедено зверьем. Давно здесь лежит, это видно.

Ульяна шагнула вперед, чтобы увидеть труп:

– Комплекция, одежда – все соответствует.

– Скорее всего, он. – Он отошел в сторону, достал телефон и сказал в трубку: – Дежурный? Следователь Богданов говорит. Мной обнаружен труп. Труп, говорю! Мужчина лет пятидесяти, предположительно Конюхов Максим Анатольевич семидесятого года рождения. Давай высылай оперативную группу к Белой Голове. Он лежит здесь. Да! И пусть обязательно приедет Усачев! Как уже ушел? – Он посмотрел на часы и проорал: – Достань мне его хоть из-под земли!

Дежурному офицеру удалось разыскать Усачева. Через полчаса полицейский «уазик», раскачиваясь и огибая деревья, въехал на поляну и подрулил к белой голове.

Из автомобиля, кряхтя, вылез Усачев, сердито посмотрел на Богданова и проворчал:

– Из-за стола вытащил, жена только-только борщ налила.

– Сейчас у теба аппетит пропадет, – пообещал Богданов.

– Где? – коротко осведомился криминалист.

Богданов вытянул руку:

– Там, под акациями.

Вслед за Усачевым из «бобика» вышли следователь Пантелеев и двое оперативников.

Богданов пожал руки всем троим и, задержавшись на Пантелееве, сказал:

– Сходи посмотри на труп. Сильно попорченный.

– Пусть Усачев смотрит. Это его работа. Мы с ребятами, покуда не стемнело, вокруг пошукаем.

– Тебе виднее, Николай Петрович.

Оперативники и следователь разбрелись по поляне, Богданов и Ульяна присели на корточки возле головы Ильича.

– С этой стороны под ней ничего нет.

– С этой тоже.

– Было глупо надеяться, будто убийца не забрал отсюда то, что должен был положить Конюхов, – проговорила Ульяна.

– Вот именно… – тихо проронил Богданов. – Думаю, он и положить-то ничего не успел. Его здесь ждали и что нужно сами забрали.

– Как думаешь, на чем он приехал? – спросила Ульяна. – Машина осталась у КПП, пешком идти далеко.

– Есть кое-какие соображения.

– Ну так поделись.

Богданов не успел ей ответить ни слова, потому что его окликнул Пантелеев:

– Константиныч, гляди, чего нашел! – Следователь показался из леса, сотрясая черной дорожной сумкой. Приблизившись, раскрыл ее на всеобщее обозрение и прочитал, что было написано внутри: – Конюхов. – Подняв глаза, констатировал: – Что и требовалось доказать.

Богданов забрал у Пантелеева сумку и вытряхнул ее содержимое на траву. Оглядев, перечислил:

– Зубило, молоток – джентльменский набор для аккуратного демонтажа фальшивых изразцов.

– Больше ничего? – Ульяна встряхнула сумку и обескураженно вздохнула. – Нет. Ничего.

Тем временем оперативники забрали из машины черный пакет и двинулись к зарослям акаций, туда, где лежал труп.

Навстречу им вышел Усачев:

– Труповозка сюда не проберется. Вывезем на дорогу. – Приблизившись к Богданову, он снова заговорил: – Все осмотрел, зафиксировал, отчет, соответственно, будет позже.

– Сейчас что-нибудь можешь сказать?

– Труп пролежал здесь чуть больше недели, точнее не скажу.

Богданов и Ульяна встревоженно переглянулись.

– Неделю? Конюхов пропал полторы недели назад.

– Ну не знаю. – Криминалист с сомнением покачал головой. – Ошибка, конечно, возможна: плюс-минус двадцать четыре часа. Не больше.

Глава 13

Кобель

Несколько часов перед рассветом, проведенных между сном и явью, Ульяне чудились крадущиеся в ночи убийцы и труп с развороченным лицом. Она поднялась в шесть, и это прекратило ее мучения. Пока мылась в душе и варила кофе, думала о Кирилле. Давала себе задание позвонить ему или хотя бы Надежде, но понимала, что по большому счету сказать нечего. В этом вопросе Ульяна явно недорабатывала и была недовольна собой.

В восемь часов утра она вышла из главного корпуса и направилась в сторону усадьбы Тишь-на-Тоске. По дороге думала об убитом Конюхове и о том, что он должен был положить под голову. Тот явился туда, как и требовалось, ночью, – убийца смог донести до него эту информацию, несмотря на то, что записка затерялась.

«Нужно спросить Богданова насчет распечатки звонков Конюхова», – подумала Ульяна, уже подходя к усадьбе. Ей были видны согбенные спины работающих археологов, но она решила не беспокоить профессора, а просто сделать свое дело и тут же уйти.

Ульяна поднялась в мезонин. Днем здесь было достаточно светло, но сохранялась легкая затененность. Достав блокнот и карандашик, она стала пересчитывать фальшивые изразцы, которые на самом деле, как объяснил архитектор, являлись декоративными плитками. Дойдя до участка стены, примыкавшего к печи, она удивленно замерла.

Еще недавно здесь была плитка. Теперь же огромный участок стены оголен. Она пересчитала оставшиеся плитки и записала