Тиканье часов - Герберт Осбери

не имеет никакого отношения к убийству, мистер Конрой! — сказала она. — То, что я сказал, не имеет к нему никакого отношения.

— Что же вы тогда имели в виду? — спросил инспектор.

— Я не знаю, — ответила девушка. — Должно быть, я думала о чём-то другом, о чём-то…

— Вы с мистером МакДоннеллом говорили о мистере Уолтоне? — спросил инспектор.

— Да, — ответила она, — по дороге с вокзала домой. Я попросила его больше не ссориться с моим отчимом. Но Гарри не мог его убить! Он не мог!

Она разразилась бурными рыданиями и откинулась на спинку стула. МакДоннелл, покраснев от гнева, поднялся на ноги и повернулся к инспектору.

— Вы не имеете права так издеваться над ней! — закричал он. — Она слишком много пережила, чтобы позволить кучке копов запугивать её!

Инспектор Конрой удивлённо поднял брови.

— Запугивать? — уточнил он. — Мой дорогой мистер МакДоннелл, никто её не запугивает. Мне жаль, что она так нервничает, но, в конце концов, именно то, что она сказала и сделала, — он наклонился вперёд, — и, возможно, то, что сделали вы, расстраивает её.

— Это несправедливо, — пробормотал МакДоннелл, но опустился на своё место и обнял девушку за плечи. Инспектор повернулся к патрульному Кигану.

— Продолжайте, Киган, — сказал он.

— Это всё, что я слышал, сэр, — сказал полицейский. — Больше она ничего не сказала. Как только приехал врач «скорой помощи», я передал её ему и начал составлять свой отчёт. К тому времени приехали детективы, и они взяли всё на себя.

— Вы когда-нибудь замечали что-нибудь подозрительное в мистере Уолтоне или в доме? Что-нибудь, что могло бы навести вас на мысль о том, что у него были враги?

— Нет, сэр, — ответил Киган. — Другие люди в квартале рассказывали мне, что у него был очень открытый дом, и он всегда устраивал много вечеринок, некоторые из которых были довольно шумными. Но никаких жалоб не поступало, и никогда не было ничего, что потребовало бы вмешательства полиции.

— Были ли у него какие-нибудь посетители, которые показались бы вам странными?

— Ну, какие-то люди странного вида приходили и уходили, но я никогда не обращал на них особого внимания.

— Мужчины или женщины?

— И те, и другие. У него бывали посетители в любое время дня и ночи. Но он был богат, знаете ли, и не женат, так что…

— Никто из этих посетителей не был преступником?

— Я никого не узнал, сэр.

— Вы когда-нибудь видели молодого человека, о котором упоминала миссис Джонсон? Молодого человека, который выглядел больным?

— Я его не помню. Я видел, как несколько молодых людей заходили в дом в разное время, но ни один из них не выглядел больным. Возможно, он бывал здесь, когда я находился во время дежурства в другом месте.

— Весьма вероятно, — сказал инспектор. — Вы когда-нибудь слышали, чтобы мистер Уолтон ссорился со своим истопником Калинетти?

— Я никогда такого не слышал, — сказал Киган, — но однажды утром Чарли сказал мне, что мистер Уолтон наорал на него, и он был очень зол из-за этого.

Калинетти вскочил на ноги.

— Говорю вам, я не убивал босса! — крикнул он. — Я начинаю волноваться, когда он говорит мне: «Чарли, ты плохо следишь за огнём».

— Сядьте! — скомандовал инспектор, и истопник, бормоча что-то, опустился на свой стул.

— Итак, Киган, — сказал инспектор Конрой, — вы когда-нибудь видели, как мистер и миссис Джеймисон входили в этот дом?

— Да, сэр.

— И миссис Джексон?

— Да, сэр.

— Одни?

— Да, сэр. И с мистером и миссис Джеймисон.

— И с мистером Джексоном?

— Нет, сэр. Я никогда не видел здесь мистера Джексона.

— А как насчёт мистера Керригана? Вы его когда-нибудь видели?

— Нет, сэр. Не припомню, чтобы я когда-либо раньше видел мистера Керригана.

— Вы когда-нибудь видели Чинг Янга и Фонг Лу? — спросил инспектор, указывая на двух китайцев, которые всё ещё сидели с выражением невинного изумления на лицах.

— Я не уверен, — сказал полицейский. — Я иногда видел китайцев, которые приезжали сюда, чтобы, как я полагаю, навестить Ли Синга, но я не помню, чтобы я когда-либо видел этих людей. Возможно, и видел.

— А, возможно, и нет?

— Да, сэр. Возможно, и нет.

— Вы знаете мужчину или женщину по имени Янсен?

— Нет, сэр.

— Вы знаете кого-нибудь, кто живёт в доме 222 по Третьей авеню?

— Нет, сэр.

— Очень хорошо, Киган. Этого будет достаточно.

10. История почтальона

Следующим человеком, которого допросил инспектор Конрой, был почтальон Мартин. Он сказал, что развозил почту по маршруту, который включал дом Уолтонов, в течение трёх лет и что Уолтон получал очень много писем, иногда по восемь-десять в день.

— Он всегда очень любил получать письма, — сказал почтальон. — И часто встречал меня у дверей.

— Это необычно?

— Нет, — ответил Мартин. — Многие люди так делают, они очень волнуются, когда получают письма.

— Письма мистера Уолтона были деловыми или личными? — спросил инспектор.

— Обоих типов, — ответил почтальон. — Многие из них, как мне показалось, были написаны женским почерком.

— Сколько писем он получил вчера утром?

— Три. Я опустил их в почтовый ящик примерно в пятнадцать минут восьмого.

— Уолтон подходил к двери, чтобы забрать их?

— Нет, сэр. Я нажал кнопку звонка и, когда уходил, услышал, что кто-то идёт по коридору, но никого не увидел.

— Не могли бы вы опознать письма, которые вы доставили вчера?

— Да, сэр.

Конрой собрал письма, лежавшие на столе, в том числе и